Ужасный день
Шрифт:
В этот момент Ян и Натаниель как раз разрушили алтарь, посвященный трем Властителям Времени, и стерли воспоминания о них у двоих детей в далекой Англии.
Некоторое время Тенгель Злой стоял в полной растерянности.
Было просто непостижимо, чтобы эти ничтожные потомки Людей Льда смогли победить Властителей Времени. Просто невероятно!
Придя в себя, он обратил свою злость против Линкса.
— Пошли кого-нибудь, чтобы найти того, кто упал с лошади!
—
«Заткнись, — подумал Тан-гиль. — Не болтай о том, что я не могу обзавестись новыми воинами! Ведь эти твари находятся теперь у самой границы долины».
— Тогда отправляйся туда сам! — не владея собой, закричал он. — Ты, что, не можешь сообразить?
Линкс исчез, бросив абсолютно пустой взгляд на своего господина.
Тенгель же остался возле ненавистной, незримом стены.
Черный отсвет на коже? Где он слышал об этом?
Он был не слишком сведущ в истории сотворения мира. Но кое-что он об этом слышал. Слышал что-то о существах с черной кожей и…
У кого бы ему спросить об этом? Кто в этом разбирается?
У Сатаны?
Нет, этот жалкий трус сбежал от него.
Остались ли у него какие-нибудь неиспользованные ресурсы?
Чак-моль? Мексиканский бог смерти, которого он держал в резерве. Его каменное изваяние стояло на одной пирамиде в мексиканской столице, он полулежал, держа на животе чашу и злобно глядя на своих почитателей. В ату чашу клали сердце человека, приносимого ему в жертву.
Тенгелю Злому он казался очень симпатичным.
Но нет! Этот культ умер уже давным-давно. Глупейшие конкистадоры покончили с ним.
Тенгель Злой знал достаточно много о поборниках зла в человеческой истории. Эти познания он почерпнул из источника зла. Но о поборниках добра он не знал почти ничего.
Лицо его просияло.
Ариман! Конечно! Злой дух в религии персов, в парсизме! Князь Тьмы и Лжи. Вера в него по-прежнему была жива.
И поскольку Ариман был современником садов Эдема, он должен был наверняка знать что-то об этой фигуре, потерянной Властителем Времени!
И он вызвал Аримана, одну из величайших фигур в мировой истории религии.
Существует несколько изображений Аримана, но ни одно из них не отличается полнотой. Ариман хитер и изворотлив, как змея.
Он сделал вид, что не слишком-то уважает Тенгеля Злого, хотя обоим было прекрасно известно, кто из них сильнее. Тенгель Злой был господином всех темных сил в мире.
Но у Аримана имелись свои представления о чести.
— Что тебе нужно от меня? — равнодушно спросил он.
— Мне нужны кое-какие пояснения. Два важных момента: кто участвовал в сотворении
Но Ариман, толком не знавший, о ком говорит Тенгель Злой, отделался льстивым, заискивающим ответом. Тенгелю, с его тщеславием, это пришлось по вкусу — но до тех пор, пока Ариман не дошел до откровенной грубой лжи.
— Лживая тварь, ты ничего в этом не смыслишь! — воскликнул Тенгель Злой. — Ну, ладно, в таком случае ответь мне на такой вопрос: кто имеет черную кожу? Речь идет не о человеческих тварях.
Ариман свернулся кольцами и спрятал лицо.
— Вы говорите о моем злейшем враге, господин! — завопил он. — Я не могу произнести его имени! У него большая свита, и это может быть один из его приближенных.
— Кто же это?
— Гордость не позволяет мне произносить вслух его имя.
— И они знают колдовские заклинания?
— Наверняка!
— И каким методом они пользуются?
— Все зависит от случая, — уклончиво ответил Ариман.
Выбирая из двух зол меньшее, Тенгель Злой нехотя признался:
— Они опутали незримой сетью всю долину. И мне нужно как можно скорее проникнуть туда.
— И где же эта сеть?
— Потрогай вот здесь!
Рука Аримана натолкнулась на невидимое препятствие.
— Все понятно, — вкрадчиво произнес он. — И мой господин не может преодолеть эту преграду? '
— У меня нет времени возиться с этим, — прорычал Тенгель, содрогаясь от ярости и злобы.
Персидский злой дух пристально и коварно посмотрел на него. Он понимал, что преимущества на его стороне.
— Если это то, что я думаю, если это препятствие поставлено моим противником и его воинством, то и, возможно, смогу убрать его…
— Ну так сделай же это, черт побери!
Даже Тенгель Злой не знал более сильного ругательства, чем упоминание о несуществующей преисподней.
— М-м-м… — протянул Ариман, что-то соображая. — При одном условии.
— При каком же?
— Что Ваша Милость отпустит меня после этого на все четыре стороны. Служить кому-то — ниже моего достоинства.
Тенгель вынужден был принимать быстрое решение. Время шло, избранные продвинулись уже далеко. И как только он напьется черной воды, он поступит по-свойски с такими наглыми молокососами, как Ариман.
— Даю тебе честное слово, — пообещал он. Ариман и сам не был лишен тщеславия. К тому же он был достаточно глуп, чтобы поверить обещанию этого мерзавца. И, конечно же, он думал о том неописуемом наслаждении, которое он испытает, насолив своему заклятому врагу.