Ужас острова Дункан

Фарр Каролина

Сестра Джеффа, что и говорить, была отличным поваром. Молодая баранина прямо таяла во рту. Не разочаровали нас пирог с вишневой начинкой под сладким соусом и свежеиспеченные пирожки, которых я давно не пробовала, со взбитыми сливками и слоями черники.

— Обед что надо, правда? — спросила тетя, с удовольствием потягивая кофе.

— Не то слово!

— Женщина либо умеет, либо не умеет готовить, — констатировала тетя Молли. — Это дается от рождения. Я только кое-что подсказала Бет... самую малость.

— Почему

ты не разрешаешь им оставаться в доме? В нем полно комнат. И тебе было бы не так одиноко одной.

Она удивленно посмотрела на меня и, в свою очередь, спросила:

— В доме, Лайза? Господь с тобой, они же чужие. Это городские люди.

— Ты говорила, что они из Бостона. Как ты и мама. Потом они жили здесь все лето, разве не так? Ведь они тебе симпатичны?

— О, очень симпатичны! И все равно они чужие. Посторонние. Они не из этих мест.

Я тряхнула головой и посмеялась над ней:

— Ну что ты, тетя Молли! В следующий раз ты назовешь их туристами. Рыбаки так называют всех, кто не живет на побережье Оленьего залива или в Мачиасе.

— Так оно и есть, — возмущенно подтвердила она и не преминула привести старую поговорку: — «Если кошка принесла котят в печи, будут они пирогами?»

— А они не собираются остаться на зиму? — спросила я.

— Пусть остаются, если захотят, — улыбнулась тетя. — Я не возражаю. Джеффу это пойдет только на пользу. Хоть тогда он нарубит дров, чтобы не замерзнуть от холода.

Я покачала головой и сдалась. Мы убрали посуду и принялись говорить о моей работе в издательстве и вообще обо всем понемногу. Словно по уговору, мы старательно избегали касаться смерти дяди Джо. Через час мы с тетей заперли все двери и с легким сердцем отправились спать. Я настолько устала, что забыла прикрыть старого капитана Натаниэля. Пусть смотрит — на меня его глаза сатира не действуют.

Глава 3

Утром я медленно спустилась вниз, ориентируясь, если так можно выразиться, на запах яичницы с ветчиной и кофе, который мучительно щекотал ноздри. От одного воздуха на острове Дункан разгорался волчий аппетит.

Я надеялась застать там Бет, склонившуюся над плитой, но, к своему облегчению, увидела тетю Молли, которая улыбнулась, увидев меня.

— А где Бет Стендиш? — спросила я. — Я решила, что готовит она.

— Только когда в настроении, — усмехнулась тетя. — Сегодня у нее нет настроения. На завтрак приготовила только кофе с гренками, какие-то бутерброды и отправилась пасти овец. Это ей больше по душе. Джефф уже на «Гранате». Сказал, что провозится с ним весь день. Хотя относительно него у меня были другие планы.

— Какие? — из любопытства спросила я.

— Зима на носу, и нам не обойтись без дров... Да! Ты наверняка забыла вкус наших омаров. Пока я буду здесь убираться, спустись, пожалуйста, к причалу

и передай Джеффу, чтобы он принес мне с мыса верши с омарами. Я выдерживала их всю неделю специально для тебя. Уговорить его будет не трудно: он без ума от моей морской пищи. Ты только не забудь сказать, что устрицы мы наберем сами, а к ним нам нужны омары.

— Как он может их не любить? — удивилась я. При одном упоминании о морских деликатесах, приготовленных тетей, у меня потекли слюнки.

Спускаясь к причалу, я не могла надышаться чистым и прозрачным воздухом. Какой разительный контраст с той гадостью, которой приходилось дышать в Нью-Йорке и его пригородах. Никаких выхлопов, несущихся машин, спешащей по утрам толпы людей с вечно озабоченными лицами. Сегодня даже море было спокойно. С вершами у нас не будет никаких проблем. Было так тепло, что захотелось искупаться.

Все бы хорошо, за исключением одной детали — Джеффа Стендиша нигде не было видно. Я прошла вдоль уступа, с которого упал и разбился дядя Джо, потом внимательно оглядела «Гранат». Там Джеффа не было, не было и шлюпки рядом. К катеру она тоже не была привязана. Возможно, стоит у причала, и я ее просто не заметила, или...

Я быстро пошла к причину, предчувствуя недоброе. Неожиданно я увидела шлюпку, привязанную длинным канатом к одной из швартовых тумб на плавучей конструкции. Сначала я увидела ее корму, потом голые загорелые ноги, безжизненно торчавшие из-под сиденья. При виде этих неподвижных ног у меня заколотилось сердце. Я бросилась бежать к причалу, перемахивая через ступеньку. Подбежав к шлюпке и глядя на распростертое тело, я закричала:

— Джефф! Джефф Стендиш!

— А? Что? Что?

Он резко сел, дико озираясь. Рубашку он снял, оставшись в одних джинсах.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросила я под первым впечатлением увиденного. — Я решила, что с тобой что-то случилось! Тетя Молли сказала, что ты работаешь на «Гранате»!

Джефф, увидев меня, простонал:

— О, это ты!

— Ты дрыхнул! — упрекнула я.

— Мой контракт этого не запрещает, — парировал он. — Но, к твоему сведению, я не спал. Просто лежал закрыв глаза, обдумывал одну задачу, а заодно загорал.

— Ты загорал? — возмутилась я.

— Пока ты не подкралась и не заорала.

— Я не подкрадывалась. Мне от тебя ничего не надо. Просто тетя просила кое-что тебе передать.

Джефф снова застонал и процедил:

— Я так и думал!

— Она хочет, чтобы ты вытащил верши с омарами, которые стоят у входа в бухту.

— Не могу. — Он потянулся, лег и широко улыбнулся с торжествующим видом. — И она это прекрасно знает. Там одному не справиться. Кто-то должен держать лодку, иначе она разобьется о скалы.

— Есть я.

Джефф снова сел и уставился на меня:

— Ты хочешь сказать, что пойдешь со мной?