Уязвимая
Шрифт:
Сегодня он был третьим человеком, которому казалось, что мои чувства к Себастьяну слишком сильны для обычной интрижки. Мне стало не по себе. Я думала, что прекрасно понимаю, что представляли собой наши отношения, но сейчас начала в этом сомневаться.
— Я могу о себе позаботиться, — ответила я чуть более решительно, чем рассчитывала.
Он поднял руки, как бы обороняясь.
— Эй, я не сомневаюсь в этом.
В этот момент к нам подошел еще один человек.
— Снова прячешь всех красивых женщин снаружи, Томас? — произнес он, дружелюбно улыбаясь. Он невероятно
— А как еще я должен их защищать от таких, как ты? — ответил Томас.
Незнакомец усмехнулся.
— Привет, я – Трей, — сказал он, протягивая мне руку.
— София, — представилась я.
— Приятно познакомиться. Пожалуйста, не говорите мне, что вы здесь с этим увальнем.
— Вообще-то, — ответил Томас, — она пришла с Себастьяном.
— А, — произнес другой мужчина. — Ну, в этом куда больше смысла.
— Трей – еще один наш выдающийся сотрудник, — продолжил Томас. — Он, что называется, дитя компании.
Трей добродушно вздохнул и закатил глаза.
— Мне двадцать шесть, — обратился он ко мне. — Томас просто опасается моего юношеского запала. Он знает, что это всего лишь вопрос времени, прежде чем он за все передо мной ответит.
— Да, это уж точно, — сказал Томас.
— Значит, ты его босс? — спросила я, воспользовавшись шансом узнать чуть больше о компании.
Двое мужчин обменялись взглядами.
— Образно говоря, — сказал Томас. — У «Фрейзер» довольно свободная иерархия. Большую часть времени все работают над собственными проектами и в основном могут заниматься тем, чем хотят, но в критический момент существует определенный порядок, которому мы следуем. Это помогает держать курс в верном направлении.
— Логично, — кивнула я. — Забавно, но я не могу представить Себастьяна, выполняющего чьи-то приказы.
Томас криво усмехнулся.
— Большую часть времени он занят тем, что отдает приказы, даже если не должен.
— Теперь все ясно.
Я почувствовала прикосновение руки, скользящей по моей талии.
— У меня горели уши, — сказал Себастьян. — И это приятно. Я оставил тебя на десять минут, и тут же начали кружить стервятники.
И вновь в его жесте было что-то чересчур интимное, собственническое. Неудивительно, что люди заподозрили, что между нами нечто более серьезное. Было легко забыть характер наших отношений, когда он так себя вел.
Чуть повернув мою голову, он потянулся ко мне за поцелуем, который длился не одно мгновение. Я практически чувствовала исходящий от него тестостерон. Сообщение было предельно четким: мое. Это были его друзья, но все же он не мог не предъявить права на то, что принадлежало ему. Не знаю почему, но мне понравилось это проявление мужской ревности.
Трей откашлялся:
— Я тоже рад тебя видеть, Себастьян.
— Они оба вели себя как истинные джентльмены, — заверила я его. — Ты уже закончил?
— Не совсем. Есть еще один человек, с которым мне нужно переговорить, но он пока не подошел, поэтому я пришел узнать, как ты.
— Я в порядке. Просто узнала о тебе чуть больше, Локки, —
Себастьян плотно сжал губы, после чего чуть заметно скривил их.
— Мне следовало сто раз подумать, прежде чем оставлять ее с тобой, Томас.
Он поднял руки, защищаясь.
— Эй, у меня просто вырвалось, хорошо?
Из комнаты на балкон вышел мужчина и подошел к нам.
— Господа. Не хотел бы кто-нибудь из вас расстаться с небольшой суммой денег? В игре освободилось место.
Я бросила на Себастьяна вопросительный взгляд.
— Большинство пятниц мы проводим за небольшой игрой в покер, — пояснил он.
— Я немного разбираюсь в покере, — ответила я. — Могу я посмотреть, как ты играешь?
Ребенком я провела не один пятничный вечер, наблюдая за тем, как мой отец и его приятели играют в карты. Игры всегда меня привлекали. Мне нравился сам вызов, при котором обыгрываешь соперника в рамках определенного набора правил. Думаю, именно поэтому я стала юристом. Когда мой отец понял, насколько я была всем этим увлечена, он отвел меня в сторонку и научил играть. В основном мы играли друг с другом, но иногда он позволял мне участвовать в игре с его друзьями. «Большой куш» – так он это называл. Со временем я научилась не уступать, хотя и не играла уже много лет.
Себастьян призадумался на секунду.
— Безусловно, почему нет. Извините нас.
— Конечно. Удачи, — ответил Томас.
Когда мы зашли внутрь, я наклонилась к Себастьяну и зашептала ему на ухо.
— Твои друзья, оказывается, занятные личности. Возможно, мне удастся заполучить для Рут сексуального венчурного капиталиста.
Он прыснул от смеха.
— Ты можешь ошибиться в выборе кандидата. Томас работает еще усерднее меня. Он целиком и полностью предан делу. По его словам, отношения только мешают. А Трея лучше вообще не брать в расчет.
— Жаль. Ну да ладно, еще не вечер. У меня достаточно времени, чтобы сыграть роль купидона.
Он только улыбнулся и покачал головой.
Мы последовали за мужчиной, пересекли зал и подошли к смежной с ним комнате. Внутри находилась группа мужчин, беседующих и громко смеющихся за большим карточным столом. Поверхность была завалена стопками фишек различного размера и цвета.
— Наверное, я должен сбросить карты, но… хрен с ним, отвечаю, — заявил один из игроков, когда мы вошли. Он был пожилым человеком, его волевые черты лица и ярко выраженный шотландский акцент напомнили мне Шона Коннери. — Что там у тебя?
Мужчин, с которым он говорил, несколько секунд молча разглядывал карты, после чего грустно улыбнулся.
— Ты меня сделал, — он отбросил свои карты к центру стола.
— Я так и знал! — взревел шотландец. — Не пытайся обмануть шулера, Джек, тебе не сойдет это с рук!
Некоторые игроки заметили наше присутствие.
— А, Себастьян, — сказал тот, кто сидел ближе всех, — пришел, чтобы испытать свою удачу? Кто-то должен прервать полосу везения Эвана, или мы никогда не положим этому конец, — он кивнул на пожилого мужчину, который в данный момент ухмылялся и сгребал стопки фишек с центра стола.