Утро. Три цвета
Шрифт:
Через месяц после описанных событий между странами разгорелся вооружённый конфликт. Он носил локальный характер и протекал в приграничных районах. Кроме жителей этих районов другие граждане обеих стран, как ни удивительно, мало ощущали на себе последствия конфликта. Однако, на улицах городов тут и там замелькали люди в военной форме. В стране, где он жил, был объявлен призыв резервистов. В армию призывали мужчин разных возрастов: и двадцатилетних, и тех, кому было уже за сорок. Вначале это вызвало серьёзное беспокойство в обществе: никому особенно не хотелось отрываться от семьи, от привычных занятий
Вскоре выяснилось, что государство к масштабному призыву не готово ни финансово, ни организационно: необходимые ресурсы для обустройства быта большого количества резервистов отсутствовали. Повестки на призывные пункты приходили далеко не всем и, постепенно, народ начал успокаиваться. Жизнь - обычная, повседневная, брала своё.
Успокоился и он: продолжал ходить на работу, заниматься семьёй.
Он хорошо помнил тот мартовский день: солнечный, почти по-майскому тёплый. Рано тогда возвратился с работы. Настроение было отличное. Он даже думал купить пива и на весь вечер устроиться перед компьютером смотреть какой-нибудь фильм. Зайдя в подъезд, заглянул в почтовый ящик. Там одиноко лежал какой-то конверт. Письма он получал редко, не помнил уже, когда в последний раз. Вместо адреса отправителя стоял бледный штемпель, настолько бледный, что ничего разобрать было нельзя. Недоумевая, он зашёл в квартиру и, распечатав конверт, не поверил своим глазам: текст на прямоугольном листке из плотной бумаги гласил, что в соответствии с такими-то нормами закона, он подлежит призыву в армию в качестве резервиста.
В этот день он таки выпил, и даже кое-что покрепче, чем пиво. Он помнил, как сидел на кухне перед бутылкой со спиртным и думал...
О чём он думал?
Во-первых, поначалу не мог поверить в случившееся. В голове не укладывалось, что все эти конфликты между странами, эти войны вот так могут коснуться его самого. Ведь вокруг было множество его друзей и знакомых, которым такие вот повестки не приходили. А тут...
Немного погодя, несколько захмелев, он осознал, что всё это ему не снится и надо как-то реагировать. Нехитрые рассуждения приводили к нехитрому выводу, что вариантов имеется целых два, а именно: идти в армию или не идти туда. Инстинктивно он начал рассуждения со второго. Резон в таком подходе, в общем-то, был.
Он и в молодости не служил в армии. Вроде бы и шло тогда к этому, но... Вспоминать эти старые нюансы не имело смысла. Но, теперь, в его-то возрасте? В молодости всё это куда проще, а сейчас, когда тысячами нитей, годами соткан быт: и семья, и работа, и куча самых разных обязательств. Кстати, и кредит в банке... С другой стороны, он всю жизнь чувствовал какой-то дискомфорт от того, что тогда не пошёл в армию. В молодости он был где-то даже и рад этому. С годами же на многое смотришь уже иначе.
Но всё это было ещё полбеды. Ведь речь шла не о том, чтобы просто идти на службу. И даже не просто на войну как таковую. Нужно было идти воевать со своей самой настоящей Родиной, со страной, где родились и жили его предки, на культуре которой он был воспитан, откуда приехал его дед... Было над чем призадуматься.
Вечером он, естественно, рассказал всё
Он её мало слушал в тот вечер, да и пьян был изрядно.
Он встал и подошёл к окну. Дождь лил не переставая. Машин на дороге было поменьше - все уже на рабочем месте. Он вновь сел за стол...
Утром того дня, когда он должен был идти на сборный пункт, он не пошёл туда. Вместо этого он лёг в больницу на обследование по поводу сердечных болей - у жены в больнице работала мать.
В течение предшествующих дней он так и не смог решиться пойти служить, хотя в глубине души чувствовал, что хочет этого. В конце концов, думалось ему, я же не отказываюсь от службы. Полежу в больнице, ещё раз всё хорошо обдумаю. В любом случае, не будет лишним получить исчерпывающий ответ по поводу состояния здоровья. А армия никуда за это время не денется.
Хотя он лёг в больницу с жалобами на сердце, в этом направлении никакого диагноза ему поставлено не было. Но вот когда он проходил обследование на УЗИ, неожиданно "выплыла" язва желудка, и дальше он лежал уже в отделении гастроэнтерологии.
У него, как он и предполагал, оказалась масса свободного времени, чего ранее с ним никогда не случалось. Впервые за много лет у него появилась возможность подумать не только о текущих делах, о мобилизации, но и вообще о своей жизни, ведь ему было уже почти сорок.
Вначале он думал, естественно, об армии. Он думал, что если и сейчас, как в молодости, он останется дома, то уже никогда больше себе этого не простит. Судьба редко даёт шанс исправить издержки прошлых лет, и вот сейчас стечение обстоятельств абсолютно неожиданно предоставило ему шанс почувствовать себя мужчиной. Не гулякой, не любовником, а мужчиной-воином. Если не сейчас - то уже никогда. И много ли стоит его любовь к родине, если теперь он спрячется, проявит нерешительность. Да что там - просто струсит.
Он понимал, что язва никаким в реальности препятствием для его похода в армию не является, и её наличие может стать лишь поводом для освобождения от мобилизации - не более.
Обычно, продумав какое-то время, он вставал с кровати и шёл на улицу курить, не придя ни к каким конкретным выводам. Решение откладывалось. Он считал, что для его принятия ещё достаточно времени.
Как-то незаметно, исподволь появилась другая мысль - уехать. Уехать на родину родителей и деда. Ему казалось, что и тут имеется достаточно резонов.
Никогда ранее для него не стояла проблема выбора: с кем он? Со своей формальной родиной, где он родился, вырос, создал семью и с которой связывал все свои мысли о будущем, или же со страной, где родились его предки, на культуре которой он был воспитан и с которой всю свою жизнь он чувствовал, как пуповину, неразрывную ментальную связь. Он где-то читал, что Родина - это не то место, где именно человек родился - это лишь родные места. Настоящая же Родина - это твоя историческая предтеча, общность и народ, частью которого ты себя осознаёшь.