Утешение
Шрифт:
Мы с Аароном поженились такими молодыми, но у нас был хороший брак. Муж часто отсутствовал, и, что самое ужасное, это делало наши встречи намного слаще. Аарон был вспыльчивым, но никогда не был оскорбительным или грубым. Черт, обычно это я бросала вещи через комнату. Он обеспечивал меня, и я просто начала все принимать. Но были времена, когда он был на войне. Когда я пыталась поговорить о том, что случилось за границей. Бесплодие, ПТСР и его презрение, что он больше не часть ВМФ, пожирали нас. (Прим. посттравматическое стрессовое
Тогда я задаюсь вопросом о Лиаме. Если я вступлю с ним в отношения, то должна понимать, что за жизнь у меня будет с ним и какой может быть исход. Но я была создана для этого. Я жена спецназовца ВМФ. Я знаю жизнь, борьбу и радости, которые это может принести. Знаю, что в состоянии справиться с командировками и всем, что с ними связано. Я просто не знаю, смогу ли выдержать потерю Лиама. У любви к Лиаму есть своя цена.
— Что у тебя на уме? Я чувствую, как ты напрягаешься, — Лиам прерывает наше молчание.
Я опираюсь на руку, которая лежит на его груди. Его голубые глаза искрятся, и я грустно улыбаюсь.
— Я думаю обо всем этом. Любви, потере, измене. Я думаю, самое сложное здесь это то, что у меня нет ответов.
— Ты действительно хочешь с ней поговорить? Это поможет? — Лиам продолжает двигать рукой вверх и вниз по моей спине.
— Я не знаю. Часть меня хочет забыть все это и назвать ее лгуньей. Какая разница?
Лиам целует меня в макушку и глубоко вздыхает.
— В каком направлении мы двинемся отсюда? — спрашиваю я.
Руками он хватает меня за плечи и тянет меня лечь на него сверху. Я лежу на его груди, и мы оказываемся лицом к лицу.
— Мы решим. Решать тебе, потому что я здесь, с тобой, но мне нужно знать, что ты не с ним.
Поглаживая по его груди, я упираюсь в его плечи.
— Прямо сейчас я с тобой.
Он садится так быстро, что я удивлена, как ему удается это. Он переворачивает меня на спину и оказывается на мне. Мое тело согревается от его прикосновений, и он скользит своими грубыми пальцами вниз по моей голой руке.
— Лиам… — выдыхаю я его имя.
— Скажите мне, когда захочешь, чтобы я остановился, — его голос низкий и хриплый.
Не знаю, смогу ли когда-нибудь сказать ему остановиться. Я надеюсь, что у него больше контроля, чем у меня.
Глава 29
Его пальцы касаются места, где соединяются мои штаны и футболка. Меня трясет от предвкушения. Лиам останавливается, и наши взгляды встречаются. Я не говорю и не двигаюсь, но даю ему разрешение, которого он ждет. Он знает, как читать меня, мое тело, мои маленькие движения,
Подушечками пальцев он ласкает мой живот, и мое дыхание останавливается. Желание будоражит и становится сильнее, когда кончиками пальцев он движется выше. Он проводит ладонью по моим ребрам и направляется к нижней части моей груди.
— Скажи мне, если это слишком, — шепчет он мне на ушко хриплым голосом.
— Этого недостаточно, — слова срываются с моих губ.
Лиам стонет, и его язык оставляет влажный след на моем ухе. Я закатываю глаза от абсолютного удовольствия, когда он сдвигает мой бюстгальтер. Его палец задевает мой сосок, и я чуть не падаю с дивана.
— Ты такая идеальная, — он успокаивает меня, не прекращая потирать чувствительную вершинку. Мой сосок становится твердым под его ловкими движением.
Чувствуя необходимость прикоснуться к нему, я запускаю руки под его футболку, и тяну ее вверх. Лиам, используя одну руку, срывает ее. Мои пальцы нежно прикасаются к его коже. Я смотрю на татуировку на его ребрах. Dulce bellum inexpertis. Пальцем я обвожу буквы, и он напрягается.
— Что это значит? — спрашиваю я, когда он целует мою шею.
Лиам поднимает взгляд, и его синие глаза темнеют.
— Это значит — «война сладка для тех, кто не знал ее».
Мой голос едва слышен.
— Прости. Я знаю, ты многое потерял.
— Я также и приобрел. Война забирает. Она лишает нас очень многого, но если мы позволим... она может спасти нас. То, что ты сейчас в моих объятиях, напоминает мне о том, что иногда победа стоит борьбы.
Лиам наклоняется, и каждый вдох и выдох проходит между нами. Насколько он вдыхает в меня жизнь, настолько и я вдыхаю жизнь в него. Мы оба пережили потерю из-за войны. Лиам потерял бесчисленное количество друзей и сражался со своими собственными демонами.
— Я не должна чувствовать это, — говорю я, когда он убирает волосы с моих глаз.
— Что ты чувствуешь? — его голос нежный и теплый. Он согревает те части меня, о которых я забыла. — Опиши это, — требует он.
Я закрываю глаза, когда рукой он плавно скользит вниз по моему телу и обратно под футболку. Я позволяю ощущениям обогнать свои мысли, и отдаюсь прикосновениям Лиама.
— Твои руки сильные, но когда ты прикасаешься ко мне, они нежные, — он касается большим пальцем моего соска, и я вздыхаю. — Я ощущаю, как твой палец царапает мою кожу… — он делает это снова.
— Это ощущается хорошо? — хрипло спрашивает он.
— Да, — стону я, и он накрывает ладонью мою грудь, легонько сжимая ее.
— Ты хочешь, чтобы я продолжил прикасаться к тебе? — спрашивает он.
Держа глаза закрытыми, я наслаждаюсь моментом.
— Пожалуйста, — мой голос низкий и наполнен потребностью.
Его вес смещается, и он стягивает через голову мою футболку. Я смотрю на него, и его глаза загораются, когда он оценивает меня, успокаивая мои нервы. Лиам стонет в знак одобрения.