Устранитель зла

Басов Николай Владленович

Азмир справился с костром, и топлива у них оказалось вполне достаточно, чтобы приготовить несколько кусков ячины впрок.

Запах крови разбудил виану. Вернее, волчицу. Вернее, то создание, которое теперь составляло единую сущность с общими проблемами выживания. Она выбрала себе изрядный кус ноги с костью и твёрдыми, как камень, сухожилиями и вгрызлась в него, с удовольствием взрыкивая от проснувшейся вдруг свирепой жадности.

Когда она насытилась, то совершенно не по-звериному подошла к костру чтобы погреться. Увидев около огня её окровавленную

морду, которую волчица всё время облизывала шершавым длинным языком, Азмир забился между камнями и притворился спящим, хотя долго ещё прислушивался к звукам лагеря, в котором для него ничего не происходило.

Для остальных же происходило довольно многое. Так получилось, что, вдохнув в Рубоса немного сил, Сухмет и его сделал вполне понимающим разговор Лотара с вианой, хотя высказываться мирамец, конечно, не мог, для этого у него не хватало техники.

Тем временем Лотар, тщательно подготовившись, спросил:

— Виана, где замок Хифероа?

Волчица подняла на него невыразительные глаза хищника, ещё раз облизнулась, вспоминая сытный ужин, и ответила своим нежным, щебечущие девичьим голоском:

— Смотри внимательно, но не верь своим глазам. Лотару больше ничего не удалось от неё добиться. Спустя полчаса он бросил свои расспросы и лишь тогда заметил, что Сухмета поблизости не было. Он нашёл восточника почти на краю обрыва, в очень сложной медитативной позе, означающей готовность подчиняться или учить верховные законы Вселенной. От него валил пар, как от кипящей воды.

Лотар повернулся к Ди, который, как всегда, не отходил от старика далеко:

— Он не замёрзнет?

— Я прослежу, — с поклоном ответил фой и добавил: — Он гораздо сильнее, чем мы о нём думаем, он и сам вполне справится с холодом.

Лотар вспомнил горных отшельников, которые в самые морозные ночи учили своё тело не поддаваться холоду, набрасывая на себя смоченные ледяной водой попоны, и ушёл спать. Засыпая, он с лёгким удовлетворением подумал, что, если бы не тренировался так много и настойчиво, сегодня они бы легли спать, не поужинав свежим мясом. Просто у него не хватило бы сил выследить добычу в этом диком и пустынном краю, завалить и принести в лагерь.

А совсем перед сном он вдруг вспомнил реплику Сухмета, что он не воюет с животными, пока не проголодается. Как всегда, старик оказался прав, вот ещё бы знать, чем он теперь занимается? Но Лотар не сомневался что скоро узнает и это.

Глава 6

Несколько раз Лотар открывал глаза и видел перед собой ночные горы. Но и с закрытыми глазами он без труда определял, что Сухмет сидит в неизменной позе и учится смотреть, но не верить. Это было очень странное состояние рассудка, нелегко было вычитывать даже его периферийные эффекты. Погрузиться же по-настоящему Лотар не решался. Во-первых, потому что не хотел ненароком помешать, а во-вторых, отчётливо представлял, что для полного постижения этой техники у него не хватает подготовки.

Перед рассветом Желтоголовый вдруг уснул глубоко и спокойно.

Он понял, что ему нужно было собраться с силами, чтобы выполнить очень непростое и опасное дело. У Сухмета начинало что-то получаться, и самое лучшее для него — получше выспаться перед своей долей работы.

Едва хмурый и серый рассвет разошёлся над горами и карнизом, на котором спали путники, Сухмет позвал Лотара:

— Мне кажется, господин мой, чем скорее ты это увидишь, тем лучше.

Сухмет, уставший, одеревеневший от ночной медитации, действительно побаивался, что его открытие исчезнет, что он просто не удержит его, потому что сил у старика осталось уже совсем мало. А удерживать в самом деле было что.

Вместо горы над ними возвышался странный, вырубленный из цельного каменного монолита замок — с башенками, окнами, портиками, резьбой и скульптурами. Ничего подобного Лотар ещё не видел. Он постоял, оценивая эту невидаль, потом положил руку на плечо восточника, стараясь выразить ему всю меру своего восхищения, и спросил:

— Как тебе это удалось?

Сухмет улыбнулся, его заиндевевшие брови шевельнулись на потемневшем от усталости лице:

— Сам не знаю. Вдруг понял, что следует смотреть на мир так, как смотрит ребёнок, который ещё ничего не постиг. И это открылось… Я даже подумал, уж не в иллюзию ли впал?

— Ну, теперь, когда и я вижу, можно утверждать: это не иллюзия.

Сухмет улыбнулся немного поживее:

— Ты не очень много знаешь об иллюзиях, господин. Иногда они бывают такими сложными, что…

Слушая неторопливую речь восточника, Лотар оценивающе всматривался в ворота замка. Они располагались на высоте двухсот ярдов от той точки, куда можно было при самых благоприятных условиях забраться нормальному человеку. И вели они в такой лабиринт, что стоило Лотару представить себе этот путь, как замок даже слегка померк перед его глазами.

Но потерять картинку от недостатка внимания они уже не могли, потому что рядом стоял Ди, который смотрел на замок ещё точнее и яснее, чем Лотар. А к ним уже подходили Рубос и Азмир.

Возможно, когда исчезнет эта волна, которую создал в своём сознании Сухмет, когда они отведут глаза и забудут странное состояние внимания именно к этой скале, они снова не смогут увидеть этот замок, но сейчас Лотар видел его не менее отчётливо, чем если бы он не был скрыт никакой магией. Он сумел даже пробиться через передние заслоны магии и камня и вглядеться в него проникающим взором.

Лучше бы он этого не делал. Потому что ему вдруг стало ясно, что скала, которую они видели перед собой, изнутри была источена, изрыта ходами, приспособлена для жизни и подвода тепла прямо от горячего дыхания земли. И вели эти ходы из такой дали, что входить в них следовало за сотню миль от центра мира.

— Кто устроил этот подземный город? — спросил Лотар шёпотом.

Сухмет, прихлёбывая горячий травяной чай, который ему подал незаменимый Ди, прочитал в сознании Лотара причину вопроса и ответил: