Устранение строптивого
Шрифт:
– Тихо, Тофик,! У кафе менты! По твою душу!
Кавказец в прошлом был борцом. Реши он оказать сопротивление, Тюркину пришлось бы несладко, и все могло провалиться. Но Тофик, к счастью, дергаться не стал.
– Ты кто?.. – абсолютно трезвым голосом спросил он.
– Расскажу потом! – покосился на дверь Тюркин. – Сейчас надо отсюда валить! Тебя пасут серьезно! На улице машина УУРа! Короче, уходим через служебный выход! По одному! Держись за мной, у меня во дворах тачка!
49
– Не помешаю? – спросил
На этот раз Лариса Байчук расположилась на стуле. На столике перед ней лежал раскрытый ноутбук, слева стояла заполненная окурками пепельница.
Лариса посмотрела на Логинова:
– С каких это пор вы стали таким воспитанным?.. Не помешаете, я уже заканчиваю!
Ее пальцы очень быстро забегали по клавиатуре.
Логинов был в спортивном костюме. Вжикнув молнией, он расстегнул олимпийку и погладил шрам на груди. Отметина была старой, но периодически давала о себе знать.
Стук клавиатуры умолк. Стоявший у края бассейна Логинов оглянулся.
Лариса откинулась на спинку стула и вытащила мобильный телефон.
– Игнат, я закончила! Посмотришь?.. Хорошо! Жду!
– Уже управились? – спросил Логинов.
– А вам-то что?
– Интересуюсь просто…
– Могу вас заверить, это не по вашей части!
– Наверное, вы правы, – согласился Виктор.
– Не наверное, а на сто процентов! Какую последнюю книгу вы прочитали?
– Какой-то кодекс. Кажется, налоговый…
– Это вроде устава караульной службы?.. – хмыкнула Лариса. – А по телевизору что смотрите? Боевики?
– Нет. Только футбол. Ну и эротику…
– Вы что, сексуально озабочены?
– Вообще-то бывает… Но, по-моему, это нормально.
– А общественной жизнью интересуетесь?
– В смысле политикой?
– В широком смысле. Политикой в том числе!
– По-моему, интересоваться политикой – удел импотентов… Но это мое личное наблюдение!
– Вы «Собачье сердце» читали? – спросила после паузы Лариса.
– Хотите сравнить меня с Шариковым?
– Заметьте: это не я сказала!
– Но я понял ход вашей мысли… Нет, до Полиграфа Полиграфыча мне, пожалуй, далеко…
– Хотите сказать, что ваши вкусы не примитивны?
– Смотря в чем!.. – хитро сказал Логинов, окидывая Ларису взглядом. – А какие у вас отношения с Игнатом Вертинским, а?..
– А какое ваше дело?.. – возмутилась Лариса.
– Ну мало ли…
– А вы знаете, я в вас, пожалуй, ошиблась. Я думала, вы кретин… А на самом деле вы настырная ищейка, которая повсюду сует свой нос! Поэтому, чтобы вы не теряли зря время, сообщаю, что с Игнатом Вертинским у нас нормальные деловые отношения. Хотя познакомились мы на личной почве. Но это быстро прошло. Вы удовлетворены?
– Вполне, – кивнул Виктор. – Редкое исключение, когда личный разрыв не приводит к разрыву деловых отношений. Обычно…
– Ха-ха-ха! Просто у интеллигентных людей все происходит немного по-другому, Виктор Павлович! А мы с Игнатом интеллигентные люди! Хотя и с разными подходами! Игнат больше маркетолог от политики. Я же поверила в Башманова как в личность! Ведь именно личности в конечном итоге творят
– Я?.. Просто как к человеку, которому требуется моя помощь! И при этом мне абсолютно все равно, как будет колебаться в перспективе его стоимость как товара и что он представляет из себя как личность в историческом масштабе… По-моему, это самый правильный подход. Как бы это сказать, гуманистический… Не находите?..
Лариса удивленно посмотрела на Логинова. В ее глазах мелькнул интерес. В этот момент в руке женщины зазвонил мобильный. Она быстро приложила его к уху и сказала:
– Я уже иду, Игнат!
Поднявшись, Лариса закрыла ноутбук и проговорила:
– Удачных водных процедур… гуманист вы наш!
– Спасибо!
50
– Все! Я пошел! – сказал Тюркин.
Пистолет Владимир спрятал, но готов был выхватить его в любой момент. Взгляд Тюркина метнулся к входной двери. К счастью, в кафе пока никто не ломился.
Рядом разговаривали две размалеванные девицы. Они двинулись было в туалет, но увидели Тофика.
– Ой!.. – вскрикнула одна из них.
– Заходите, девочки, не бойтесь! – сказал кавказец.
– Да нет, спасибо! – засмеялись девушки.
Тофик держался молодцом. Тюркин похвалил себя за удачный выбор, вошел в зал и направился к стойке. Если за ним кто и следил, то Владимир этого не заметил. Присев на высокий табурет, бывший омоновец для вида приложился к трубочке.
В зале появился Тофик. Его знакомые девушки что-то крикнули от столика. Кавказец помахал им – мол, сейчас. Затем он тоже подошел к стойке и попросил у бармена пачку сигарет. Тюркин соскользнул с табурета и, не делая резких движений, двинулся в служебный коридор.
Прошло все удачно, ни бармен, ни официантки его не окликнули. Но сразу за поворотом коридора Владимир наткнулся на какого-то мрачного типа в пиджаке. Тот, видно, принял Тюркина за заблудившегося подвыпившего клиента и хмуро сказал:
– Туалет в холле! При входе!
– А! Понял… – притормозил Тюркин. – Извиняюсь! – и жестом показал, что пропускает его вперед.
Однако тот подался к стенке и поднял руку:
– Прошу!
В этот момент из-за угла вынырнул Тофик. Тип в пиджаке повернулся к нему, но сказать ничего не успел: Тюркин мгновенно ударил его ребром ладони по шее. «Пиджак» рухнул как подкошенный. Кавказец перепрыгнул через него, собираясь броситься на выход, но Владимир прошипел:
– Давай его сюда!
Тофик удивленно зыркнул на Тюркина, но сориентировался быстро. Вдвоем они втащили тело в какое-то крошечное подсобное помещение, и Тюркин поспешно прикрыл дверь. В этот момент со стороны зала послышался голос какой-то официантки.
Тофик уже мчался к выходу. Тюркин бросился за ним. Кавказец открыл засов, распахнул дверь и выглянул. В его руке был пистолет. Тюркин прижался к стене, тоже готовый выхватить оружие.
– Чисто!.. – выдохнул Тофик.
Кавказец тут же выскочил на улицу, Владимир – за ним. Дверь он успел закрыть до того, как показалась официантка.