Устные аргументы

Николь Лони

Я рассказала отцу и брату о своих планах провести быструю церемонию в здании суда, опустив всю ту часть истории, которая касалась беременности. Они помогли мне всё организовать за три дня, и это здорово, потому что я не смогу долго скрывать от Рида свою больную грудь и утреннюю тошноту. Я почти уверена, что он уже что-то подозревает.

Рид рано утром ушёл на тренировку, а я заставила свой зад двигаться.

— Мы будем там через час, — говорит мне Лекс. — Летти почти готова.

Очевидно, мой брат тоже пил воду Силвер-Спун Фоллс. Судя по тому, как быстро развиваются события

между ним и Летти, я почти уверена, что он скоро объявит о своей помолвке.

— Тогда увидимся, Лекс Лузер, — поддразниваю я его.

— Хорошо, Ренегад.

Повесив трубку, я делаю глубокий вдох и отправляю Риду сообщение. Его тренировка должна вот-вот закончиться, и я хочу застать его до того, как он уйдет.

«Планы изменились».

Суперзвезда: «Что такое?»

Я скрещиваю пальцы и печатаю маленькую невинную ложь.

«У Лекса проблемы с машиной. Я собираюсь прогуляться до здания суда. Ты можешь встретить нас там и отвезти в ресторан?»

Надеюсь, Рид не догадается о моей маленькой выдумке. Наблюдая, как три маленькие точки танцуют по экрану, я понимаю, что у меня нет запасного плана на случай, если это не сработает. Чертовы гормоны беременности поджаривают мой мозг. У меня всегда есть план «Б».

Суперзвезда:«Я буду через двадцать минут. Люблю тебя, Судьба».

Я ударяю кулаком по воздуху, празднуя свой успех.

«Я тоже тебя люблю».

Выходя за дверь, я беру два обручальных кольца, которые мы выбрали несколько недель назад, и вручаю их Бетси. К счастью, здание суда находится ровно в семи минутах езды от моего маленького дома. Я врываюсь в дверь и вижу, что Лекс, Летти и мой отец ждут меня в вестибюле.

— Все готово? — я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить нервы.

— Судья Гамильтон ждёт в своём кабинете, — подтверждает мой отец. — Мы подождем там.

— Отлично.

«Это сработает», — мысленно повторяю я снова и снова.

— Я подожду Рида здесь. У меня уже готово оправдание, чтобы отвести его в кабинет судьи Гамильтона.

Проводив их взглядом, я прохаживаюсь по вестибюлю в ожидании Рида.

Все мои мысли вылетают из головы, когда я вижу, как он подходит в своем темно-сером костюме. Мои глаза расширяются, когда я замечаю его бледно-розовый галстук и белую розу, торчащую из нагрудного кармана.

— Ты старался изо всех сил ради нашего свидания, — я бросаюсь к нему и обнимаю.

— Я не мог выглядеть неряхой на собственной свадьбе.

Кто, чёрт возьми, сказал ему?

— Как? — мой рот открывается и закрывается, пока я мысленно готовлюсь надрать кому-нибудь задницу.

— Судьба, я знаю тебя лучше, чем самого себя. Твоя кожа сияет, твои сочные сиськи наливаются, и ты, как правило, зеленеешь всякий раз, когда чувствуешь запах кофе. Не нужно иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что мои пловцы сделали свою гребаную работу.

Я немного поникла, осознав, что мой гениальный план не сработал.

—

Когда ты сказала мне изо всех сил стараться встретиться в здании суда, я понял, что происходит.

— Твой ребенок выводит меня из себя, — ворчу я и развожу руками в знак поражения.

— Давай поженимся, чтобы я мог отвезти тебя домой и загладить свою вину.

Это предложение, от которого я не могу отказаться.

Эпилог 1

Рид

Год спустя

— У твоего папы будут большие неприятности, когда он вернется домой.

Ну и к черту. Думаю, сегодня я не смог победить скоростную доставку. Это вина тренера. Завтра у нас игра, и наше второе место — это просто катастрофа. Он в бешенстве из-за этого.

— Тебе ещё нет и трёх месяцев, а он уже ужасно тебя балует, — воркует Рен нашей малышке. — Что мы будем с ним делать, милая Мира?

— Поцелуй его и поприветствуй, когда он вернется домой, — говорю я, заходя в гостиную и видя, что моя жена уютно устроилась на диване с нашей малышкой на руках, а вокруг них сложена небольшая стопка пакетов. На них одинаковые пижамы, что просто чертовски мило.

— Рид! Ты должен перестать покупать ей так много всякой всячины, — молвит Рен, качая головой. — Она никогда всем этим не воспользуется. Между нами говоря, ей исполнится сорок, прежде чем она начнет играть со всеми игрушками в детской!

— На этот раз я не покупал ей игрушек.

Я перегибаюсь через спинку дивана, чтобы поцеловать Рен, а затем забираю нашу дочь из её рук и прижимаю её крошечное тельце к своей груди.

— Привет, малышка, — шепчу я, и моё сердце тает, как это происходит каждый раз, когда я обнимаю её. Я думал, что хочу мальчика, когда Рен сказала мне, что беременна, но как только мы узнали, что у нас будет девочка — я влюбился в это крошечное создание. Я уже обвился вокруг её пальца так же крепко, как и вокруг пальца её мамы.

Нет ничего, чего бы я для них не сделал. Кроме как перестать покупать им всякую дрянь. Моя работа — заботиться о моих девочках… и это моё данное Богом право — забрасывать их всяким барахлом, если мне так хочется. Рен работала не покладая рук, пока у неё не начались схватки, и она вернется к работе через несколько недель. Она чертовски права и я балую дочь.

— У-хм, — стонет она. — Тебе повезло, что ты выглядишь так чертовски сексуально, когда держишь её, иначе я бы сейчас так на тебя разозлилась.

— Нет, ты бы не разозлилась, — я ухмыляюсь ей. — Половина барахла в этих коробках для тебя, и ты это знаешь.

Рен показывает мне язык, а затем выражение ее лица смягчается.

— Что ты купил нам на этот раз?

— Одинаковые сумочки, — я обхожу вокруг дивана, чтобы сесть рядом с ней, и воркую с Мирой, которая наблюдает за мной большими сонными глазами. Она очарована всем происходящим. Когда она бодрствует, то всегда смотрит на мир так пристально, как будто впитывает каждое мгновение.