Шрифт:
"The Silencers" 1962
Глава 1
Я угодил в настоящий, всамделишный буран, переваливая через горные гребни к востоку от Альбукерке, штат Новая Мексика. Однако на обширных плато, простиравшихся по другую сторону, крупные снежные хлопья, прилипавшие к ветровому стеклу, начали понемногу таять, а я свернул прямиком к югу и вознамерился перекусить в маленьком городке, известном под названием Кариньосо. Огромная стена серых туч по-прежнему стремилась мне вдогонку, но здесь, пониже над уровнем моря, отвратительная метель превратилась в ливень - и только.
Дождь не унимался,
Вывеска над заведеньицем гласила:
"КАФЕ "АТОМНОЕ"".
В Аламогордо, господа хорошие, все нарекается либо "атомным", либо "ядерным". Крепко подозреваю: население исступленно гордится тем, что первую окаянную бомбу взорвали по соседству. Отлично, вольному воля: пускай гордятся и пыжатся, покуда не лопнут. Быть может, местным жителям и впрямь оказали великую честь; но ваш покорный слуга не жалует фейерверков, от которых приключается лучевая болезнь, и созерцать их не жаждет...
Я осведомился у владельца кафе, как он относится к предстоящим подземным испытаниям в горах Мансанитас - весьма и весьма недалеко от Аламогордо. Русские, извольте видеть, опять набрали себе на пробу полное лукошко атомных грибов, и наши умники решили не отставать.
Владелец ответил, что его это не тревожит.
Во всяком случае, добавил он, пускай уж лучше взрывают под землей. При воздушных взрывах часто выпадают радиоактивные осадки, надобно беречься при любой перемене ветра, и так далее, и в том же духе.
Резонно. Впрочем, я слыхал, обитатели Швейцарских Альп изрядно беспокоятся по прямо противоположному поводу: не приведи. Господи, взрывная волна пересечет ложе Атлантики, пройдет по Европе и подпортит несколько живописных карстовых пещер. Поток туристов, желающих полюбоваться изумительными гротами, сойдет на нет, а денежная прибыль кантонов уменьшится на столько-то простых - или сложных, не знаю - процентов...
Не беда, заверил хозяин кафе. Скоро все треволнения останутся позади. Взрывы начнут проводить в открытом космосе, а тогда уж пускай почешут себе затылки марсиане, либо экипажи летающих тарелок.
Я слыхал о прожектах подобного свойства, но, поскольку ни бельмеса не смыслю в физике, то и не размышляю про столь умопомрачительные вещи.
– На подземные испытания плевать!
– с неподдельным жаром продолжил мой собеседник.
– А вот проклятущие ракеты в Уайт-Сэндзе - это вам не фунт изюма! Сейчас еще можно хотя бы дух перевести, вздремнуть спокойно... Прежде, случалось, чуть ли не каждую неделю где-то чем-то замкнуло проводок - и будьте здоровы! Мерзавка взлетает, ее уничтожают уже в воздухе, чтоб не унеслась чересчур далеко, а мы сидим, трясемся: вдруг боевую головку накануне привинтить успели?
Он ухмыльнулся:
– И, вообразите, выяснилось: местная радиостанция - безобидная, зарегистрированная - случайно затрагивала частоту, приводившую в действие системы запуска! А теперь вообразите, что русские додумаются до похожего трюка. Поломают головы, поколдуют - и уронят ракетку-другую прямо на Аламогордо!
– Всегда предполагал, - возразил я, - будто запуск производится лишь расчетом дежурных офицеров, поворачивающих три-четыре особых ключа одновременно и независимо.
– Дудки! В прошлом году взлетела, подлая,
Разговор делался чрезвычайно занимательным, однако продолжать болтовню я попросту не мог.
Во-первых, очень торопился. Во-вторых, если задавать чересчур много вопросов, неизбежно сочтут иностранным шпионом. В-третьих, я действительно был шпионом - американским, - и потому следовало привлекать к своей персоне поменьше внимания.
Я расплатился, вернулся к машине, поехал дальше.
К югу от Аламогордо шоссе, уводящее в Эль-Пасо, штат Техас, на протяжении восьмидесяти четырех миль тянется через дикую безводную местность, покрытую лишь песками - обычными и зыбучими, - кактусами да мескитовыми зарослями. Землю, до такой степени враждебную любому двуногому, четвероногому или пернатому созданию, следовало бы расстрелять без суда и следствия.
Чем и занимается американское правительство. Точнее, министерство обороны.
Упомянутая милая территория разлеглась от Уайт-Сэндза на севере аккурат до Форта Блисс на юге. Все это пространство исправно и обильно посыпают пушечными снарядами разнообразных калибров и ракетами любых размеров.
Полигон.
С дороги то и дело видны предупреждающие знаки:
ОПАСНОСТЬ!
ДОСТУП ВОСПРЕЩАЕТСЯ!
– NO ENTRE!
Переводы на испанский напоминают: Мексика неподалеку, и вы близитесь к ее границе.
Солнце уже сияло, но стояло еще низко над горизонтом, когда я достиг Эль-Пасо. Сообразно полученным распоряжениям, пришлось обосноваться в отеле "Paso del Norte" [1]– живописном пережитке старых добрых времен, когда гостиницы служили удобными пристанищами, а не роскошными притонами" скотоводы были просто скотоводами, а не держателями нефтяных акций... впрочем, вы уже знакомы с моими вкусами.
Вестибюль уходил ввысь приблизительно этажа на три, а увенчивал его купол цветного стекла, который поддерживали розоватые мраморные колонны. Джентльмен, опередивший меня полутора шагами, а потому регистрировавшийся у дежурного первым, был облачен в чудовищно большую стэтсоновскую шляпу (снежно-белую) и ковбойские сапожищи с отворотами (ядовито-желтые). Когда он размашисто поставил подпись в журнале и повернулся, дабы "отойти, я удостоверился: пряжка ремня блистает накладным серебром, а размерами смахивает на экран телевизора.
1
"Северный перевал" (исп.).
Н-да. Я прибыл в Техас.
Покуда я совершал необходимые формальности, привратник завладел моим пикапом и определил его в гараже напротив. Я поставил сразу две подписи: мистер и миссис Мэттью Л. Хелм, Санта-Роза, штат Калифорния. Пояснил: жена прибудет немного позже - и, разумеется, нагло соврал, ибо никакой жены у покорного слуги не водится. Водилась однажды - но мы расстались, ибо дражайшая половина случайно проведала о роде былых моих занятий - и он пришелся Бет не по вкусу. Винить супругу было бы грешно. Я и сам не был в особом восторге от свершенных некогда подвигов.