Усмиритель душ
Шрифт:
Братец Лан, услышав о случившемся, тоже примчался в больницу, и Чжао Юньланю пришлось его успокаивать. Бедный толстяк понятия не имел, что выпивка может уложить тебя на больничную койку, и его лицо позеленело от ужаса, словно несвежий огурец.
***
Очнувшись, Шэнь Вэй осознал, что его опутывают всевозможные трубки, и осторожно сел, избавляясь от них по одной.
— Боюсь, придётся тебе здесь задержаться на несколько дней, — лениво предупредил его знакомый голос.
— Мы в больнице? — непонимающе спросил Шэнь Вэй, изменившись в лице. — Я… Сколько я выпил?
— Достаточно, чтобы у тебя остановилось сердце.
— Я…
Шэнь Вэй даже не догадывался, что настолько не переносит алкоголь. А пока он торопливо придумывал оправдание, Чжао Юньлань отставил свою кружку на больничный столик.
— Это я виноват, — сказал он, — ты меня напугал, а я был достаточно пьян и растерян, чтобы вызвать скорую. Этого, конечно, делать не следовало: теперь тебе придётся пару дней играть в пострадавшего и подыгрывать здешним докторам…
Что-то неуловимо изменилось в его голосе.
Чжао Юньлань слегка улыбнулся и тихо добавил:
— Ваша Честь.
Глава 44.
Шэнь Вэй молчал несколько долгих минут, и Юньлань не собирался его торопить — только устроился поудобнее в своём углу. В палате было так тихо, что наручные часы Юньланя, казалось, тикали на весь этаж.
Наконец, Шэнь Вэй вздохнул и взмахнул рукой. В один миг его больничная пижама сменилась знакомым чёрным плащом, а в ладони появилась глефа, и Шэнь Вэй с какой-то откровенной простотой уложил своё древнее оружие на колени.
В этот раз чёрный туман уже не прятал его лица.
— Как ты узнал? — тихо спросил Шэнь Вэй.
Чжао Юньлань долго смотрел на него, сощурив глаза, а затем улыбнулся:
— Я не знал. Зато теперь знаю.
Выражение лица Шэнь Вэя невозможно было описать словами.
— Я, конечно, подозревал. Слишком много совпадений: вспомнить, хотя бы, твоего кукольного посыльного и его появление в пещере Ханьга. Или нашу встречу со стражем преисподней: ты откуда-то знал, куда он ведёт все эти души. А ещё он дважды поклонился нашей машине. Опять же, Чжу Хун умудрилась напрочь забыть о тебе… Вам доступны эффективные методы перемещения, Ваша Честь; должно быть, вы успели побывать на «другой стороне» и вернуться назад незамеченным. Кроме того…
Когда Шэнь Вэй целую ночь смотрел на него в хижине. Именно тогда Чжао Юньлань впервые что-то заподозрил. Однако говорить об этом Палачу Душ было странно, и Юньлань поспешно притормозил и проглотил остатки своих рассуждений.
—
Палач Душ молчал: кажется, ему нечего было сказать.
Юньланю тоже было не по себе: на него накатило сожаление, что всё происходит так резко и прямо. Стоило вспомнить, что он вытворял перед «Шэнь Вэем» в прошлом и с какой целью… Ему отчаянно хотелось притвориться мёртвым или заявить, что он мистическим образом потерял память.
Юньлань потёр виски: за сегодняшний день он успел натворить столько глупостей, что теперь чувствовал себя настоящим идиотом.
Прежде, чем он справился со смущением и решился снова раскрыть рот, прошло немало полных неловкости минут.
— Я не знал, что профессор Шэнь… Чёрт. Прошу простить меня, если я каким-то образом вас задел, Ваша Честь.
Шэнь Вэй покачал головой.
С каждой минутой сомнений у Юньланя становилось всё меньше, а вопросов — больше и больше, но глядя в отсутствующее искажённое лицо Шэнь Вэя, он не решился снова заговорить. Вместо этого Юньлань сполоснул свою кружку, улёгся на небольшую гостевую койку и скорчился там, смирившись с неудобством.
— Уже поздно, — пробормотал он, не задумываясь, — отдыхай. Зови, если что-то понадобится.
И только потом осознал, с кем разговаривает. Весь день сегодня его слова были не к месту. Первый раз в жизни Чжао Юньлань вынужден был признаться в собственной непроходимой глупости. Лучшим решением было заткнуться, отвернуться к стене и попытаться уснуть.
Однако ни один из них той ночью не сомкнул глаз.
***
Первой неладное заподозрила Чжу Хун: шеф Чжао совершенно неожиданно вдруг превратился в настоящего паиньку.
Перестал напиваться с братцем Ланом, перестал пороть чушь днями напролёт и выискивать оправдания для бесстыдного флирта с профессором Шэнем.
Даже когда его сотрудники завалились ночью в бар и попытались списать расходы на рабочие, шеф Чжао не стал возражать. И даже ругаться не стал — просто молча подписал бумаги. И не пытался присоединиться к веселью.
Шэнь Вэй всё ещё торчал в больнице; Юньлань перетащил туда свой ноутбук и так и работал, сидя на жёсткой гостевой койке. Только велел Го Чанчэну принести ему из отеля смену одежды.
Чжу Хун подозрительно наблюдала за ним, не отводя глаз: интуиция подсказывала ей, что что-то плохое произошло тем вечером, когда шеф напился. Должно быть, он окончательно растерял остатки стыда и принудил профессора Шэня к чему-то непотребному.
<