Усмиритель душ

Priest P?

И всё же с этой «мачехой» было легко и приятно общаться, так что Го Чанчэн категорично заявил:

— Я не хочу уходить.

Го Чанчэн всегда плыл по течению. Всякий раз, как нужно было принимать какое-либо решение, он трусливо сбегал, отдаваясь на волю других. И вот теперь его дядя и тётя были весьма озадачены такой внезапной решительностью.

Спустя несколько долгих минут тётя спросила:

—

Тебе действительно так хорошо на этом месте?

Го Чанчэн уверенно закивал.

— И ты действительно хочешь там работать? — в голосе дяди всё ещё слышалась тревога. — Это правда не очень опасно?

Чанчэн решительно солгал:

— Совсем не опасно.

— Ну, ладно тогда, — кивнул дядя, мысленно приходя к выводу, что Го Чанчэн наконец вырос, раз у него появились амбиции и страсть к работе. Было бы неразумно сейчас всё это гасить. — Тогда дай мне номер этого Чжао Юньланя, я хочу пригласить его на ужин. Он ведь не намного тебя старше, тебе было бы неплохо у него поучиться.

***

Чжао Юньланя разбудил телефонный звонок. Голова болела так сильно, будто в неё от души ввинчивали сверло. Судя по всему, поспать ему удалось совсем недолго, и теперь Юньлань чувствовал себя совсем разбитым.

Он не знал, сколько часов проспал. Ему снилось что-то бессвязное, начиная от ослеплённых драконов и заканчивая горой Бучжоу — одно и то же снова и снова.

Слепо нашарив на тумбочке телефон, Юньлань ответил на звонок, не открывая глаз. Однако стоило ему сообразить, кто звонит, как он тут же взял себя в руки. После долгого обмена любезностями Чжао Юньлань постарался выделить сильные стороны Го Чанчэна и при этом не наврать лишнего, чтобы незаметно подбодрить его дядю. Умаслив друг друга как следует, они договорились о встрече.

Чжао Юньлань положил трубку и, зарывшись лицом в подушку, простонал:

— Как же болит голова.

Шэнь Вэй тут же бросил все свои дела и поспешил к нему. Обнял и приложил ладонь ко лбу.

— Горячий. Отчего у тебя вдруг температура?

Чжао Юньлань опустил слабую голову ему на плечо и прошипел сквозь зубы:

— А ты как думаешь? Принеси мне таблетку обезбола и жаропонижающее, шарлатан.

Шэнь Вэй выполнил его просьбу с очень виноватым видом.

Чжао Юньлань залпом проглотил обе таблетки и закатал рукава пижамы, в которую Шэнь Вэй каким-то образом умудрился его одеть. И внезапно набросился на Шэнь Вэя, завалив его на кровать. С торжествующим видом победителя Юньлань медовым голосом протянул:

— Господин, хорошо ли этот слуга удовлетворил вас прошлой ночью?

Шэнь Вэй придержал его за талию и принялся ловко застёгивать

пуговицы пижамы.

— Не поднимай одеяло: выпустишь всё тепло и простудишься.

— Не твоя забота. — Юньлань одной рукой надавил ему на плечо, а другой схватил за воротник и угрожающе добавил: — А раз вы удовлетворены, возможно, этому слуге полагаются чаевые?

Шэнь Вэй позволил ему себя удержать и всмотрелся в лицо Юньланя. Его действия были явным приглашением взять своё, и Юньлань, осмелевший от гнева, принялся стаскивать с Шэнь Вэя одежду.

— Если сегодня же я не возьму тебя, то завтра возьму твою фамилию… ох, блядь!

— Что такое? — Шэнь Вэй бережно его приобнял.

— Ой… ой-ой-ой, ногу судорогой свело.

Шэнь Вэй лишился дара речи.

У Чжао Юньланя, видимо, по жизни был недостаток кальция, и к тому же вчерашняя ночь его здорово вымотала. Судорога стала сильнее, перекинулась с бёдер на икры, а потом и на стопу. Шэнь Вэй принялся с силой разминать сведённые мышцы, от чего Юньлань, едва сдерживая крик, матерился сквозь зубы.

Боль была настолько сильной, что Юньланю пришлось закусить уголок одеяла и терпеть, пока судорога не стихла. Его пижама задралась, и Шэнь Вэй заметил наливающиеся фиолетовым синяки. Стремясь загладить свою вину, он принялся дальше разминать мышцы, пока Юньлань под его руками окончательно не разомлел. Но когда его взгляд упал на лежащий на тумбочке телефон, он неожиданно сказал:

— Второй дядюшка Го Чанчэна только недавно получил повышение, и я его не слишком хорошо знаю. Некоторые считают, что у него нет сильных сторон, зато он знает, как угодить любому.

Шэнь Вэй согласно хмыкнул.

— Он отправил ко мне своего племянника, и тот проработал уже полгода. Но сам он при этом ни разу со мной не связывался — а сегодня пригласил на ужин. Считаешь, это нормально?

Шэнь Вэй, далёкий от сложных рабочих расшаркиваний, спросил:

— Почему нет?

— Подозреваю, что старик только сейчас выяснил, что Го Чанчэн работает на меня, и это… — Чжао Юньлань замолчал на мгновение и не стал продолжать. Вместо этого он повернулся к Шэнь Вэю и внезапно спросил: — Это правда, что я разрушил путь на небеса, гору Бучжоу?

Шэнь Вэй застыл на секунду, но всё же ответил:

— Согласно легендам, Гун-гун врезался в гору Бучжоу и разрушил её.

— Хм. — Юньлань прикрыл глаза. Если призрачное племя было освобождено после разрушения горы Бучжоу, то Шэнь Вэй и не мог точно знать, кто её разрушил.

Поколебавшись, Шэнь Вэй всё же спросил:

— Когда ты был внутри священного древа, что ты…