Услышь свое сердце

Кеннеди Стейси

– Спасибо, – ответила Аделин.

На самом деле она сейчас переживала не самое простое время. После разрыва с Броком она чувствовала себя разбитой и потерянной. Помимо этого у нее возникло такое ощущение, что ей больше не место в Нью-Йорке. Но и в Девилс-Блафф она не чувствовала себя дома. Ей не хотелось говорить о себе, поэтому она вернулась к интересующей ее теме.

– То есть вам известно о Колтере не больше, чем городским сплетникам? Вы не знаете ничего такого, о чем я могла бы написать в своей статье?

–

Колтер заслуживает, чтобы о нем писали. Его брат тоже. Они оба заботятся о своих родителях и многое делают для города.

Аделин подумала, что, если напишет о Колтере просто как о хорошем человеке и заботливом сыне, повышение ей не светит. Ей нужно узнать об успехах и неудачах Колтера, его достоинствах и недостатках. Это было бы интересно читателям.

Часы Уэйлона издали сигнал.

– На сегодня рабочий день закончен, – сказал он, выключил компьютер, поднялся и вместе с Аделин направился к выходу.

Ее всегда восхищало то, как Уэйлону удавалось находить баланс между работой и семейной жизнью. Наверное, именно поэтому он уже сорок лет был счастлив в браке.

– Была рада вас повидать, – сказала Аделин. – Передавайте от меня привет Марджори.

– Обязательно.

Они обнялись на прощание, и Аделин пообещала ему заглянуть в редакцию перед отъездом. Через пару минут она уже была в «Лонгхорн грилл», и хостес проводила ее к столику.

Затем дверь открылась, и в ресторан вошел Колтер. Следом за ним вошли две женщины, но, увидев, что он направился к Аделин, переключили свое внимание на двух мужчин у барной стойки.

Когда он подошел к столику, наклонился и поцеловал Аделин, все нервные клеточки в ее теле зазвенели. Она знала, что он играл на публику, но ее тело, похоже, об этом забыло. Когда он отстранился, она улыбнулась и произнесла притворно-спокойным тоном:

– Привет. Вижу, женщины продолжают тебя преследовать.

– Привет. – Сев напротив нее, он снял шляпу и положил ее на свободный стул. – Да, но их не так много, как раньше. Это означает, что наша договоренность работает. Твой день прошел хорошо?

– Спокойно, – ответила она. – Большую часть дня я собирала о тебе информацию.

Колтер поднял бровь:

– Ты нашла что-то интересное?

– Нет.

– Хорошо. Я предпочел бы, чтобы ты все узнала из первоисточника.

«Я бы тоже хотела», – подумала она, но не сказала этого вслух, потому что к их столику подошла официантка. Они заказали еду и напитки, и через несколько минут она вернулась со стаканом пива для Колтера и бокалом пино гриджио для Аделин.

Сделав глоток вина, Аделин достала из сумочки блокнот:

– Ну что, начнем интервью?

– Не сейчас. У нас будет полно времени для этого. Лучше расскажи мне о себе.

– Зачем? – удивилась она.

– Я хотел бы узнать больше о девушке, которая уехала из Девилс-Блафф, и женщине, которая вернулась, – ответил он, окинув ее горящим

взглядом.

Аделин откинулась на спинку стула.

– Здесь нет ничего интересного. Когда моя мама поняла, что ей надоело жить в маленьком городке, мы переехали в Нью-Йорк.

– Твой отец не возражал против вашего отъезда?

У Аделин сдавило горло от эмоций, и она сделала большой глоток вина, прежде чем ответить:

– Я никогда не встречалась со своим отцом.

– Никогда?

Она покачала головой:

– Когда я появилась на свет, он не захотел быть частью моей жизни, и мама с уважением отнеслась к его выбору.

– Смелая женщина.

– Моя мама лучшая из всех, кого я знаю. Она давала мне все, что было нужно, поэтому отсутствие отца не было для меня особой проблемой. – Аделин говорила себе это до тех пор, пока сама в это не поверила. – Думаю, что мама рассказала мне о нем только потому, что я однажды ее об этом попросила.

– Ты не хочешь с ним встретиться?

– Нисколько, – искренне ответила она.

– Тебе нравится жить в большом городе? – спросил Колтер.

– Я обожаю Нью-Йорк, – сказала Аделин, вращая ножку бокала. – Не могу представить себя живущей в каком-либо другом месте на земле.

Он вскинул голову:

– Не слишком ли громко сказано.

– Возможно, – улыбнулась она. – Признаюсь, мне понадобилось много времени, чтобы привыкнуть к жизни в большом городе. Сколько человек живет в Девилс-Блафф? Десять тысяч?

– Да, примерно, – кивнул Колтер.

– Поначалу мне было некомфортно находиться в шумном густонаселенном городе, но после того, как я привыкла к нью-йоркскому ритму жизни, мне стало некомфортно в тихих малолюдных местах.

– Значит, возвращение сюда для тебя своего рода испытание?

– Можно и так сказать.

Его губы медленно растянулись в улыбке.

– Почему для тебя так важно повышение в должности? – спросил Колтер, выпив немного пива.

Он все ближе подбирался к теме, которой ей не хотелось касаться, но она не могла скрывать правду. Как интервьюер может ждать правды от других, если сам не готов быть откровенным? Кроме того, рядом с Колтером она почему-то не испытывала чувства неловкости.

– Потому что работа – это единственное, что у меня осталось. – Его брови сдвинулись, и она быстро продолжила: – Неделю назад я узнала, что мой жених Брок, с которым мы были вместе пять лет, изменял мне со своей секретаршей. Он разбил мне сердце, и я не знаю, как буду жить, когда вернусь домой.

– Понятно, – мягко произнес он.

– Я знаю лишь то, что все мои мечты и планы рухнули в мгновение ока. Но у меня осталась любимая работа, и вместо того, чтобы плакать день и ночь, жалея себя, я соперничаю с несколькими коллегами за более высокую должность. Если я ее получу, у меня будет по крайней мере один повод для радости и гордости.