Усилия любви
Шрифт:
– Десять, девять, восемь, семь, шесть…
В этот момент в зал вполз Радик.
– Шеф, – сказал он тихим голосом, которого никто не услышал.
– Пять, четыре, три, два, один… пуск!
– Шеф! –
Шеф обернулся.
– Кто же полетел? – спросил он тихо. – Дезертир!
– Меня подменили, – сказал Радик.
Еще ярче вспыхнули экраны и сигналы.
На экране, который смотрел внутрь установки, появилось торжествующее лицо пусковика. Пусковик поднял вверх большой палец.
– Есть телепортация! – закричал он.
Техники, ученые и обслуживающий персонал бросились друг другу в объятия. Дело свершилось.
Лисичка помогла Радику, от которого сильно пахло хлороформом, подняться на ноги.
– Это, – сказала она, – песнь торжествующей любви.
Из установки, кутаясь в купальный махровый халат, оставленный теленавтом Прострелом, вышла полная молодая женщина.
– Я так больше не могу, – сказал шеф. – Мне семьдесят лет. У меня слабые нервы. Это не Пирелли.
– Нет, – ответила женщина. – Я не Пирелли. Но Пирелли – настоящий джентльмен.
– Говорит, – сказал Артур Артурович. – Говорит.
– Говорит, – сказала Лисичка.
– Тем более, – сказала решительно женщина в халате.
– Таисия, здравствуйте, – сказала тогда Лисичка. – Он так к вам стремился, чтобы вы не ушли к Степаняну.
– А вы не знаете случайно его адреса? – спросила Таисия. – Я бы поехала к нему немедленно. Я намерена спросить его: женится он на мне или будет колебаться всю жизнь?
– Его адрес, – сказал Радик, тряся головой, чтобы прогнать следы одурения, – Солнечная система. Титан.
– Когда он туда улетел? – тихо спросила Таисия.
– Одновременно с вами, – сказал Радик. – Вы должны были встретиться на полпути.
Таисия молча повернулась, сделала шаг обратно, к установке, но кто-то из техников мягко остановил ее и сказал:
– Следующий запуск через полгода.