Уши не трогать!

Гаврилова Анна Сергеевна

Слишком резко надавила на газ, «хонда» дернулась, и мы покатили…

Куда? Да черт его знает! Одни елки и березы кругом. И как Машке удалось въехать на эту проклятую поляну?

Эй, кто-нибудь, выключите слезы, я же ни черта не вижу!

Я – девочка из циничного двадцать первого века эпохи людей. Я не верю в чудеса. Даже после нескольких недель в мире магии и близкого общения с богом – не верю! Потому что финал моей истории доказал – чудес нет, не было и не будет.

Но ничем

иным объяснить свой благополучный выезд на шоссе не могу.

Когда асфальт бросился под колеса, я, вопреки здравому смыслу, выжала полный газ. Мир резко изменился. Сузился, превратившись в ровную серую ленту. Пустую, к сожалению. Зато с выбоинами, которые с неизменной любезностью напоминали, в какой стране пребываю.

Мерзкие слезы по-прежнему щипали глаза. Я утерлась несколько раз, потом плюнула и включила дворники – вдруг поможет? Просто удерживать руль одной рукой не получается, сил не хватает. А когда тебя бросает из стороны в сторону на скорости сто восемьдесят – это не слишком приятно. Хотя… какая теперь разница?

Никогда не думала, что предательство – это так… так больно.

Черт! Пожалуйста, кто-нибудь, выключите слезы! Или убейте меня! Чтобы хоть чуточку легче стало! Умоляю! Пожалуйста! Кто-нибудь!

…Меня «услышали».

Когда «хонду» в очередной раз мотнуло и я на полкорпуса вылезла на встречку, сзади взвыл оглушающий, совершенно мерзкий клаксон. Короткий взгляд в зеркало заднего вида, и машину снова мотнуло. Но убрать ногу с педали газа – не судьба. Черт, а где она вообще, педаль эта? Сзади снова истерично загудели.

Черт! Я выровняла «хонду», впилась взглядом в дорогу. Руль сжала так, что ладони заболели. Машина пошла ровно. Очень ровно… Но хамло дорожное продолжало сигналить. Еще и фарами замигало. Переклинило его, что ли?

Я бы оторвалась, но Машкина развалюха категорически отказывалась давать больше ста восьмидесяти – и тут бывшая подружка подгадила!

А хамло не унималось. В конце концов эта орущая тварь обошла справа и вписала свой черный блестящий зад перед моим носом.

Да ну и черт с тобой! Зато заткнулся наконец!

Несколько минут все было в порядке, я даже успокоилась немного. Но хамло начало притормаживать. Думает, сброшу скорость?! Как бы не так! Мне вообще пофиг!

– Черт! – выпалила вслух. Потому что пелена слез на пару секунд развеялась и я наконец поняла, что передо мной «хаммер».

Чем грозит столкновение с такой машинкой – тоже догадалась, причем настолько резко, что даже вспотела. Я в сравнении с ним – велосипед, обшитый бумагой. Врежусь – не выживу… Поэтому, когда у бронированной мерзости вспыхнули стопаки, ударила по газам и крикнула во все горло:

– Арх!!!

А что… Разбиться к чертям – не самый плохой вариант. Я же теперь эльф, значит, призвав перед смертью проклятого бога, смогу хотя бы увидеть его…

Но «хаммер» ударил по газам еще резче.

И до меня вдруг дошло… Арх в нашу эпоху по гостевой визе мотается, значит, фиг я его перед смертью увижу. Боже… какая же я дура. Я же чуть не разбилась!

Нога сама плавненько переползла с газа на тормоз. Ручки подкрутили руль, отводя машину к обочине. Пальчик потянулся к кнопке аварийки. Едва мы с «хондочкой» припарковались, мозг прояснился окончательно.

И тот факт, что «хаммер» продублировал маневр, остановившись метрах в двадцати, ничуть не удивил. Предыдущие действия тоже обрели смысл: просто нормальный водитель увидел на дороге неадеквата и решил вмешаться, чтобы беды не случилось. Зря я его хамлом обзывала.

Дверь черного монстра распахнулась. Сердце пропустило удар. На миг почудилось – сейчас из «хаммера» выйдет мой среброволосый бог… Но из машины вывалился брюнет. Мощный такой и, судя по походке, очень злой.

Я сжалась. Безумно хотелось забиться под сиденье, а лучше – вообще исчезнуть. Дверь решила не открывать до тех пор, пока у коллеги-автомобилиста кровавая пелена с глаз не спадет. Окно тоже оставалось закрыто, но крик расслышала отлично:

– Ты что творишь, дура!

Прикрыла глаза и начала молиться. Почему-то Арху.

– Тебе жить надоело, да?! – Вопрос сопровождался стуком в стекло. – А ну выходи! Выходи, кому сказал!

Черт, бедный мужик. Тоже адреналина хлебнул.

Мысленно убеждая себя, что прятаться глупо, приоткрыла один глаз. В этот момент из «хаммера» вывалилась еще одна фигура. Вернее, не вывалилась, а выпорхнула.

К нам спешила стройная блондинка в обтягивающих джинсах и короткой легкой курточке. И чем ближе она подходила, тем серьезней становилось желание позвонить в «Кащенко» на предмет госпитализации.

Когда глюк стал ну очень качественным, решилась взглянуть на водителя, который по-прежнему долбился в стекло и осыпал… уже матюгами.

Синие глаза, волевой подбородок, длинные черные волосы, из-под которых выглядывают острые кончики ушей. Черт, я знаю этого парня! Мама дорогая! Мамочка!

Я выпрыгнула из машины именно в тот миг, когда к нам подбежала блондинка. Застыла на минуту, не в силах совладать ни с голосом, ни с эмоциями. Моя улыбка, кажется, пугала, но… исполненный счастья крик был на порядок страшней.

– Ванесса! Дарралиэль!

Не спрашивая разрешения, заключила каргулю в объятия. Из глаз снова выпорхнули слезы.

– Ванессочка, милая моя! Заинька моя длинноухая! Лапочка моя! Каргулечка! Я так рада! Ванессочка!

– Э… Девушка, с вами все в порядке? – пробасил Дарралиэль.

Я отпустила герцогиню и метнулась к нему.

– Дарралиэльчик! Черт, как же я рада тебя видеть!

Эльф стоял столбом, едва ли пальцем у виска не крутил.

– Девушка… – в этот раз звала Ванесса, – девушка, с вами все в порядке?