Урук-хай, или Путешествие Туда...
Шрифт:
– Ты бы хоть предупредил, как оно будет.
– А?.. – отозвался Огхр и тоже потряс головой. – Чего?
– В ухо! – возмутился Гхай. – Вот чего! Я думал, меня сейчас расплющит, как таракана под молотком.
– Всем заткнуться! – приказал Гхажш. – Он не каждый день этой пыльцой пользуется. Не рассчитал. Живы все и хорошо.
– А ты, – он ткнул пальцем в Гхая, – пошёл смотреть, что с воротами!
– Они стоят! – прокричал Гхай через некоторое время. – Целёхонькие!
– Огхр?! – Гхажш посмотрел на него взглядом довольно суровым.
– Я сам
– Сам такой, – прокричал издалека Гхай. – Здесь, между прочим, всё отлично слышно.
– Ладно, умник, – проворчал, удаляясь от нас, Огхр. – Толку в тебе много, а бестолочи ещё больше.
Некоторое время мы с Гхажшем слышали неясное препирательство наших спутников, а потом раздался грохот и лязг.
– Готово! – крикнул нам Огхр. – Прочно было сделано. Петли вышибло, а ворота не уронило. Пришлось раскачивать. Они толстые, мы одну створку уронили.
– Вход свободен? – спросил Гхажш.
– Ага. Гхай уже внутрь вошёл!
– Поросёнок! – то ли одобрительно, то ли осуждающе сказал Гхажш. – Идём, Чшаэм, посмотрим, что там.
Мы и нескольких шагов не сделали, когда раздался вопль Гхая. «Сюда! Сюда!» – вопил он так истошно, словно ему угрожала опасность. Мы бросились вперёд, миновали ворота, пробежали сходу ещё десяток шагов и замерли…
Зал, в который мы попали, был огромен. Исполинские своды поддерживались длинными рядами чёрных каменных колонн. И в вышине, над нашими головами, сквозь большие круглые отверстия в камне свода светило давно не виденное нами солнце. В некоторые из них ещё сыпался песок, образуя на полу довольно высокие кучи правильной формы.
– Мам-ма моя! – заворожённо сказал Огхр, задрав голову к своду. – Это мы, видать, рванули – песок в дырки и осыпался.
– Ты по сторонам посмотри, дурила! – толкнул его в бок Гхай. – По сторонам!
Было на что посмотреть и по сторонам. В полумраке, между рядами колонн высились исполинские печи, наковальни, молоты и меха. Сеть железных балок была протянута между колоннами, и сверху свисали цепи с висящими на них клещами, ломами великанских размеров и ещё какими-то орудиями, которым я не знаю названия. Такие же балки были проложены и по полу, и на них стояли тележки, груженные металлическими чушками, углём и ещё чем-то непонятным.
– Каргхана… – прошептал Огхр. – Это же каргхана, Гхажш! Совсем такая, как у нас, на острове!
– Точно, – согласился Гхажш. – Каргхана. Только, если все ваши на острове собрать и здесь расположить, то ещё место останется. Для гхазатбуурзовских и гундабадских. Я такого даже в Гхазатбуурзе не видел. Там всё попроще. Здесь вода должна быть. Молоты отчего-то же работали. Где? Ты лучше нас всех разбираешься, где и что в каргхана находится.
– Сейчас, – ответил Огхр. – Гхай! Ты где?
– Здесь! – из дальнего конца мастерской прокричал Гхай. – Здесь вода! Журчит!
Бегом мы преодолели разделяющее нас расстояние. Гхай стоял возле двери, такой же, как и многие виденные нами до сих пор. Огхр в очередной раз достал свою кривую железяку,
За ней был ещё один зал, поменьше, чем зал мастерской, но тоже немалый. И половину его площади занимала вымощенная камнем ямина. Она была полна водой, под самый край. Я хотел, было, кинуться к воде, но был удержан Гхажшем. Он сказал, что первым будет пить Гхай, и если с ним ничего не случится за два часа, то потом и мы напьёмся.
С Гхаем ничего не случилось, и мы не только напились, но и искупались. Вода была холоднющая.
– Откуда она такая? – спросил я, стуча зубами, когда мы вылезли.
– С гор, – ответил Гхажш, вытирая капли с поджарого тела. – В книгах было написано, что от ледников на севере до Лугхбуурза проложены подземные водоводы. Мы их искали, но так и не нашли.
– А куда девается? – встрял любопытствующий Гхай. – Почему всё здесь не затопило?
– Здесь река подземная есть. Горькая река, питающая озеро Нурнон, что на юге. Я думал, что это всё не действует. Даже надежды никакой не было, что мы это найдём.
– Это не всё! – заявил Огхр, который купался меньше нас, и сейчас лазил по окружности зала. – Этого водохранилища хватит, чтобы один ряд молотов питать. А их сколько? Должны быть ещё. И много. Да и городу же что-то пить надо.
– Я тоже так думаю, – согласился Гхажш. – Сейчас всё барахло наше сюда перетащим. Здесь будет стоянка, отсюда будем ходить в разные стороны. Ещё. У меня к тебе вопрос, Огхр. Ты сможешь это хозяйство в работу запустить?
– Один? – изумился Огхр. – Да здесь полсотни огхров надо, чтобы хоть немного разобраться, и снаг – с тысячу, чтобы кое-какой порядок навести. Ты же сам видишь.
– Полсотни и тысячу я тебе не обещаю, – усмехнулся Гхажш, – но десяток огхров и две сотни снаг у тебя будут. На первое время. Скоро. Снаги из местных будут здесь через несколько дней. Они уже в пути.
– Что? – удивлению Огхра не было предела. – Откуда?
– Когда мы зажгли Огненное Око, в Пепельных горах отпустили ласточек. Так было уговорено давно. Для ласточки отсюда даже до Карндума лету не больше четырёх дней. До Гхазатбуурза, Гундабада, Белых гор – ещё меньше. Огненное Око видно далеко. Сейчас уже вся пустыня, от Пепельных гор до Нурнона, знает, что оно снова горит. Все уже в пути, Огхр!
– Ты волшебник! – убеждённо сказал Огхр. – Ты – Азогх!
– Не я, – отказался Гхажш. – Это Угхлуук, это он всё придумал. Я только делаю. И не только я. Ты даже не представляешь, сколько народу в этом деле.
Его слова подтвердились едва ли не в ту же минуту.
«Невидимы, неслышны мы! Мы призраки из серой тьмы! Нас часто смерть встречает на пути, Но смерть – подруга не для нас! Нам отдан на всю жизнь приказ, И мы должны назад прийти!»