Урсула
Шрифт:
Еще одно занятие русалочьего народа, которое раздражало Урсулу, — это приемы. Они беспрестанно устраивали торжества: то по одному поводу, то по другому. Королева пробудилась ото сна? Прием. Королева умылась и подмылась? Прием.
Когда она была моложе, Урсуле нравилось приплывать на такие торжества. Еда была изысканной, драгоценности и всякие побрякушки впечатляющими, а компания… оставляла желать лучшего. Когда она была совсем еще юной осьминожкой, никто не позволял себе говорить ей прямо в глаза непочтительного слова. Однако как только ее отец отворачивался, на нее бросали взгляды, полные жалости и отвращения.
Ни один прием Нериссы,
Прислушайтесь к песне сирены:
наши голоса приведут вас к нашему крову.
У-у-у-у!
Прислушайтесь к плачу сирены:
от русалочьих напевов потеряете вы голову.
Губы наши свищут смертельную мелодию,
У-у-у-у!
Сладостнее звука вы не слышали никогда!
У-у-у-у!
Прислушайтесь к плачу сирены…
Урсуле хотелось лишь одного: чтобы ее воспринимали как обычного обитателя морских вод, чтобы ее приняли в Атлантику. Несмотря на косые взгляды, которыми они ее окидывали и издевки, она желала, чтобы остальные относились к ней, как к одной из них.
К пятнадцати годам Урсула была практически изгнана с приемов за то, что являлась сосредоточением недоброжелательности. За то, что не соответствовала прекрасному. Королева Нерисса не горела желанием, чтобы щупальца Урсулы пятнали мраморный пол. Сейчас она могла лишь прятаться в водорослях и заглядывать внутрь, пока они устраивали свое гулянье без нее.
* * *
Как-то раз, во время плавания, она услышала громкое пищание и поспешила разобраться. Под коробкой застрял морской еж. Урсула с помощью одного из своих щупалец приподняла коробку, а затем взяла со дна пострадавшее существо.
— Вы в порядке, брат мой меньший?
Покрытый острыми шипами морской еж, неудержимо дрожал.
— Они убили мою семью и бросили меня здесь, пока я не возмужаю, — горестно произнес он.
— Кто они? — Урсула знала, что в море обитали хищники, которые употребляли в пищу более мелких морских обитателей. Таков жизненный цикл. Может, акула? Хотя эти острые иглы были бы смертельны.
Маленькое существо в ее руке все еще было охвачено дрожью.
— Русалки. — При этих словах он почти забился в припадке.
Наложив на него успокаивающее заклинание, она удивилась.
«Зачем бы они стали кормиться этими существами?».
Теперь, когда еж успокоился, она поинтересовалась:
— Как Вас зовут?
— Колючка.
Ей пришлось прикусить губу, чтобы не захихикать над иронией, заложенной в его имени.
— Что ж, Колючка, меня зовут Урсула. Не желаете ли Вы отправиться ко мне домой, где будете в полной безопасности?
Он даже не стал раздумывать и просто согласился. Позже, той же ночью, она узнала у матушки, что морские ежи были лакомством
Колючка стал частью их семейства. Он не хотел уходить далеко от этой территории, страшась, что его постигнет та же участь, что и его семью.
Урсула любила Колючку как брата, но с возрастом она стала мечтать о друге, с которым можно было бы плавать по морю и делиться заветными мечтами.
«Хотя бы одного», — думала она. «Или я слишком многого прошу?».
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
В день шестнадцатилетия Урсулу навестил отец, король Посейдон, который приплыл, чтобы исполнить одно желание дочери.
— Подумай хорошенько, дочка. У тебя будет лишь одно желание. Я дарую тебе что-нибудь, что находится под водой. — Король лучился широкой улыбкой. Он был уверен, что его дочь пожелает превратиться обратно в обычную русалку. Она была удивительно красива, и если бы изменилась, то могла бы стать одной из принцесс, претендующих на трон.
Урсула думала об этом уже много лет. С тех пор как обычные русалки стали вытворять злые шалости с ее участием, наихудшие из которых были заманивания в старые, потонувшие судна, обзывания дурными словами и заявления о том, как безобразна ее наружность, Урсула не задумывалась ни о чем другом, кроме этого единственного желания.
Осьминожка довольно часто плакала по ночам, пока не уснет, не в силах выкинуть из головы колкости. От матери не было никакого толка. Она лишь пожимала плечами и молвила: «Лучше быть в одиночестве». После произнесенных слов она возвращалась в лабораторию и взрывала все подряд, используя свое колдовство.
Как-то раз Урсула решила, что у нее появилась подруга. Жила-была русалка по имени Мелония, которая заплыла в темноту и улыбнулась. Урсула опасливо заговорила с нею. В течение нескольких дней Мелония встречалась с Урсулой прямо на темном краю. Обе девушки, казалось, были вполне довольны обществом друг друга.
Но однажды Урсула услышала хихиканье. Не успела она понять, что происходит, как ее окружил невод, опутывая щупальцы. Чем больше она пыталась вырваться, тем сильнее ее затягивало. Совершенно позабыв о своей магии, она наблюдала за тем, как Мелония и еще несколько русалок проплывают мимо, тыкая в нее пальцем и обзывая морским мусором. Они облили ее чернилами кальмара. Она не сумела сдержать слез от такого предательства.
Ее сердце было разбито вдребезги от того, что та, которую она считала своей наперсницей, так жестоко ее предала. Затем она почувствовала, как ее дергают за рыболовное заточение. Предположив, что это кто-то подвергают ее очередному витку унижения, она глянула сквозь свои раскосые глаза и заметила существо, прогрызающее сети. Когда оно вскинуло голову, оказалось, что ее спасительница — это угревидная зубатка. Урсула удивилась при виде острых зубов угря. И тут она осознала, что больше не слышит своих мучителей. Позади маленького существа находились три большие белые акулы и внимательно смотрели на нее.