Уроки судьбы
Шрифт:
— У него жар, — тихо сказала Мария, положив ладонь на лоб мальчика. — Я думаю, Александр Николаевич, вам надо идти за помощью. И немедленно!
— Я не могу оставить вас здесь одних!
— Не только можете — должны! Промедление смерти подобно, — твердо сказала Мария. — Это единственная надежда на спасение Константина.
— Но… — Александр оглянулся на брата, потом перевел взгляд на принцессу. — Вы правы. Я выберусь и приведу подмогу.
— А ты скоро вернешься? — слабым голосом спросил Костя.
— Как только Мари без запинки сможет произнести «На
— Я никому не дам принцессу в обиду! — воскликнул Константин.
— Вот и славно, — Александр погладил брата по голове и обернулся к невесте. — Я должен идти.
— Мы будем ждать вас, — кивнула она. — Постарайтесь быть осторожным. Да хранит вас Господь!
— И вы берегите друг друга, — Александр поцеловал ей руку и прошептал:
— Я восхищаюсь вами, Мари!
— Поторопитесь, вате высочество, — так же тихо ответила она. — А за нас не беспокойтесь. Нас двое. И с нами — моя свеча. Пришло ее время.
Мария проводила уходящего Александра долгим и пристальным взглядом. Цесаревич опять тронул ее сердце, и ей на миг почудилось, что все еще возможно, что все будет хорошо…
Она не знала, сколько времени они провели с Константином в подвале. Мария прижала к себе мальчика, пытаясь согреть его своим телом, и все сожалела о своей неосмотрительности — она не догадалась взять одежду потеплее. Мария обнимала цесаревича и то и дело развлекала его рассказами из своей жизни — смешными и грустными, но всегда добрыми и похожими на сказку.
Поначалу Константин слушал внимательно, но потом принцесса поняла — он устал и засыпает.
— Не спите, ваше высочество, — шептала она и старалась привести мальчика в чувство. — Скоро нас найдут. Александр спасет нас — я верю ему!
— Что это? — вдруг испуганно спросил Константин. — У меня намокли ноги.
Мария поднесла огарок свечи поближе к его раненой ноге — она боялась, что это кровь, но дело оказалось намного хуже.
— Вода? — растерялась Мария. — Откуда здесь вода?!
Константин снова испугался и захныкал. Мария поставила свечу на выступ в стене и принялась перетаскивать мальчика повыше. Костя застонал, но тут же взял себя в руки и закусил губу. Принцесса с благодарностью посмотрела на него — его стойкость придала ей новые силы. Она снова приподняла мальчика, обхватив его обеими руками, и усадила на выступе рядом со свечой.
— Господи, — про себя молилась Мария, — помоги ему! Я ни о чем тебя не буду просить, даже если мне придется вернуться домой, даже если Александр не будет смотреть в мою сторону… Я не стану роптать. Я все приму со смирением, только помоги ему, Господи! Не дай ему умереть, Господи!..
— Это всего лишь легкая лихорадка, — успокаивающе сказал доктор Мандт, проверив пульс на ее руке, и обернулся к камеристке. — Проследите, чтобы она через два часа еще раз приняла это лекарство. И я уверен, что к утру жар спадет.
— Я жива? — с трудом разлепив ссохшиеся
— О, да! — улыбнулся Мандт. — Вполне.
— А Константин? Костя?! — Мария попыталась приподняться на кровати.
— Лежите, — остановил ее доктор. — Вы спасли его. А Александр Николаевич спас вас.
— А нога, его нога?
— Ничего опасного — ушибы, ссадины. Как у всех отчаянных мальчишек.
— Благодарю тебя, Господи! — с облегчением воскликнула Мария.
Она обвела глазами комнату — все осталось, как прежде, словно ничего не случилось. Вот только у нее чуть-чуть кружилась голова, и было жарко. И еще немного скребло в груди влажным кашлем.
— Вы должны отдохнуть, — настойчиво произнес доктор Мандт. — Закройте глаза и постарайтесь заснуть.
Мария медленно кивнула ему и опустила веки.
— Вы — такая красивая и такая храбрая, — почудился ей рядом голос Александра.
— О, если бы это было правдой… — прошептала она.
— Я восхищаюсь вами, я обожаю вас. Вы нужны мне.
— О, если бы… — принцесса почувствовала, как слеза скатывается по ее щеке, и открыла глаза. — О Боже! Александр, это вы?!
— А вы думали, что я вам снюсь? — улыбнулся Александр.
Он стоял на коленях перед ее постелью.
— Но что вы делаете здесь?
— Пытаюсь завершить наш разговор.
— Мне так неловко…
— Молчите, Мари, молчите и слушайте, — Александр поцеловал ее руку. — Вы не уедете. Вы не можете уехать! Вы дороги мне, как никто в этом дворце. В этом мире. Вы — мужественная, вы удивительная. Необыкновенная. Все вами восхищены. Костя в вас души не чает. И даже Ее величество растрогана. А император преисполнился к вам еще большего уважения.
— Мне кажется, что вы путаете любовь с чувством благодарности, — с сомнением сказала принцесса.
— А мне кажется, что пришло время вам самой поверить в мои чувства к вам.
— А они есть? Если бы я точно знала, что вы любите меня…
— Мари, в моей жизни нет никого, кроме вас! Да, я был увлечен и, наверное, не однажды. Но время все расставляет по своим местам. То, что произошло сегодня, заставило меня по-иному взглянуть на вас и иначе оценить мое отношение к вам. Я понял, вы — это серьезно! Мое чувство к вам не похоже на увлечение или на страсть, в которой легко сгореть и которая проходит так же быстро, как и возникает. Отныне я знаю, любовь — это нечто более высокое и постоянное. И я признаюсь вам, что испытываю это чувство именно к вам, Мария, и умоляю вас — не покидайте меня!
— Все это так неожиданно, — смутилась она. — Я была уверена, что в вашей жизни есть другие женщины.
— В моей жизни есть только вы! Вы — та, что обладает всеми качествами, которые я хотел бы видеть в своей жене — будущей императрице и матери моих детей! Сегодня я, наконец, понял, что вы — единственная, кто мне нужен. И я не хочу потерять вас! Я… — Александр выдержал паузу и, собравшись с духом, произнес. — Я люблю вас.
— Господи! — расплакалась Мария. — Как долго я ждала от вас этих слов! Я не знаю, не знаю, что мне делать…