Уроки истории
Шрифт:
Конфликт можно было решить разными способами. Арсенал оных известен: от грозных окриков до дыбы и каленого железа.
Но Амвросий избрал немодный ни в какие времена способ — увещевание. А когда, спустя два года, оно не возымело действия, — просто подал в отставку. Уклонился от распри.
К чему карьера, если мира с братьями нет? — рассуждал он. Но противники не угомонились. Делу дали ход и кроткого Амвросия повезли на разбирательство к самому папе Римскому.
Казалось бы, от конфликта теперь не уйти. Придется оправдываться, подыскивать слова, строить линию защиты, предъявлять
А наш Амвросий Аутперт конфликта все же избежал. Он просто взял и умер…
… прямо по дороге в Рим… Уклонился от спора — ушел к Отцу!
Где бы сыскать в наши дни человека со столь тонкой душевной организацией, который лучше умрет от переживаний, чем раздует конфликт?
История франкского монаха да послужит уроком и укором нам, всепоборающим служителям Господним!
Трудящийся за кулисами. Адольф Утрехтский
Безымянные герои,
Поднимаясь поутру,
Торопливо землю роют,
Застывая на ветру.
А чужая честь и доблесть,
В разноречье слов и дел,
Оккупировала область
Мемуаров и новелл.
Но новеллам тем не веря,
Их сюжетам и канве,
Бродит честь походкой зверя
По полуночной Москве…
Помню, что как то задался я целью выяснить особенности характера каждого из 12 Апостолов Иисуса Христа. Причем решил пользоваться только текстом Библии. Помню, что меня особенно удивил Иаков Алфеев. Кроме отчества о нем ничего не сказано. Это всё, что решил сообщить о нем Дух Святой.
Что же это может означать? Может быть, он был таким хорошим сыном, что запомнился современникам исключительно, как сын Алфея… Алфеич! — звали бы его сегодня… Судьба старика Алфеича, конечно довольно подробно расписана в поздних Житиях, но уж слишком фантастичны эти легенды 3–4 века. Достоверно из Библии мы знаем только то, что Апостол Иаков Алфеев — это великий Трудящийся За Кулисами, чья судьба будет открыта нам только на небесах.
А потом я задумался, а сколько таких Трудящихся За Кулисами в истории христианства? От них остались лишь имена в святцах. Когда то их причислили к лику святых, но за что, почему, — уже никто не помнит.
Просматривая июньские католические святцы, я наткнулся на такое имя Адольф Утрехтский. Жил он в конце 8 века. Судя по прозвищу был епископом Утрехта (это такой милый годок в Голландии, я там бывал — правда, очень милый городок). Известно также, что Адольф был не голландцем, а англичанином и у него был брат, тоже святой по имени Ботульф. И всё! Больше ничего не известно…
Но за этими скудными строчками видится мне нечто великое! Эта краткость биографии — уж точно — сестра не просто таланта, но Божьего Дара! Ничего лишнего: Святой Адольф Епископ Утрехтский. Даже даты рождения и смерти нет. Для нас достаточно, а у Бога своя памятная Книга, там записаны все добрые и недобрые
А нам нужно знать только то, что этот человек был Епископом. Просто Епископом. И тем запомнился потомкам. Между прочим, не так уж и мало…
Читаешь вот послание Апостола Павла к Тимофею: «Ибо епископ должен быть непорочен… и т. д.». А хочется поставить точку после слова «быть». «Ибо епископ должен быть». Точка. Или восклицательный знак! Поставить и заплакать от отчаянья… Должен же где то быть ТАКОЙ епископ, который соответствует всем требованиям и поэтому не нуждается в дополнительных определениях.
Действительно, зачем говорить: «Это был хороший епископ», — если сама эта должность накладывает на человека столько обязательств? Поэтому высшей похвалой для служителя должны быть не прилагательные: хороший, верный, добрый, непорочный и т. д., но существительное.
— Это был ЕПИСКОП!
И этим всё сказано!
Лиха беда начало… Соломония Сабурова
Поговорка из заголовка обычно означает, что начинать какое либо дело трудно, зато потом будет легче.
Прописная, вроде бы, истина. Но поразительней всего, что она работает даже в том случае, когда начало действительно бывает лихом и бедой одновременно.
Сегодня разводом никого не удивишь. Люди в нашей стране скорее изумляются супружеской верности. Школьники наотрез отказываются понимать Татьяну Гремину (в девичестве Ларину), дескать, что значит: «Но я другому отдана и буду век ему верна…»? Разве можно так? Ведь развестись — это пара пустяков. И невдомек им, что общество, где нет верности брачным обетам, вскоре обречено на вымирание. История языческих цивилизаций этому блестящее подтверждение…
Но мы то, вроде не язычники. У нас же духовность с благочестием на каждом чиновничьем лице ширится. Крепится день ото дня религиозное сознание нашего народа. Крепится–крепится, да и вдруг разрыдается от когнитивного диссонанса. Уж больно развращено общество, и не помогает нам ни звон колоколов, ни праздники во имя Петра и Февронии…
А началось все у нас в 16 веке. В Европе то к тому времени уже проторили дорожку монаршии разводы. Один Генрих восьмой чего стоил со своими шестью женами, чьи судьбы школьники запоминают при помощи мнемонического правила: «развёлся — казнил — умерла — развёлся — казнил — пережила»
У нас в княжествах московских князья с женами разводиться стеснялись… Бога боялись крепко.
Именно поэтому жила и не тужила за своим мужем прекрасная девица Соломония Сабурова. Муж то у нее был не кто нибудь, а сам Василий третий. Великий князь московский и владимирский.
По нынешним канонам, вроде бы и не красавицей была, но тогдашние портретисты вообще редко кому льстили. Князю нравилась и ладно. Вот смотрите, какова.