Урброс
Шрифт:
— То, что мы до сих пор живы, результат скорее везения. Которое может исчезнуть уже во время следующей схватки. А такая, уверен будет. Не знаю, куда мы попали, но условия тут точно не тянут на комфортные.
Делаю короткую паузу, давая им возможность впитать услышанное. Продолжаю.
— Я готов вести вас дальше и сделать всё, чтобы все члены команды остались живы. Но с определёнными условиями. Безоговорочное выполнение приказов в боевых условиях, разделение трофеев на моих условиях и движение по моему
Внимательно слушающая Диана неожиданно усмехается.
— У тебя и стратегия уже есть? Могу я узнать, какая?
В голосе чувствуется лёгкая ирония, но к ней примешивается солидная доля интереса. Повернув голову, сталкиваюсь с взглядом ярко-синих глаз и объясняю.
— Вырваться отсюда. Карлик сказал, что в Город иногда спускаются игроки. Кем бы они ни были, это подразумевает наличие прохода. Для начала нам нужно получить больше информации и освоиться. Научиться действовать в качестве слаженной боевой группы. Потом найти способ активировать пси-матрицы. И двинуться на разведку к этому сучьему Городу.
Вот теперь на её лице нет ни тени иронии. Только глубокая задумчивость. А сидящий справа от меня Андрей, тихо кряхтит.
— На словах всё легко. А на деле… Ты сам сказал, что тут целый отряд людей из той деревни. Если это одно такое поселение, то сколько их может быть в настоящем Городе? Как мы с ними справимся?
Слово “Город” парень на автомате произносит, подчёркивая голосом первую букву — точно так же, как местные. Поворачиваю к нему голову.
— Я и не говорил, что это будет просто. Скорее тяжело и кроваво. Но других вариантов нет. Либо так, либо сдохнуть. Как вариант, оказаться в числе рабов.
Андрей задумчиво чешет подбородок, смотря на меня.
— Так-то оно так. Но… Нам бы для начала просто выжить. И узнать, выбирался отсюда кто-то уже или нет. Да понять, где мы вообще находимся.
Напротив протяжно вздыхает хмурая Аннет, я же думаю, как ему лучше объяснить ситуацию. Если поставить перед собой локальную задачу, то с высокой долей вероятности, на ней и остановишься. Что-то подсказывает, нынешние обитатели этого мира, тоже пришли сюда, желая выбраться на волю. Но решили для начала осмотреться и понять, как выжить. А потом навсегда тут застряли.
— Мы прорвёмся к выходу отсюда. Независимо от того, какое конкретно дерьмо тут творится и кто его затеял. Тем более, уже понятно, что выбраться реально. Нужно лишь приложить определённые усилия.
Да, под словом “усилия” подразумевается смертельный риск, схватки с крайне опасными врагами и опора лишь на веру в то, что всё должно получиться. Но иначе никак не выйдет. Раз ты оказался в настолько безумном месте, то чтобы выбраться, нужно самому стать немного безумцем.
Несколько секунд Андрей просто смотрит на меня. Потом медленно кивает.
— Хорошо. Я с тобой. Хочется
Последние слова заставляют меня внутренне усмехнуться. Надо бы потом спросить, какие в его голове всплывают воспоминания?
Перевожу взгляд на Диану, что расположилась напротив меня и та сразу начинает говорить.
— Я тоже пойду. Не знаю, где мы, но хочется поскорее убраться подальше.
Предполагаю, что в её голове бурлит куда большее количество мыслей, но видимо девушка специально подбирает короткие формулировки.
Следующей на очереди оказывается Аннет, чьи руки до сих пор слегка подрагивают. Глянув на меня, коротко стриженная брюнетка кривится в нервной усмешке.
— Надуть, подождать и взорвать. Бордель ла мэрде! У меня всё равно нет выбора, шеф. Не оставаться же тут? Я иду с вами.
Странный ответ. Вроде использует слово “шеф”, но тут же добавляет оговорку, что принимает решение под воздействием обстоятельств. Понятно, что сейчас француженка в состоянии дикого стресса, тем не менее я считаю нужным уточнить.
— Если не хочешь, то тебя никто не заставляет. Ты можешь отделиться, оставив себе оружие. Поискать других выживших или пытаться найти способ уцелеть самостоятельно.
Та трясёт головой.
— Я же сказала, иду с тобой шеф. Ты извини, у меня в голове постоянно крутятся образы. Иногда затихают, но это бывает совсем редко.
Это многое объясняет. Будь у меня перманентное состояние лёгкого приступа, контроль над эмоциями и нервами, тоже был бы ослаблен.
Бросаю вопросительный взгляд на Диану и та без слов понимает, чем я хочу поинтересоваться.
— Вначале было сильно и часто, а сейчас накатывает слабо и редко.
Веду глазами вправо и Андрей, задумчиво рассматривая француженку, проводит рукой по волосам.
— Да у меня тоже не сказать, что постоянно. Просто иногда всплывает что-то. Когда только очнулся, мне прямо всю голову забило. Сейчас как-то проще.
Выходит, воздействие чужих воспоминаний на мозги тоже разнится. Кого-то это почти не затрагивает, на других накатывает припадками, как у меня, а третьи испытывают какой-то уровень давления почти постоянно.
Покосившись на Аннет, подвожу итоги импровизированного собрания.
— Раз мы со всем определились, продолжаем путь. Надо добраться до приёмника, о котором говорил карлик и понять, как он работает. Заодно глянем на это чудо технологий.
От земли внезапно доносится громкий шёпот пленного.
— Толб не карлик! Он просто такого роста! Брет говорил, что Толб гоблин. Маленький, шустрый и ловкий гоблин! А не карлик.
Хмыкнув, опускаю на него взгляд и схватившись за кусок кожи, которым стянуты за спиной руки, укладываю в середину круга, который мы образовываем, усевшись на земле.