Урброс 2
Шрифт:
Машинально бросаю взгляд на голос. Шатенка с миловидным лицом. Из одежды кусок ткани повязанный на грудь, всё что ниже скрывает забор.
Карлик поднимает на меня умоляющий взгляд, но я молча шагаю дальше. Девушка же решает сразу изменить ценовую позицию.
— Три гульдена с обоих. Слышите? И делайте всё, что хотите.
Прохожу ещё пару метров и сзади доносится уже едва ли не умоляющий голос.
— Ну хотя бы что-то из еды дайте… И трахайте уже,
Быстро здесь меняются расклады. Только что просила оплату в монетах, а
Справа звучит негромкий голос гоблина.
— Толб думает, еды у нас много. А женщина никогда не отдавалась Толбу добровольно.
Намёк более чем прозрачен, но я на него не реагирую. Сначала дела, а уже потом развлечения.
Смущает только тот факт, что сексуальные услуги нам предложили именно здесь. Не где-то на окраине Города, а ближе к центру, где, по идее, должны жить куда более благополучно.
Возможно, разовый случай, который ничего не означает. А может быть, я неверно оцениваю ситуацию.
Через минуту из одного двора выходит мрачный мужик, на чьём поясе висит топор. Окинув нас взглядом, задерживает его на Толбе, но сразу же отводит глаза в сторону, двинувшись дальше по улице.
Лавка, которую нам рекомендовали, отчётливо выделяется на фоне соседних домов. Прямоугольная постройка с фундаментом и без какого бы то ни было ограждения — в дверь можно зайти сразу с улицы. А сзади стоит неплохой по местным меркам дом. Если не ошибаюсь, там даже есть стекло в одном из окон.
Чуть притормозив, прохожусь взглядом по улице. Впереди виднеется одинокая фигура того самого мужика, который вынырнул из двора прямо перед нами. Больше никого не замечаю. И ещё один интересный факт — если в Пустоши я видел силуэты большинство местных обитателей, то здесь такого эффекта не наблюдается. Странно.
Поднявшись по скрипучим ступенькам, коротко стучу в дверь, а потом толкаю её от себя, осторожно заходя внутрь. Сразу же сталкиваюсь взглядом с бородатым мужиком, за чьей спиной рассыпаются длинные волосы. Судя по лёгкой седине, ему около сорока. Может быть, чуть больше.
Делаю пару шагов вперёд, оказываясь внутри. Следом вваливается пыхтящий Толб, уже немного уставший тащить свою порцию груза. А я осматриваюсь по сторонам.
На задней стене, которая находится за спиной продавца, имеется десяток длинных деревянных полок, на которых выставлены товары. В основном продовольствие и всякая мелочь из одежды — футболки, штаны, ботинки. Плюс, есть пара вариантов ножей и несколько топоров.
— Вы земляные? Или огненные? Какими судьбами к нам забрели?
Густой бас заставляет перевести взгляд на продавца, которого Жонн назвал Лешим. Насколько я понимаю, это не присвоенное при попадании сюда имя, а полученное прозвище. Скорее всего, из-за внешности.
Шагнув к сколоченному из грубых досок прилавку, показываю обратную сторону деревянного треугольника, который получил от Кроффа и брови продавца чуть поднимаются вверх.
— Так вы наши? Почему
Отпустив кусочек древесины, даю ему вернуться на место.
— Потому что мы только прибыли.
Несколько секунд тот молчит, внимательно разглядывая нас. Наконец уточняет.
— Сбежали откуда-то? Или свежачки?
Я уже озвучил свою историю «пограничникам», так что не вижу смысла врать. Сначала киваю на зеленокожего.
— Он здесь уже давно. А вот я появился только вчера утром.
На лице Лешего снова отображается удивление.
— Свежий отбракованный, который за сутки полностью укомплектовался. Как у тебя вышло? Вырезал какую-то деревню?
Интересно, он сейчас просто угадал или здесь так быстро разлетаются новости?
Подбирая слова, рассказываю ту же самую историю, которую выложил Кроффу.
— Озёрные взяли нас обоих в плен. А потом облажались — мы смогли выбраться. Эти идиоты, видимо, не рассчитывали, что стёртый и отбраковка смогут работать вместе. Как итог, в деревне стало немного меньше бойцов и оружия, а мы слегка обогатились.
Тот с усмешкой кивает.
— Я вижу. А ещё подарочный набор для Пустоши отгребли. Эксклюзивка, пусть и базовая, но её всё равно ещё надо заслужить. И всё это за пару дней. Что у тебя за память в голове, парень?
Немного раздражает, что меня снова называют «парнем» — когда тебе под сорок лет, такое обращение каждый раз приводит к разрыву шаблона. Но это чувство быстро растворяется в водовороте других ощущений. К тому же, после слов торговца в голове снова начинают крутиться образы из чужих воспоминаний. Не из самых приятных — например, моё тело за штурвалом чего-то вроде катера, несущегося к крупному кораблю, собираясь запустить торпеду. И всё бы ничего, но обрывается этот кусок памяти огненной вспышкой, за которой следует дикая боль.
— Память как память. Ничего такого, что требовало бы внимания. Ты мне лучше скажи, торговлей мы заниматься будем?
Владелец лавки снова скалит зубы.
— Я здесь для того и сижу. Просто не каждый день видишь отбраковку, что так быстро оказалась в Городе, да ещё и захапала экслюзивку. Не говоря уже о Слезе Ангела. За городской чертой её получить не так просто.
Делаю ещё одну пометку в голове. Людей с активированной пси-матрицей здесь точно немало. Странно, что у меня она тоже активна, но вот определять таких же, как я сам, пока не получается.
Леший, поднявшись на ноги, негромко хлопает ладонью по прилавку.
— Ну показывай что ли. Гляну, что ты там продать хочешь. А потом и о покупках поговорим.
Подойдя вплотную к прилавку, снимаю рюкзак и, глянув на длинноволосого, уточняю.
— Лучше наоборот, сначала о покупках. А дальше уже обсудим и продажу.
В глазах мужчины отображается понимание. Что логично — прежде чем соглашаться на продажи каких-то вещей, неплохо бы узнать сколько стоят товары, которые нужны тебе самому.