Ураган страсти
Шрифт:
Желая покинуть эту мрачную обитель как можно быстрее, Деймон сказал:
– Да, я уже знаю, что Сирила Росса здесь нет. Но Вы всё равно снимите с него все обвинения, так как я выполнил Ваши требования для его освобождения. Пьер Лакросс находится снаружи, его необходимо всего лишь затащить сюда. И я вернул Ваш корабль в прекрасном состоянии.
– А как же печально известный Капитан Хоук?
– Хоук умер почти двадцать лет назад в Англии, где
– Но мы должны были получить уведомление, если это так. Вы уверены?
– В доказательство этому могу сказать то, что я лично убил его. Или же Вы сомневаетесь в моих словах?
– Конечно же, нет, милорд. Я лично прослежу за тем, чтобы эта новость распространилась по всему Карибскому региону.
Естественно, проследит, подумал Деймон с отвращением, ведь ему так хочется получить за это похвалу и признательность. Но затем надзиратель открыл книгу, лежавшую на столе, чтобы сделать кое-какие записи. Деймон заглянул туда, дабы увидеть, что он пишет, и был удовлетворён.
Деймон развернулся, чтобы уйти, но Джеймс был ещё не готов покинуть эту комнату. Он сердито посмотрел на надзирателя и сказал, используя одну из своих наименее приятных интонаций.
– Вы, сэр, должны более тщательно следить за этой тюрьмой. Вы поместите Пьера Лакросса в такую камеру, из которой он больше не убежит, или же Вы уйдёте с должности надзирателя, чтобы тот, кто действительно хочет работать здесь, занял своё место. Лакросс не должен покинуть эту тюрьму, разве что отправится отсюда в могилу, иначе же я приду по Вашу душу. Надеюсь, мы поняли друг друга? – дождавшись рассеянного кивка Беннетта, Джеймс добавил. – Тогда, я желаю Вам хорошего дня.
– Он не заслуживает кресла губернатора, – проворчал Деймон, когда они возвращались обратно в гавань.
– Весьма просто сделать так, чтобы его имя никогда не попало в список кандидатов, – сказал Джеймс. – Это не одолжение, которое я делаю тебе, Капитан, но это именно то, что я намереваюсь сделать. Мой долг перед тобой я считаю исполненным.
Деймон замер. Это заявление может значить что угодно, в том числе и то, что Мэлори выбьет из него дух, так как считает, что он это заслужил. Но прежде чем что-либо произойдёт или же перед тем, как они навсегда расстанутся, Деймон собирался попросить Джеймса Мэлори о чём-то очень важном.
Деймону пришлось пережить тяжёлые минуты, подбирая слова, от которых зависело очень многое. А ведь они уже добрались до гавани! Телега остановилась рядом с двумя кораблями Мэлори, а сам он уже стоял на пристани.
– Лорд Мэлори, подождите. Я буду жалеть об этом до конца своих дней, если сейчас не скажу… так вот… я хочу просить Вашего разрешения… я хочу жениться на Вашей дочери!
– Ты совсем свихнулся? – сказал Джеймс, прежде
Деймон вздохнул и побрёл к другому кораблю. Да, он точно сошёл с ума, раз решил, что Мэлори согласится. И Джек, вероятно, скажет ему то же самое. Она, может быть, желала его и была достаточно смелой, чтобы признать это. Но даже Джек думала, что он шутит, когда говорит о браке, и даже рассердилась на него.
Мортимер ждал друга на корабле, и капитан немедленно отдал приказ отдать швартовы. Если бы кораблём командовал Деймон, то он, наверное, попробовал бы обогнать Мэлори на пути до Сент-Китс, пока ещё Джек находится так близко от него. Но он не управлял кораблём, да и не намерен был навлекать на девушку гнев Джеймса. Это бессмысленно, ведь она не хотела выходить за него замуж.
– Ты ещё не сказал, намерен ли остаться на Ямайке, – сказал Мортимер.
– Я ещё не решил. Хотя теперь сомневаюсь, так как у меня появилось это громадное имение в Англии. Я хотел бы, чтобы отец вернулся туда вместе со мной. И я всё ещё надеюсь, что у моей бабушки ещё будет достаточно ясное сознание, чтобы она смогла ответить на вопросы относительно моей матери. Чтобы это произошло, мне нужно постоянно быть там, а не посещать Англию лишь время от времени.
– Ты действительно думаешь, что сможешь спустя все эти годы отыскать свою мать? Теперь ты знаешь, что она хотела забрать тебя с собой, но она всё равно так и не вернулась за тобой. Ненавижу говорить об этом…
– Тогда не говори. Я в любом случае должен всё выяснить. Меня интересует то, что же с ней, чёрт побери, стало. Но ты можешь поехать со мной, ты же знаешь. Мой дом – это твой дом, так всегда было и будет.
Мортимер усмехнулся:
– Я принял это, как должное. Но ты знаешь, что у моей семьи были деньги. Мне, наверное, стоит подумать, как распорядиться полученным образованием, а потом, кто знает, может быть, обзаведусь красавицей женой.
– Удачи в этом. У красавиц, похоже, слишком много чёртовых родственников.
Мортимер фыркнул:
– Если только у твоей красавицы. Я до сих пор не понимаю, как только ты терпишь эту буйную женщину.
Деймон похлопал его по плечу.
– Будем надеяться, что когда-нибудь ты узнаешь это на личном опыте. Мой отец в своей каюте?
– Да, и он очень хочет поговорить с тобой. Думаю, он беспокоится о том, что же с ним будет дальше. Ты ведь ему ещё ничего не объяснил?
– Пока что нет. Шок от того, что я нашёл его среди людей Лакросса, ещё не прошёл. Я мучился из-за вынужденной задержки, думая, что это откладывает его освобождение из тюрьмы, а он, оказывается, самостоятельно выбрался оттуда. Пойду, поговорю с ним.