Упрямая девчонка
Шрифт:
— А что, если он откажется? — спросила Мелисанда, на это была ее последняя надежда. — Я имею в виду мистера Патрика. Если он не женится на мне?
— Он не откажется. — Фелисити с невозмутимым видом сделала очередной стежок и туго натянула нитку.
— Ты уже с ним говорила? — Мелисанда вскочила, не в силах усидеть на месте. — Ты успела все с ним обсудить у меня за спиной?
— Да, и он согласен на тебе жениться.
У Мелисанды открылся рот. Она и сама не могла сказать, почему эта новость так ее поразила.
— Ну… еще бы ему не согласиться! — выпалила она, собравшись с мыслями. — Ему-то терять нечего!
— Точно так
— Это же унизительно! — пробормотала Мелисанда, обращаясь скорее к себе, чем к тетке. — Он делает это ради приданого! Признайся, — язвительно спросила она, — ты ведь сообщила ему, насколько он разбогатеет? Наверняка после этого его не пришлось долго убеждать?
Фелисити не спешила с ответом, делая вид, что целиком поглощена вышивкой.
— У меня нашлось множество иных способов убеждения, — наконец промолвила она.
— Ты хочешь сказать, что он не хотел меня, даже несмотря на все мои деньги? — Слезы так и брызнули у Мелисанды из глаз. Она раздраженно размазала их по щекам, чувствуя себя отвратительно.
— О деньгах он даже не заикнулся, — сообщила тем временем Фелисити. — А я не стала ему говорить.
— Наверное, он и без тебя знает, что я богатая наследница, — небрежно отмахнулась Мелисанда. — Кто знает — может, он нарочно поджидал меня тогда на террасе? Он мог придумать это все заранее! Откуда мы знаем, не собирался ли он сам меня похитить? Откуда мы знаем, не воспользовался ли он обстоятельствами?
— Дорогая, — возразила Фелисити тоном терпеливой школьной учительницы, — разве в этом случае он доставил бы тебя ко мне?
У Мелисанды не нашлось возражений. Да она и сама прекрасно понимала, что у Флинна не было никаких злодейских планов. Это было ясно с самого начала.
— Зато сейчас его удаче можно только позавидовать! — с горечью заметила она. — Он станет богатым! А остальная чернь будет превозносить до небес его изворотливость и наглость! Подумать только, ему достанется все — и я тоже! Я стану женой какого-то оборванца! Господи, да с ним и поговорить-то нельзя по-человечески! — Она в отчаянии встряхнула головой. — Тетя Фелисити, если бы ты знала, как это отвратительно! Это же человек без прошлого, без воспитания, без связей — даже плохих! Как он покажется со мной в свете, кто захочет нас принимать после свадьбы? Да меня никто не пустит на порог, и единственным развлечением останутся благотворительные балы и ассамблеи! Но даже и там над нами будут насмехаться и перешептываться исподтишка! Лучше уж вовсе не выходить замуж, чем выйти и стать объектом насмешек!
— Ты должна выйти за него, Мелисанда! — отчеканила тетка. Судя по тому, как ровно ложились ее стежки, жалобы племянницы не произвели на нее ни малейшего впечатления.
— Но почему? Ни к чему хорошему это не приведет! Лучше уж закончить свои дни всеми забытой старой девой, чем выйти замуж за человека, который мне не ровня! — И Мелисанда с тоской вспомнила свою милую уютную гостиную в отцовском доме в Броверли. Да, лучше она проведет остаток жизни там, заключенная в четырех стенах, чем выйдет за этого типа — дикого, необразованного, умалишенного бродягу!
На мгновение она представила, как он заставил ее участвовать в этом возмутительном танце… в вальсе… на глазах у невежественного хозяина гостиницы. Как дерзко он смотрел на нее, как близко были
— У тебя нет выбора, Мелисанда, — невозмутимо продолжала тетка.
— Как это нет? — Судя по всему, к ней уже вернулся былой норов. — Мне будет ничуть не хуже, если я останусь одна! Вдобавок я не подвергнусь риску быть разоренной каким-то проходимцем, который наверняка истратит все мои деньги на порочные страсти и развратных женщин! Ведь именно так поступают все бедняки, внезапно получившие в свое распоряжение хоть какие-то деньги! Ты подумала о том, что подвергаешь угрозе наше фамильное достояние? С какой стати мне выходить за него, когда быть одной намного лучше?
— Ты действительно до сих пор не нашла ответа на этот вопрос, Мелисанда? — спросила Фелисити, роняя на колени вышивку и меряя племянницу взглядом, полным разочарования. Это немного сбило девушку с толку, однако ее голос звучал по-прежнему сердито и дерзко:
— Что ты имеешь в виду?
— Ты до сих пор занята исключительно своей драгоценной особой. — С трудом сдерживаемый гнев придал словам Фелисити необычайную суровость. — Ты думаешь только о том, как выпутаться из ситуации, неожиданно показавшейся тебе неприемлемой. Из ситуации, позволю тебе напомнить, в которую ты угодила исключительно по собственной глупости. Никто не принуждал тебя силой принимать предложение лорда Беллингема.
Мелисанда притихла, слушая эту отповедь. Тетка говорила чистую правду. Она сама заварила немыслимую кашу, а потом только добавила неразберихи, пытаясь от нее избавиться.
— От моих действий пострадала только я сама, и это никого больше не касается! — упрямо возразила она, прикинув про себя, что родители как-нибудь переживут эту неприятность.
— Мелисанда, неужели даже теперь ты не способна вспомнить о близких тебе людях? К примеру, ты никогда не думала о том, что будет с Джульеттой?
Имя младшей сестры моментально разбудило в ее измученном сердце острую тоску. Ах, как бы она хотела, чтобы Джульетта каким-то чудом оказалась здесь! Эта малышка любила ее так преданно, она всегда готова была восхищаться Мелисандой, какие бы глупости та ни совершала! Пусть она мало знает жизнь и совсем не разбирается в людях — Джульетта выслушала бы старшую сестру с искренним сочувствием и подарила бы то утешение и поддержку, которых ей так недоставало в данную минуту!
— Теперь, когда ее родная сестра собственными руками уничтожила свою репутацию, — продолжала Фелисити жестким, бескомпромиссным тоном, — шансы Джульетты найти себе приличного мужа равны твоим. Ее наверняка сочтут не менее развратной и аморальной особой в том случае, если ты откажешься выйти замуж. Ее — не совершившую ничего дурного.
Страшная правда сокрушила сопротивление Мелисанды. Она была готова выдержать гнев своих родителей и чувство вины перед ними. Она была готова выдержать месть Беллингема за учиненный ею скандал и чувство вины за нарушенное слово. Но при этом она ни разу не подумала о Джульетте. Она была слишком уверена в том, что рискует исключительно собой и своим будущим.
Вина перед сестрой показалась ей настолько тяжкой, что у Мелисанды потемнело в глазах. Ее сердце готово было лопнуть от переполнявшего его стыда и унижения, а из глаз в три ручья хлынули слезы. Как всегда, тетка оказалась права, у нее не осталось выбора. Она должна выйти замуж. Она должна сделать все, что в ее силах, ради будущего Джульетты.