Упраздненный ритуал
Шрифт:
— И вы решили связать эти два случая?
— Нет. Но в прошлом году произошло очередное убийство. Мы снова собрались. На этот раз многие не пришли. Наверно, боялись встречаться друг с другом. Неприятно было вспоминать про наших товарищей. Но почти половина класса пришла. И именно в эту ночь была убита наша бывшая одноклассница — Эльмира Рамазанова. Она возвращалась домой поздно вечером после нашей встречи. Она работала преподавателем музыкальной школы, которая находилась недалеко от нашей школы. Ее нашли убитой. Видимо ее задушили в подъезде дома. Когда она вошла в подъезд, кто-то набросился на нее
— Почему сразу не обратились?
— Не помню, — уклонился от ответа Аббасов, — все были так напуганы, в таком паршивом настроении после смерти Рамазановой.
— Она ездила с вами в Шемаху?
— Да. И она, и погибшие ребята. Они все трое были с нами в Шемахе. Мы, конечно, можем поверить в совпадения, но ребята решили, что будет лучше, если я найду вас и все вам расскажу.
— Совпадения, — задумчиво проговорил Дронго, — странные совпадения. И убийцу конечно опять не нашли?
— Нет. Решили, что обычный грабитель. Хотя сумочка осталась на месте. А там были деньги, ключи от квартиры, ее золотое кольцо осталось на пальце.
— Понятно. Теперь скажите мне, кто именно был в вашей группе, которая отправилась в Шемаху. Сколько вас было человек?
— Двенадцать с моим водителем. Или одиннадцать, если его не считать.
— Вы его давно знаете?
— Давно. Он пожилой человек, ему под шестьдесят. У него четверо детей, внуки. Когда мы пошли в горы, его с нами не было. Но его вы можете не считать.
— Почему?
— В прошлом году, когда убили Эльмиру, он лежал в больнице. Ему оперировали язву. Поэтому его вы можете не подозревать.
— Вы подготовились к нашей встрече, — улыбнулся Дронго, — теперь давайте подробнее. Итак, вас было одиннадцать человек.
— Да, одиннадцать, — подтвердил Аббасов, — троих исключите.
— Значит, восемь. Кроме вас семь человек. Не так много. Кто они?
— Три женщины и четверо мужчин. Женщины — это Лейла Алиева, Ольга Рабиева и Света Кирсанова.
— Та самая женщина, которая нравилась вашим мужчинам?
— Она всем нравилась, — подтвердил Аббасов, — красивая женщина. С первого класса всем нравилась.
— Теперь расскажите об этих женщинах. С каждой из них вы знакомы уже много лет, если считать ваше знакомство с первого класса.
— Света была самой красивой, — повторил словно заученный урок Аббасов, — но ее личная жизнь как-то не сложилась. Вы ведь знаете, как обычно бывает в таких случаях. Если женщина очень красивая, значит, невезучая.
— Интересная сентенция, — пробормотал Дронго, — только я вас прошу излагать факты. Все, что вам конкретно известно. Итак, я теперь знаю, что она красивая и нравилась всем, в том числе и вам, с первого класса. Какие еще полезные сведения вы можете мне сообщить?
— Она закончила институт искусств. Работала в ТЮЗе, потом ушла. Начала изучать английский язык, вышла замуж, родила дочь. Муж был режиссером ТЮЗа. Мы на свадьбе гуляли всем классом. Через три года они развелись. Оба ушли из ТЮЗа. Сейчас она работает в какой-то иностранной
— Чем занимаются две другие женщины?
— Одна из них — Лейла Алиева — стала врачом. Защитила диссертацию. У нее есть муж, ребенок. Вторая — Ольга, Рабиева по мужу. Вообще-то, она Оля Галушко. Такая настырная всегда была, целеустремленная. И училась хорошо. Мы ее тогда нашим комсоргом избрали. Знаете, какой она заводной была. Она и Эльмира Рамазанова на пару, но Оля была еще и нашим комсоргом. У нее есть ребенок, а муж — таджик.
— Они остались жить в Баку или куда-то переехали?
— Они уехали в Душанбе в середине восьмидесятых, но потом там началась гражданская война, и они вернулись обратно. Оля рассказывала такие ужасы про войну. Лучше даже не вспоминать об этом. Они с трудом вырвались и, кажется, с тех пор даже не ездили к себе в Таджикистан. Сейчас они живут вместе с матерью мужа, которая тоже переехала к ним.
— О женщинах на первый раз достаточно. Давайте перейдем к представителям «сильного пола», — предложил Дронго.
— Конечно, — согласился Аббасов, — Игорь Керимов закончил юридический факультет, работал следователем прокуратуры, потом прокурором, сейчас начальник отдела прокуратуры города. Уже подполковник, хотя ему тридцать два, как и всем нам. Вова Габышев закончил восточный факультет университета, стажировался в Сирии, в Египте.
Он арабист. Хороший парень, но иногда без тормозов. Сейчас работает где-то в системе Академии наук в Москве. Леня Альтман — врач, кандидат наук. Он до сих пор не женат. По-моему, он, как и мы все, был тайно влюблен в Свету, хотя никогда в этом не признавался. И, наконец, Фазиль Магеррамов, наш Фазик. Он работал в системе Министерства финансов, потом в Министерстве торговли. Сейчас — в банке, начальник управления. Толковый парень, грамотный. Его статьи иногда появляются в газетах.
— Итого — восемь человек. Все, кто был с вами во время первого рокового путешествия в Шемаху? Верно?
— Да, все правильно. Нас осталось в живых только восемь человек. Мы считали, что Рауф сорвался сам, но теперь понимаем, что его столкнули. И с Ларченко разбирался кто-то знакомый. Иначе зачем бы Олег открыл ему дверь? А насчет Эльмиры я даже не знаю, что подумать. Это же надо решиться на такое убийство.
— Вы сказали, что Габышев и погибший Самедов поспорили перед тем как вы поднялись наверх. И Габышев был в числе подозреваемых. Почему прокуратура не дала санкции на его арест?
— Игорь Керимов дал показания, что в момент падения Рауфа Вова Габышев стоял рядом с ним, Игорем.
— А на самом деле? — спросил Дронго. Аббасов вздрогнул.
— Не знаю, — сказал он, — я ничего не могу понять. Но Вова не мог такого сделать. И тем более ударить ножом Олега. Они сидели за одной партой. Это было бы ужасно.
— И тем не менее за последние три года вы уже потеряли трех своих товарищей. Я вас правильно понял?
— Да, — кивнул Раис Аббасов, — кто-то убил трех наших товарищей. Мы очень хотим верить в совпадения, но если в следующую субботу снова убьют кого-то из наших ребят, мы просто вынуждены будем уехать из города, где происходят эти «ритуальные» убийства. Поймите меня правильно. У меня семья, маленькие дети. Я не имею права рисковать… Я уже два дня здесь.