Управленец
Шрифт:
— Отходим, — известила Малия, и стыковочный шлюз был разблокирован.
Яхта потихоньку начала отходить от станции и развернувшись под управлением искина-диспетчера, стала разгоняться, удаляясь от столичной планеты. Мы заранее со всеми попрощались, даже отметили это дело, так что улетали спокойно.
Малия не правила, она возьмёт управление под свой контроль, когда мы покинем зону безопасности, а это, между прочим, на краю системы, то есть переться нам на маневровых шесть часов. Прыгать нельзя из соображений безопасности. СБ, которая скрипя зубами согласилась на моё приобретение заградителя, на этом настаивала особо. То есть с места прыгать можно только в исключительных случаях, а так
Сидя в капитанском кресле я размышлял. Рубку я не менял, только усовершенствовал жилой модуль, отделав его дорогими материалами и установив медотсек, ранее тут стояла одна капсула реаниматора. Из-за моих усовершенствований яхта с виду осталась прежней, но внутри планировка потерпела кардинальные изменения. Я убрал все каюты и сделал одни шикарные апартаменты из трёх комнат и небольшого санузла. Жаль, бассейн виснуть не удалось, хотя и хотелось. Апартаменты состояли из спальни с огромной общей кроватью, гостиной и моего кабинета. Рядом со стороны кормы располагался медотсек с двумя медбоксами, который и съел остальное свободное пространство. Между боксами был коридор, что вёл к корме и гипердвигателю с биореакторами. В одном боксе находились операционная капсула, реаниматор и спортивно-тренировочный комплекс, да шкафы, где хранились картриджи и другие расходники. Во втором боксе две обучающие капсулы, и военный боевой-тренировочный комплекс десятого поколения для спецподразделений, а также шкафы с лекарствами. У меня не было возможности сделать отдельный склад для медикаментов, вот и пришлось установить шкафчики прямо в боксах. Сами боксы были изолированные и имели шлюзы очистки, фактически первоклассный госпиталь был на борту яхты. Да ещё и врач высшей категории.
Пока мы двигались к краю зоны безопасности, Малия три раза отлучалась, бегая в туалет, так как я сидел в кресле капитана и имел сертификат пилота среднего корабля, то с моего разрешения это дозволялось. Иначе искин не дал бы ей выйти пока та не остановит судно и не стабилизирует его. Нельзя оставлять рубку при движении судна, это закон навигации.
Мы за шесть часов благополучно вышли за пределы зоны безопасности, и для видимости разогнавшись с помощь мощных задних маневровых движков, ушли в гипер на максимальный срок для этого типа корабля и гипердвигателя, девять дней.
— Я в капсулу учиться, — тут же, как только звёзды прыгнули нам на встречу и экраны стали отображать привычную картинку, воскликнула Киана.
— Я тоже, — кивнул я и, посмотрев вслед убежавшей младшей жены, одна капсула была настроена на неё, пояснил старшей жене. — У меня до сих пор боевые базы не выучены, пока летим, подниму. Лягу на девять дней, до предела. Скучать не будешь?
— У меня есть чем заняться, — улыбнулась Малия.
В последнее время она серьёзно занялась странным на мой взгляд делом. С помощью шерстяных ниток шила детские свитера, шарфы, носки и перчатки. Она закачала нужную базу и делала это с искренним удовольствием, тратя по несколько часов, и когда её прерывали, пребывала в недовольстве. С собой она набрала порядка тонны шерсти, которую она перевозила в малом трюме вместе с остальным грузом, так что я думаю, ей этого хватит на полёт туда и обратно. Хотя обратно она вряд ли будет этим заниматься, к этому времени должен появиться ребёнок.
— Хорошо, мешать мы тебе не будем. Если что, ты знаешь, Петя, корабельный искин поднимет меня в мгновение ока.
— Я помню.
Сопроводив жену до наших апартаментов, я прошёл в медбокс, Киана уже лежала в капсуле, её хорошо было видно под прозрачной крышкой, поэтому, поспешил последовать её примеру. Убрал комбез в шкаф для одежды и лёг
Подумав, время обучения я поставил на восемь дней, чтобы оставшиеся сутки до выхода из гипера для первого промежуточного прыжка, побыть с Малией. Да ещё пару часов в боевом тренировочном комплексе побыть, усваивая новые знания и тренируясь. Как-никак у меня стоят три боевых импланта, включая проведённые модификации тела. Пора это всё задействовать.
Выкинуло меня из режима обучения резко, внезапно. Ещё не придя в себя, я увидел красные всполохи сигнальных огней и расслышал рёв тревоги. Что-то явно случилось. Тревога была боевой. Рядом в соседней капсуле застонала Киана, которую тоже резко выкинуло из режима обучения.
— Петя, доклад, — хрипло приказал я корабельному искину.
— … капита… на борту произошла… иверсия… повреждён гипердвигател… — прерывая начал тот доклад.
— Чёрт! Что с Малией?! — выскакивая из капсулы, рявкнул я.
Самое плохое, что Петя не отвечал, похрипев динамиками, он умолк и, похоже, навсегда. Судя по тому, что он успел сообщить, когда боролся с вирусами, а работали против него явно боевые вирусы, на борту произошла самая настоящая диверсия.
Выбравшись из капсулы, я пошатнулся, чувствовалось, что давление упало процентов на двадцать, это означало, что произошла разгерметизация. Тут же вырубилась гравитация и я начал взлетать. Махая руками, откликнулся ногой от капсулы и поплыл в сторону шкафчиков.
Меня беспокоила мысль о Малии, но то, что она жива я знал, у меня был доступ к её нейросети и, судя по показаниям, ей сейчас было очень плохо. Подлетев к шкафу, я схватил оба комбеза, мой пилотский и медика Кианы, бросил ей её, стал быстро одеваться. Это было не просто, если учесть отсутствие гравитации и со стороны это напоминала борьбу с одеждой.
— Что с Малией? — спросила она. — Что вообще произошло?
— Не знаю, — ответил я, надевая обувь и нетерпеливо наблюдая, как она застегиваться, подгоняется по ноге и сращивается с комбезом. — Петя перед тем как умолкнуть, успел сообщить о диверсии на борту. Похоже, повреждён гипердвижок и нас выбросило в открытый космос. Малия себя плохо чувствует, все показатели нейросети подскочили. На пределе работает автодоктор нейросети и аптечка комбинезона.
— Рожает?
— Да, я тоже так думаю, показатели совпадают.
— Так она через неделю должна родить, сам же срок сообщил.
— При подобном происшествии и мужчина родит, не то что женщина… Ты готова?
— Да.
— Герметизируй комбез и выходим. Пройди в рубку и осмотри показания на экранах. Управлять ты не сможешь, но понять, что выдают приборы, сможешь. Сообщи мне, а то к управлению нет доступа.
— Сделаю, — кивнула та и загерметизировав комбез как и я, следом за мной вылетела из медбокса и сразу направилась к рубке, а я свернул к спальне. Малия обнаружилась висевшей неподвижно над нашей кроватью. С диагнозом я не ошибся, пребывая без сознания, моя старшая жена рожала.
Подхватив за руку, я потащил её в операционных бокс, отталкиваясь от стен, там раздел, сняв комбез, и уложил в операционную. В это время освещение заморгало, что означало некоторые проблемы с энергией. Мне это не понравилось, но дело я закончил и уложил жену в капсулу, закрыв крышку, стал дистанционно настраивать кибердоктора. Так было быстрее, чем вручную.
То, что с отключением питания капсула может встать я не опасался, в ней был встроенный источник питания, которого хватит на два десятка подобных операций. Поэтому сразу перевёл на внутреннее питание, остережёмся на всякий случай.