Уповаете?
Шрифт:
А я бреду в одиночестве, наслаждаясь умиротворённостью и спокойствием. Впереди на крашеных стенах коридоров лишь неясные пятна отражений далёких уличных фонарей. Беспощадный сумрак допускает в свои владения лишь жалкое подобие всемогущего Бога Ра. Кажется, здесь ничто не в силах потревожить вновь восторжествовавшего повсюду Апофиса. Гулкий звук шагов уносится вперед, распугивая зазевавшихся призраков. Освещение не включаю, мне приятно скользить во мраке, периодически растворяясь в непроницаемых чернилах теней. На ум приходит давний разговор с Костяем. Тогда он сравнивал эти коридоры с артериями, пронизывающими всё тело нашего Института и по утрам доставляющими в кабинеты и лаборатории кровяные тельца – сотрудников, наполненных свежими идеями и замыслами. И без этого каждодневного притока,
Замечаю бледное пятно на стене. Заинтересовавшись, подхожу ближе. А-а-а… Новый номер стенгазеты. Темнота размывает буквы до полной нечитаемости. Щёлкаю зажигалку. СМИ-шники постарались на славу – несколько вполне прилично нарисованных живыми красками картинок. Это кто у нас, интересно, заделался художником? Быстро пробегаю глазами по последним новостям Института. Выход с больничного нашего босса для меня уже не новость. Ура-патриотическую статью о начале в Институте новой революционной разработки можно не читать. Та-ка, дальше. Странности в лаборатории Олега продолжаются – таинственные тени в форме умерших людей на стенах. Что за… ? Таинственный источник вдохновения и поставщик новостей для местечковой прессы до сих пор не раскрыт, и остаётся только гадать, чем так притягательна лаборатория машинного разума для потусторонних сил. Не проходит и недели, чтобы не случилась там какая-то засада – начиная от полтергейста и кончая… Впрочем… Зажигалка гаснет, оставив меня в темноте неведения о самых горячих событиях. Да и чёрт с ними. Иду дальше.
Впереди по курсу замечаю свет, жёлтой лужицей вытекающий через дверные щели одного из кабинетов. Костин отдел. Забыли выключить освещение? Тихонько приоткрываю дверь и осторожно – мало ли какие сущности ночью могут воплощаться здесь – заглядываю вовнутрь. Никого? Неожиданно чувствую, как вытягивается от страха лицо – в дальнем углу кто-то злобно ворочается… Тьфу, черт! Это Карон. Главный специалист по психологии граничных состояний, погоняло – Погранец. Известен своими постоянными приставаниями к сотрудникам с просьбой пополнить его нумизматическую коллекцию древней монеткой.
– Кароныч! – С удовлетворением наблюдаю, как он подпрыгивает от испуга, а его вытянувшееся лицо легко развеивает мой собственный страх.
– Ох! Ну в-вы меня и напу-пу-пугали! – Заикаясь, неуверенно смеётся.
А что – его состояние сейчас как нельзя лучше соответствует его профессиональной ориентации.
– Ты что тут делаешь? – Подхожу поближе, пытаясь разглядеть, с чем он там копается в углу.
Ага, знакомая конструкция, всегда вызывавшая интерес в мои нечастые появления в этом секторе Института: перевернутая пирамида высотою с полметра, с трудом балансирует на узенькой площадке вершины. Редкие тоненькие подпорки не сильно и помогают удерживать неустойчивое равновесие. В общем, чем-то напоминает иллюстрацию к сюрреалистическим картинам безумного Дали.
– Что это? – Не смог удержать давно вертевшийся на языке вопрос.
– Ну-у, готовлю пре-презентацию, так сказать, визуали-лизирую свою теорию ли-личности, – Карон слегка смущается, поэтому говорит шёпотом.
– Хм-м. Интересно. А можно поподробнее?
– Конечно. Смотрите. – Как заправский лектор, он тыкает остриём карандаша в пирамиду.
Наклоняюсь, чтобы поближе всё рассмотреть. Как оказалось, конструкция собрана из многочисленных блоков, чем-то напоминающих крупные костяшки домино. На некоторых видны надписи, правда, сделанные довольно корявым почерком, отчего плохо читаются.
– Это, – Погранец, немного успокоившись после приступа страха, демонстрирует одну из «костяшек», – Личностные архетипы, так с-сказать, с-сформированные в подсознании стереотипы восприятия определенных жизненных ценностей.
Я пытаюсь рассмотреть подробнее. На одном из
– Вот, – Карон кивает головой на сваленные в углу блоки, – основа человеческого мироустройства, субъективного, конечно. Семья, работа, сын/дочь, так сказать – дети, квартира, достаток, богатство, в общем личностные базовые ценности. Из них и выстраивается вся психологическая карта индивидуума, так сказать, его жизненная па-парадигма. Чем ближе к вершине пирамиды, тем значимее для субъекта данный элемент. В верхний ряд вершины закладываются фундаментальные жизненные ценности, являющиеся, так сказать, личностной квинтэссенцией смысла жизни индивидуума. А дальше на них уже достраиваются в порядке субъективной ценности прочие элементы, имеющие значение для данного конкретного индивида, которые в массе своей и формируют всю индивидуальность личности.
Пояснение показалось через чур многословным, но сама идея стоила внимательного изучения. Я даже тихонько присвистнул – не знал, что у Кости в отделе разрабатываются такие интересные тематики.
– И разрабатываемая мною тема – устойчивость психики к воздействию внешних факторов – целиком и полностью зависит от того, какие из базовых архетипов заложены в вершину пирамиды-личности. У кого-то там один-единственный блок, и в случае его разрушения при контакте с реалиями внешнего мира, априори разрушается вся конструкция надстройки. Человек полностью теряет возможность на полноценное взаимодействие. Мир, так сказать, рассыпается в глазах субъекта, теряются его опорные точки, стабилизирующие личность. Что выливается в пьянство, суицид и прочие прелести деградации связного взаимодействия с окружением.
– Хм-м, интересно. Напоминает теорию иерархий Маслоу. Только поставлено с ног на голову.
– Ну, не совсем по Маслоу. Все-таки у него слоистая структура иерархий потребностей, а у меня структура личности, как она есть. Как бы вам по-проще объяснить…
Хм-м, это он что: намекает, что по-сложному я не пойму? Вот наглец!
– Структура личности, в моей теории, складывается из различных паттернов, сформировавшихся в процессе взаимодействия социального окружения и личностного опыта, и сложным образом взаимодействующих между собой, что и определяет индивидуальность каждого субъекта. Пирамида, конечно, слабо отражает всю сложность данной структуры, но хорошо демонстрирует уязвимость цельности перед разрушением базовых паттернов, располагающихся в вершине пирамиды. У многих индивидов там присутствует всего одна, максимум – две – фундаментальные ценности, на которых и наслаиваются остальные, формирующие основное тело пирамиды. Так сказать, устойчивость все разрастающихся верхних слоев перевернутой пирамиды полностью зависит от единичных нижних, и поэтому разрушение блоков вершины ведет к полному демонтажу конструкции. А уничтожение происходит при взаимодействии с объективной реальностью, когда внутренние эталонные образцы не совпадают с реально существующими либо их субъективное сравнивание приводит к внутреннему противоречию.
– Очень интересно.
– Разрушение стереотипов в одном из промежуточных слоев, где в каждом присутствует несколько равноценных паттернов, некритично для индивида. Необратимость процессов наступает в случае ликвидации ближайших к вершине, фундаментальных для сознания принципов, и при условии наличия их в очень ограниченном количестве. Из этого видно, что наиболее угрожающий фактор – наличие в основании единственного базового жизненного принципа.
– Более-менее суть твоей теории я понял, но какое практическое применение, всей этой, – я киваю головой на пирамидальную структуру личности, – постройки?
– Можете посмотреть там, – Карон приглашающе указывает рукой на дверь в соседнее помещение.
– А что там?
– Уже собранные «личности».
Я пользуюсь приглашением и прохожу в дверь. Ого! Огромное пространство сплошь заставлено перевёрнутыми пирамидами. Где покосившимися, и с трудом удерживаемыми от падения подпорками, а где уверенно балансирующими на своих малюсеньких площадочках снизу. Кое-где и вовсе видна только стандартная пирамида из рассыпавшейся ранее конструкции.
– Это по заданию Др.Shark собираем коллекцию работников Института.