Уно и три мушкетера

Эргле Зента

— В 11.57 бородатый вышел из дому. Под мышкой у него была небольшая белая папка. В 12.23 Вилцан со своей книжной тележкой отправился в город. Магдалена вместе с матерью все время работала в саду.

— Да, тяжело живется этой малышке, — вздохнул Арамис, — как Золушке у мачехи.

— Ты недалек от истины, — засмеялся Атос. — Я вчера слышал,

как мама говорила отцу, что Вилцаны взяли себе из детского дома не дочь, а прислугу. «Надо, вероятно, сообщить куда следует», — предложила она. «Какое твое дело, — ответил отец, — пусть они сами разбираются. А работа еще никому не вредила».

— Так, выходит, Магдалена неродная дочь Вилцанам?

— Ну да, — подтвердил Атос.

— Бедняга ничего об этом и не знает. Может быть, рассказать ей? — вслух размышлял Уно.

— Лучше пока не надо, подождем, — решили остальные.

— Ну, слушайте дальше. В 17.38 Вилцан притащился домой. Потом он возился в теплице. В 18.31 к калитке подошла женщина, одетая в черное, с минуту пошепталась о чем-то с Вилцаном и пошла дальше. Всех чужих посетителей я сфотографировал, — добавил Атос.

Уно и Арамис рассказали о своих приключениях. Уно наблюдал за домом Валии с семи до десяти, потом пришел Арамис. В 10.17 Ешка вышел из дверей дома, широко зевнул и зашагал в сторону «Жирного кита» завтракать. Там он выпил две кружки пива, передал Ингриде привет от Валии и пожаловался, что страшно трещит голова. Потом он вернулся в тот же дом, где ночевал, и через некоторое время появился оттуда с коричневым чемоданом в руках.

— А к Вилцану он заходил или нет? — спросил Атос.

— Да. — Арамис ответил утвердительно. — Я спрятался за твоей калиткой, чтобы он меня не заметил.

— Ну а дальше что? — Портос сгорал от нетерпения.

— После этого Ешка сел в четвертый трамвай и поехал в центр. Я следом, — продолжал Арамис. — На улице Судмалиса он вышел, я за ним. Он завернул в кафе «Золотая лилия», и я туда же. Ешка заказал у стойки коктейль…

— Ты тоже, — засмеялся Атос.

— Имей совесть! — Арамис вспылил. — Я, правда, немного боялся, что меня могут выгнать, поэтому заказал мороженое и притворился, что читаю газету. А он тянет свой коктейль и о чем-то шепчется с буфетчиком, потом открыл папку и передал ему тонкую пачку. Наконец Ешка расплатился и направился к универмагу. Ну и тут я его потерял, — признался Арамис. — Сами знаете, какая там толчея.

— Ты сделал ошибку, — заметил Атос. — Нужно было тут же ехать к Валии и понаблюдать за ее домом. По крайней мере мы бы знали, когда этот фрукт туда вернется.

— А я навел справки о Валии, — рассказал Портос. — Она, оказывается, уволена с работы за недостачу. Правда, Валия ее покрыла, поэтому до суда дело не дошло. Теперь она нигде не работает, к ней часто заходят всякие сомнительные личности и устраивают пьянки. Это все.

—

Да, нам попался крепкий орешек, — сказал Арамис. — Может быть, все же сообщить дружинникам или в милицию?

— Ты с ума сошел! — запротестовали остальные.

— Вот только не допустили ли мы какой-нибудь ошибки? — размышлял Уно. — Надо подумать, как бы в таком положении действовал Шерлок Холмс?

— По крайней мере, он бы констатировал состояние дел и нарисовал бы схему событий по их последовательности, — сказал Атос и достал из письменного стола белый лист бумаги. — Совершенно ясно, что мы имеем дело с целой бандой спекулянтов, — продолжал он. — Нам необходимо ее раскрыть. Назовем это «Операция X». Во главе банды стоит «шеф». — Атос начертил карандашом кружок и написал в середину «шеф». — Кто он такой, мы пока не знаем, а поэтому поставим пока рядом знак вопроса. Связисты шефа — Вилцан и Ешка. — Чуть пониже Атос нарисовал два кружочка поменьше. — От Ешки следы ведут дальше к Черному Джо и на пароход «Скумбрия», — Атос нарисовал стрелу и на конце ее маленький пароходик.

— Ты забыл буфетчика из «Золотой лилии», — напомнил Арамис.

— И Валию, — добавил Портос.

— Правильно, — Атос начертил еще две стрелы и кружки, куда вписал «Валия» и «буфетчик».

— Теперь возьмем Вилцана. Прежде всего этот святоша сотрудничает с Ешкой. Кроме того, со многими братьями и сестрами, которым после службы выдает какие-то таинственные сверточки. Что мы еще о нем знаем? То, что у него хранится коричневый чемодан. А вот что в нем?

— Это я попробую узнать, — заявил Уно.

— Арамис пусть понаблюдает за Ешкой, — распределял обязанности Атос.

— Я возьму рисовальные принадлежности и буду изображать художника, — вдруг пришло в голову Арамису. — Иначе просто неудобно всюду за ним слоняться, еще подумает невесть что.

— Завтра вечером встречаемся у меня, — напомнил Атос.

На следующее утро моросил мелкий дождичек.

— По крайней мере, не надо будет поливать сад, — радовался Уно.

Около десяти, надев пестренькое ситцевое платьице и накинув на плечи нейлоновый плащик, Уно направился к Магдалене. Калитка по обыкновению была заперта. Уно взобрался на перекладину, просунул руку в щель и ловко отодвинул задвижку. Во дворе никого не было. Двери дома были заперты.

— Алло! Здесь есть кто-нибудь? — громко спросил Уно.

— Иди сюда! — раздалось из сада. Магдалена старательно разрыхляла цветочные грядки.

— Что ты здесь делаешь в такую погоду? — изумился Уно, увидев свою приятельницу совершенно промокшей и продрогшей.

— Мама мне велела, иначе я не заслужу обеда, — объяснила малышка. — Сейчас я кончу и пойдем в комнату.

Магдалена привела подружку в комнату, служившую молельней. Сейчас длинные скамьи были сдвинуты к стене и поставлены одна на другую, а пол тщательно выметен. Коричневого чемодана, который принес Ешка, нигде не было.

— А что там, за дверью? — спросил Уно.

— Там живут отец с матерью, — объяснила Магдалена.

— Пойдем посмотрим! — не сдавался Уно.