Уничтоженные

Оливия Ривера

Внезапно она отпрянула от окна и плотно задёрнула шторы. По улицам шагали сотни тысяч людей, и Оля боялась, что среди них мог быть он.

Только когда девушка удостоверилась, что входная дверь заперта на оба замка, она робко приоткрыла дверцу ванной комнаты и тихо-претихо нажала на выключатель. Ей нужно было отдохнуть. Она устала бояться. Устала скрываться от него.

Пока ванна наполнялась тёплой водой, девушка

зашла в интернет и решительно набрала: «Билеты от Москвы до…» Она постучала тонкими пальцами по столу – обдумывала, какой город стоит ввести вместо пробела. Аккуратные розовые ногти щёлкали по деревянному столу, отбивая ритмичную дробь.

Куда ей можно было уехать? В каком городе он бы точно не стал её искать? Девушка лихорадочно водила глазами по экрану, словно в нём можно было найти ответы на все терзающие её вопросы. Она не могла вернуться в свой родной город, это было бы слишком предсказуемо. Липецк тоже не был надёжным вариантом. Немного поразмыслив, Оля ввела Оренбург – город, случайно промелькнувший у неё в голове. Она выбрала завтрашнюю дату – медлить было ни к чему. Полная решимости, Оля нажала на кнопку «Купить».

Ну вот и всё. Билет был куплен. Пути назад не было. Впрочем, оно и к лучшему. Оля не знала, зачем она ехала в Оренбург, но была уверена, что там он найдёт её не сразу. Возможно, ей стоило выбрать город не из России, но оформление визы заняло бы долгое время.

Оля сделала глубокий вдох и начала раздеваться. Она скинула всю одежду прямо на пол. Затем с ненавистью содрала его ожерелье и бросила поверх одежды. В ванную девушка шла на цыпочках, с осторожностью поглядывая по сторонам. Словно в квартире кроме неё мог находиться кто-то ещё.

* * *

Сегодня на календаре была пятница, тридцать первое июля. Погода в маленьком городе стояла на удивление теплая. Яркие солнечные лучи согревали каждого случайного прохожего. Но пока Оля не могла почувствовать их тепло: она была у себя в квартире. Смена в лагере должна была начаться с минуту на минуты, но она всё ещё не могла решить, какое из платьев надеть. Девушке хотелось, чтобы Дима был не просто ею восхищен, а чтобы он запомнил её образ на всю оставшуюся жизнь.

Она ещё раз открыла шкаф и наконец смогла сделать выбор. Он пал на откровенное платье ярко-красного цвета, которое едва прикрывало её изящные бедра, с глубоким вырезом спереди. К её удивлению, Олю нисколько не смущало, что она шла в детский лагерь. Её не беспокоило, что могли сказать педагоги и родители детей. Сейчас она думала лишь о Диме.

Свои русые, едва доходившие до лопаток волосы девушка сперва решила оставить в покое. Но, хорошенько поразмыслив, достала из шкафа плойку – решила завить локоны. Тихо-тихо, чтобы не разбудить домашних,

она прошмыгнула в ванную и постаралась как можно тише открыть скрипучую дверь.

Когда последний штрих в её образе был благополучно завершён, девушка так же тихо вынырнула из ванной. Но к её глубокому сожалению, возле дверей уже стояла бабушка.

– Доброе утро! – как можно приветливее сказала Оля.

Старушка улыбнулась и подошла ближе. И тут она заметила Олино красное платье. Улыбка моментально сошла с её лица.

– Откуда у тебя это платье?

– Купила на днях, – соврала Оля.

«Смогла своровать в магазине, засунув под ветряк», – крутилось у неё на языке.

Тогда Оля даже не представляла, каким образом ей могло понадобиться столь вызывающее платье. Она взяла его просто так, от скуки. А сейчас она была благодарна себе за такой смелый выбор. Дима должен был его оценить.

– Ты же идешь в детский лагерь. А оно такое короткое. Ну-ка сними!

Оля ничего не ответила и подошла к комоду – перед встречей с Димой нужно было подкраситься.

– Оля, сними, оно тебя портит! Мне не нравится!

– А мне нравится, – Оля достала тушь.

– Я сейчас позвоню маме и всё ей расскажу!

Девушка закатила глаза, но своего решения менять не стала. Мысли о Димином восхищении ни на секунду не покидали её голову. Оно того стоило.

– Звони кому хочешь.

Бабушка не была удовлетворена таким ответом и решила так просто не отставать от внучки:

– Куда это ты собралась в таком виде?

– После лагеря иду на день рождения к Дине.

– К какой еще Дине?

– Стоцкой, – сказала Оля первую попавшуюся фамилию. – С ночёвкой, если что.

– Мама знает?

– Разумеется.

– Платье слишком откровенное, – не унималась бабушка. – Там будут мальчики? Это для них?

– Это для себя любимой, – улыбнулась Оля.

Когда она представляла любимого человека, на её губах появлялась широченная, в большинстве случаев совершенно неуместная улыбка.

Уставшая от неподчинения бабушка вернулась в свою комнату. Как оказалось, сделала она это, чтобы взять телефон. Оля тяжело вздохнула и лишь покачала головой.

– Откуда только деньги берёшь на такие платья?! – злобно приговаривала бабушка, набирая номер Натальи.

– Из кошелька.

– Бесстыдница!

Оля подавила смешок. Ничего нового!

Она принялась надевать туфли. Чёрные, на высоком каблуке. Те самые, что купила ей мама за успешное окончание школы. Взглянув на себя в последний раз, Оля выбежала из квартиры, громко захлопнула входную дверь и уже вовсю неслась по лестнице вниз.

По дороге в лагерь девушка решила заглянуть в первый попавшийся банк. Она закинула себе на карту несколько купюр – тех самых, что дала ей мама. «На подарок для Дины», – было их кодовым словом.