Ундервельт. Западня
Шрифт:
Под ногами хрустела опавшая хвоя, протяжно, на одной ноте пиликал кузнечик. Огибая замшелое болото, Наган заметил… Как будто роилась красноватая мошкара. «Ловушка, — вспомнил он. — Самое время проверить, что может Краско в виртуале».
Наган достал зеркало и, не спеша двигаясь к ловушке, написал:
«Мне от тебя нужен план Цитадели».
Ответ пришел сразу же:
«Она возникла без нашего вмешательства, я не знаю, что там».
Почему-то Наган ему поверил, глянул вперед, зацепив ловушку боковым зрением и все
«Слышу голоса. Местные агрессивны?»
«Всякие бывают, — ответил Краско. — Есть игровые, есть неигровые. То есть оцифрованные и цифровые. Понятно?»
Щеку будто бы обожгло горячим дыханием — Наган приблизился к ловушке метров на пять, еще шаг, и его поджарит. Раз Краско не реагирует, значит, не видит, что происходит, уже легче.
«Понял, спс, отбой».
Наган подошел к сосне, похлопал по месту, где должен быть нагрудный карман, и выругался, не обнаружив сигарет. Ничего, злее будет.
Ступал он по возможности бесшумно, принюхивался, приглядывался, прислушивался к каждому звуку, не уставая удивляться реалистичности рукотворного мира: шуршали насекомые и мыши, с болота тянуло прелью, кричал то ли сокол, то ли ястреб.
Услышав бормотание, Наган напрягся, теперь он ступал с особой осторожностью, а в голове крутились мысли о том, почему Краско не сделал его персонажа неубиваемым. Неужели у Ундервельта уже сформировались свои законы, которые нельзя нарушить даже извне.
Бормотание усилилось. Наган переместился из лесу в заросли сирени, окружающие разваленные домики, слишком маленькие, чтобы быть человеческими. Выглянув из засады, он сразу же пригнулся, и вовремя: стрела просвистела над головой, расколошматив листья.
Стрела — не пуля. Кусты послужат неплохой защитой.
— Прекратить стрельбу! — крикнул Наган. — Свои!
— Мигель? Ты что ли? — ответил кто-то с очень грубым голосом.
— Да ну на хрен, не он это, — пропищали в ответ. — Я видел! Чужак это. Крался, ограбить хотел. А вот выкуси!
Скрытые от взгляда люди зашушукались, их было минимум двое. С полминуты они совещались, и в конце концов кто-то почти по-звериному рыкнул густым басом:
— Ты откуда идешь и зачем?
— С севера, — неопределенно ответил Наган.
— Говорят, сумеречные гномью деревню сожгли. Слышал что-нибудь?
— Чуял запах гари. У вас сигареты есть?
— Ты один?
— Двое нас.
«Мародеры, — сообразил Наган и передислоцировался из кустов за сосновый ствол, приготовился отстреливаться. — Осторожные мародеры».
Контакт произошел, как обычно показывают в боевиках: два мира сцепились в смертельной битве.
— Эй, ты где там? — прорычал тот, с кем Наган разговаривал.
Наган не отвечал, наблюдал за кустами и заметил крадущегося ребенка… тьфу ты — гнома! Натурального гнома с бородой! И двумя кинжалами. И женщину с огромной грудью и арбалетом, они обходили сирень с разных сторон. Плюс еще один в
— Сбежал, — вздохнул обыскавший кусты гном. — А жаль. Хорошо прикинутый был чувак.
— В погоню? — промурлыкала женщина.
— Ага, ну давай попытаемся! — пропищал гном, обращаясь в невидимому третьему члену банды. — Ну Ганнибал! Он реально круто прикинут был. Что мы, втроем не справимся?
— Заткнись! — рявкнул Ганнибал, и над кустами появилась башка бурокожего клыкастого урода, смотрел он куда-то вниз.
— Ну че там, далеко он?
— Отвали. Смотрю.
Вот вся компания и в сборе. И, похоже, они пытаются его отследить с помощью какой-то штуки, на промедление времени нет. Наган выхватил нож, из арбалета выстрелил в орка — его башку разворотило вопреки законам физики, метнул нож в разинувшего рот гнома — попал точно промеж глаз, а вот женщина, ругнувшись, прыгнула в кусты.
Наган метнулся к ней, с удивлением отмечая, что гном вместо того, чтоб рухнуть, вытащил зеленую склянку и попытался выпить. Пришлось стрелять в него. Болт вошел в грудь, как разрывная пуля, разворотив грудную клетку мелкого мародера.
Перед тем, как гному издохнуть, Наган, приблизившийся к нему метров на пять, увидел текст, что гнома зовут Смол, он 39 уровня.
Удирающая женщина зашуршала в кустах, по кирасе Нагана чиркнул арбалетный болт, даже не оцарапав ее.
— Бесполезно, — крикнул Наган, на полусогнутых направляющийся к стене разваленной хижины. — Я сильнее. Если дашь сигареты, не трону.
— У Ганнибала были самокрутки, — крикнула она уже издалека.
Не соврал Краско: обитатели Ундервельта не боятся смерти, их натаскивают на убийство.
Посекундно оглядываясь, Наган подошел к трупу Ганнибала с развороченной башкой, обыскал его, снял здоровенный тесак. Сигарет, правда, не нашел — откуда им тут взяться. Зато отыскал табак и бумагу, повертел в руках и выкинул. Он не готов курить самосад. Да здравствуют здоровые виртуальные легкие!
Убедившись, что женщина из команды мародеров его не преследует, он отправился на поиски Тарасова, смекнув, что время в Ундервельте не совпадает с московским: когда он приехал в Зеленоград, была уже ночь. Надо идти в логово сумечных, и будь что будет.
И он пошел, вот только по прямой идти не получилось: то ловушки преграждали путь, то топь, то непонятная ерунда, подсвеченная красным. Возле болот его атаковала двуногая тварь, глаза были на шее, а на месте головы — окруженная щупальцами гигантская пасть.
Наган три болта на нее извел, добил тесаком Ганнибала.
Начало темнеть, а до места оставалась еще пара километров по прямой. Понимая, что засветло не доберется, Наган решил искать ночлег. Взмыленный, с арбалетом в руках, он вышел на поляну, посреди которой стоял деревянный домик, судя по всему, собственноручно сколоченный, а за закрытыми ставнями горел свет.