Ундервельт. Западня
Шрифт:
Удачи, странник!
Обрадовавшись прогрессу, Тарвит теперь исследовал пространство перед собой, стреляя в цель, расположенную дальше по проложенному маршруту, и преодолевал расстояние, забирая стрелу.
Остановило его предчувствие опасности. Кристалл ничего не показывал, но ощущалось нечто чужеродное. Тарвит вспомнил, что он не вполне человек, и втянул воздух ноздрями. На цыпочках сделал шаг левее, и в носу защекотало от духа гниения. Слабый ветер то усиливал запах, то он пропадал вовсе.
Подумаешь, сдох кто-то. Отчего же так
Пока Тарвит разбирался, почему ему так не хочется идти дальше несмотря на то, что кристалл не предупредил об опасности, в просвете между стволов появился человеческий силуэт.
Лишь спустя полминуты Тарвит сообразил, что человеком умертвие было давно. Сейчас же двигалось оно рывками, неестественно вывернутая голова лежала на плече, болтаясь из стороны в сторону, на некогда серебристой кирасе темнели пятна то ли грязи, то ли ржавчины.
Тарвита зомби не учуял и потрусил дальше. Зато прямо посреди дороги была обнаружена лужа, вокруг которой ничего не росло, воняла она мертвечиной, а в бурой жиже медленно дрейфовало что-то бесформенное, надувались и лопались пузыри.
Обойдя подозрительное болото, Тарвит услышал, как вдалеке залаял пес. Ему ответил второй и третий. Похоже, там целая стая.
Сразу же родился план пострелять их с дистанции, а хвосты потом выменять у какого-нибудь путника на еду. Есть-то что-то надо, и пока было неясно, как решать эту проблему, ведь оборотню нужно обильно питаться, чтобы поддерживать человеческую форму.
И вдруг донесся визг раненого пса. Вроде бы кто-то выругался. Предположив, что может понадобится его помощь, Тарвит побежал на крик. Заметив движение, притаился за сосновым стволом.
Одичавшие псы, было их штук восемь, взяли в кольцо голого по пояс парня и примерялись, как лучше атаковать. Причем эти твари напоминали псов только тем, что у них имелись четыре лапы, хвост и голова определенной формы. Передние лапы были мощнее задних, заканчивались острыми когтями, вдоль позвоночника росла щетина, а зубы превосходили длиной собачьи примерно вдвое. У незнакомца был только изогнутый меч.
Тарвит перебежал к сосне, растущей поближе к поляне, чтобы считать информацию о парне.
Шимон, человек, 4 уровень.
Псы были шестого, вожак — девятого уровня. Начинать надо с вожака. Тарвит прицелился и спустил тетиву. Попал! Вожак с визгом закрутился на месте, пытаясь вырвать стрелу из бока. Стая расценила это как сигнал к действию и набросилась на блондина. Он крутнулся вокруг собственной оси — брызнула кровь, донесся визг.
Тарвит выпустил еще две стрелы в вожака, прикончил его. Среди мельтешения хвостов, тел, голов было непонятно, кто где, и Тарвит стрелять не рискнул, выхватил свои кинжалы и принялся кромсать псов, что попадались под руку. Бил он куда придется и без промаха, а когда псы повалили парня, прыгнул на пятнистого пса, клацавшего челюстями у его лица, крест накрест ударил по шее щетинистой сзади.
Ты нанес Одичалому псу Двойной удар!
Пес
Дернулся, уклоняясь от удара лапой, но когти все равно располосовали лицо, глаз залило кровью. В венах бурлил адреналин, потому боли Тарвит не почувствовал. Перепачканный кровью Шимон насадил атакующего пса на меч. Тарвит поднял выроненный лук. Пять уцелевших псов отбежали в сторону, у одного была перебита задняя лапа, у второго — распорот бок так, что торчали ребра. Недолго думая, Тарвит пристрелил обоих подранков, взял 4-й уровень, и стая предпочла удалиться.
— Спасибо, — сухо поблагодарил Шимон. — Сам бы не отбился.
«Тоже новичок», — подумал Тарвит. Так же скрывается от сумеречных. Как раз то, что нужно.
Рука парня распорота от локтя и ниже, вся грудь в крови, левая ладонь пытается прилепить на место огромный кусок кожи на животе. На бедре наливается гематома. Но на лице — ни растерянности, ни страха, ни злости.
— Ты ранен! — воскликнул Тарвит. — Надо сделать перевязку.
— На себя бы посмотрел. Перевязка не поможет.
Шимон принялся обыскивать поляну, пока не нашел мешок, как у Тарвита, только больше, сел, скрестив ноги, и принялся там ковыряться. Руку от живота он убрал, и кожа повисла огромным лоскутом. К горлу Тарвита подкатил ком, он скосил глаза, думая, что встретил еще одного странного персонажа.
Шимон нашел, что искал, — склянку с зеленоватой жидкостью, опустошил ее и, зажмурившись, упал на землю. Вытаращив глаза, Тарвит наблюдал зелье здоровья в действии: кровь высыхала на Шимоне, раны затягивались на глазах!
И снова он почувствовал, как его крыша шелохнулась, но, слава богу, осталась на месте. Как и Шимон, Тарвит выпил склянку с зельем здоровья. Щека зачесалась, заплывший правый глаз открылся, кровь куда-то делась.
К тому моменту Шимон пришел в себя, достал из мешка лепешку, половину отдал Тарвиту и принялся жевать. С минуту оба молчали, поедая лепешку.
— Еще раз спасибо, — поблагодарил Шимон.
— Я Тарвит. Ты тоже здесь по заданию? Псов стреляешь?
Блондин вскинул брови. Только сейчас Тарвит как следует рассмотрел парня: лет двадцать пять, чуть вздернутый нос, широкие скулы, четко очерченные губы и кристально-синие глаза. Волосы светло-русые. Красавчик, одним словом. Наверняка девушки на него гроздьями вешаются.
— Я просто шел, потом решил искупаться в ручье, они напали, — ответил он и с подозрением вперился в Тарвита.
— Куда шел? К поселку? — спросил Тарвит и прикусил язык, пораженный догадкой: это избранный, которого ищут сумеречные. Уж очень он уверенно себя ведет при таком низком уровне.
— Шел далеко, — ответил он, повертел головой, осматриваясь, и зашагал к зарослям рогоза, надел рубаху, медную кирасу, наручи, на голени — сперва кольчужные носки, потом накладки с шипами.
— Ты давно здесь? — продолжил допрос Тарвит, пытаясь найти подтверждения своим догадкам. — Крутое у тебя обмундирование. Откуда?