Улыбнитесь, господин Ректор

— Мил, ну ты где? Цербер тебя порвет, если на зачет опоздаешь! — зашипела в трубку Лена.

— Я бегу! Уже на проходной. Он уже в аудитории? — залетая в здание института, выпалила.

— Нет, тебе пока везет. Давай быстрее!

— Все-все, я уже тут, — поспешила успокоить подругу и отключилась.

Смартфон кинула в сумку и принялась судорожно искать студенческий. Да что сегодня за день? Я, в кои то веки, встала вовремя, даже успела позавтракать и нормально собраться, а потом все пошло наперекосяк. Сначала дверь заклинило. Пришлось повозиться, чтобы закрыть

квартиру. Итог — я не успела на автобус и была вынуждена ловить попутку. К счастью, это удалось достаточно быстро, но на подъезде к институту мы попали в жуткую пробку. А теперь я уже цели. Осталось всего-то показать корочку охраннику и миновать публичной экзекуции строгим преподавателем, но и здесь вселенная устроила мне подлянку — студенческий, похоже, остался дома.

С тяжелым вздохом отправилась к охраннику Геннадию, хоть и понимала, что на зачет уже не попаду.

— Без документа не имею права, — отрезал мужчина, когда я озвучила свою проблему.

— Вы же меня каждый день видите. Знаете, что я действительно учусь здесь. Пожалуйста, у меня зачет сегодня. Если не попаду на него, то мне не жить, — включила все обаяние, но тщетно.

Геннадий стоял намертво и бравировал установленными правилами, которые нарушать запрещено. Никакие уговоры не подействовали. Я уже не знала, как быть. Даже подумать боялась, что Цербер со мной сделает, когда я не то, что опоздаю, а вообще не появлюсь. Меня ведь и к экзаменам не допустят без его зачета.

— Опять опаздываете, Макарова? — раздался его голос за спиной. — Уж, на зачет могли бы и вовремя прийти, — недовольно протянул он, когда я повернулась к нему лицом и виновато улыбнулась.

— Я не опоздала, я…

— Вы что? Почему вы до сих пор не в аудитории? — строго бросил Ренат Сергеевич, испепеляя темным взглядом, от которого хотелось съежиться или вовсе сквозь землю провалиться. Казалось, если он сейчас же не отвернется, то осыплюсь горсткой пепла прямо у его ног. Как же мы ошибались, когда, увидев молодого, симпатичного преподавателя, надеялись на поблажки.

— Я просто студенческий забыла и…

— О, ну, конечно! У Макаровой же все не слава богу! То она проспала, то в пробку попала, то бабушку через дорогу переводила, теперь, вот, студенческий забыла…

Цербер все говорил и говорил, а со мной происходило что-то странное. В ушах зашумело, словно помехи на радио. Голова закружилась, а в глазах заплясали звезды. Еще не хватало в обморок упасть. Меня повело в сторону, а не стихающий шум, вдруг, сменился чьим-то шепотом. Я не могла разобрать слов. Да и не пыталась, стараясь удержать равновесие.

— Макарова? Что с вами? Макарова! — голос Рената Сергеевича звучал все тише, а я медленно погружалась в темноту под несмолкаемый шепот, который, наоборот, жужжал в ушах все громче и отчетливее.

С ужасом я поняла, что на мгновение перестала чувствовать тело. Мир померк, тошнота подступила к горлу, а затем меня выключило.

— Что с ней? Она жива?

— А я откуда знаю? Мы все делали по инструкции…

— А если мы ее…того?

— Девочки, а ведь, правда… Нас же тогда…

— Тихо! Никто ничего не узнает. Нас же тут не было.

— Не было?

— Не было.

— Ну да, не было…

Тихие, крадущиеся шаги. Осторожный скрип двери и тишина. Что это было? Открыть глаза получилось с трудом. Тело еще плохо слушалось,

да и голова раскалывалась. Обстановка незнакомая.

Я обнаружила себя лежащей на диване в шикарном кабинете. Резной стол, стены заставлены шкафами, забитыми книгами. На полу невероятной красоты ковер, а в углу красуется статуэтка норки из черного камня с глазами сапфирами. Где я, вообще?

Слабость резко схлынула, уступив беспокойству. Ведь точно знаю, в институте ни у кого таких кабинетов нет. Я порывисто села, и тут же закружилась голова. Зажмурившись, сделала глубокий вдох и потерла пальцами виски, вспоминая, что произошло. Мы с Цербером стояли на проходной, мне стало плохо и дальше провал. Потом странный разговор…

Я вновь осмотрелась и зависла, увидев свои колени. Не помню, чтобы когда-то носила юбку- карандаш. Еще и туфли на высоченной шпильке… И маникюр! Где мой маникюр, который сделала еще вчера?!

Вскочив на ноги, заметалась в поиске зеркала. В кабинете его не нашлось, зато соседняя комната оказалась небольшой, чистой уборной. Правда, когда глянула на свое отражение, облегчения не ощутила. Наоборот, с шумом втянула воздух и пораженно уставилась на себя в новом образе. Волосы, мало того, что другого цвета, так еще и стянуты в тугой пучок, макияжа ноль, а над губой родинка, которой у меня никогда не было. И сережки явно не мои. Да и строгий костюм жуткого серого цвета я бы ни за что не надела. Это прикол такой? Меня разыграть решили? Сомневаюсь, что Цербер стал бы заниматься такими глупостями, но ничего умнее в голову не приходило.

Чтобы проверить наверняка, попыталась стереть родинку, но не преуспела. А может, мне это видится? Я же, вроде как, сознание потеряла. Точно, перенервничала, вот и чудится всякое. Надо всего лишь проснуться.

— Лориана! Ты здесь? — раздалось из кабинета.

От этого голоса застыла на месте с открытым ртом. Это же…Цербер! Что он забыл в моем сне? И кто такая Лориана? Еще не хватало мне эротических снов с его участием. Нет-нет-нет, я на такое не подписывалась! Чтобы быстрее вернуться в реальность, с силой ущипнула себя за руку, но ожидаемого пробуждения не случилось.

Дверь в ванную распахнулась, и мой самый страшный кошмар шагнул внутрь. Облачен в шикарный, темный костюм, подчеркивающий подтянутую фигуру. Темно-карие глаза пронизывают холодом, заставляя замереть и не дышать. С трудом сдерживаюсь, чтобы взгляд в пол не опустить. Этот мужчина одним своим видом вводил меня в состояние паники. Но странно… Почему мое воображение такую густую щетину ему нарисовало? У меня новый фетиш? Или…

— Лориана, объясни мне, пожалуйста, почему ты еще здесь, если семинар по твоему предмету длится уже… — Цербер демонстративно посмотрел на часы. — Двадцать минут?

Ага, типичный сценарий. Я провинилась, а сейчас строгий начальник будет меня наказывать. Достанет из-за пояса плетку и как…

— Куда ты смотришь? — прервал Цербер мои фантазии на самом интересном.

Он обеспокоенно дотронулся до моего плеча, и перед глазами замелькали картинки: я в скромном, белом платье-футляре, он в черном костюме. Мы держимся за руки, стоя в центре просторного зала из белого мрамора, а вокруг ни души. Даже священника нет.

— Я, Арен Ос, беру тебя, Лориана Сайд в законные жены. Здесь и сейчас, перед всевидящими, клянусь оберегать тебя, заботиться и уважать…