Улыбка на тропе
Шрифт:
Но от обнажившихся основ «сволаза» вернемся к нему самому. Маршрут блестит, душа трепещет, и пальцы ног и рук уже шастают по знакомым щелям и расщелинам, вознося все выше и выше. Страховка то появляется, то исчезает, оставляя возвышенное ощущение близости к всевышнему. Мастерство «сволаза» теперь связано с умением использовать пальцы, кулаки, локти и коленки в качестве камалотов. Точнее, френдов, а еще лучше: друзей, на которых можно «вылезти». Иногда используют и голову. Правда, длительное висение на ушах не всем доставляет изысканное удовольствие, но чего ни «сварганишь» для чистоты стиля! И для девиц с букмекерами тоже!.. Но, думаю, мнение «общака» все-таки
Кровь по скале, обрывки кожи с рук и резины с «ро'ковых шузов», обрывки одежды падают вниз дорогими сувенирами для восхищенных и хищных зрителей. А частью и «ЗРЯтелей», настоящих фанатов, – как хотите. Сувениры хватают на лету, и тут же «загоняют» на аукционе. «Аукают» сотнями и тысячами «зеленых». Равнодушных мало, особенно среди тех, кто сделал ставку «упадет-не-упадет» с выигрышем в несколько тысяч «зеленых». Какие переливы эмоций на потугах и вывертах «клиента»! Какие вздохи разочарования и выдохи радости свободной толпы! Какие провокационные выкрики наглых пупа-рацый! Какой визг экзальтированных и бюстгалтированных девиц, подбрасывающих вверх прусики, бусики и трусики.
Ну вот, наконец, оставив лучшую половину себя на стене, отважный «сволаз» гордо усаживается на ее острую вершину и смачно плюет сверху на пляшущую внизу толпу «победивших», – тех, кто поставил на «влезет». А в мрачно молчащую толпу, всунувшую свою «зелень» в номинацию «упадет» запускает здоровенный бульник – подарок вершины. Чтобы они в панике разбежались за ту минуту, которая им отведена на спасение. Камень этот тоже тащат на аукцион, прихватив еще несколько десятков похожих. «Сволаз» с ласковым удовлетворением в адрес болельщиков цедит сквозь зубы: «Сволочь!..», – вот и вылезло это емкое словечко с подтекстом ситуации. Свобода! Вот она! Где еще можно обрести такую свободу и «Ядовольствие» ее применить, запустив камнем в толпу «сволочей» и плюнув на лысину негодяям-ФРЭНДАМ.
А дальше? Дальше появляется и проявляется еще один признак «сволаза». По этому признаку у «чистого сволаза» и карман остается чистым. Из любви к искусству! А у «нечистого сволаза» в кармане откуда-то появляется толстая пачка «зеленых». Из любви то ли к Иисусу, то ли к искусу, какая разница!»
Хорошо быть туристом!
Хорошо быть туристом или альпинистом: всю жизнь тащишься! Приятное с полезным: то в поход, то в больницу.
Мы ходим в горы для того, чтобы прожить в них несколько жизней: голодную, холодную, безработную, бессонную, усталую, трезвую, без женщин…, чтобы прожив их, оценить особенности жизни вящей, в горах совсем ненастоящей…
Коль ты – новичок, то есть по крайней мере, одна вещь, которую умеешь делать быстро: это уставать. Коль ты студент-альпинист, то трудишься, как черт: от тренировок обретаешь «хвосты», от женитьбы – «рога», и все для того, чтобы после восхождения с наслаждением «отбросить копыта». Учись стойко переносить тяготы рюкзака, непогоды, дружеские побои инструкторов и подружек.
А если жизнь в палатке протекает хорошо, значит у нее есть порывы! Какая в этой жизни прелесть! Вот ты лежишь вдвоем в палатке с девушкой и проникновенно шепчешь ей:
– О чем ты думаешь, дорогая,
А она тебе:
– О том же, о чем ты, милый! – вожделение охватывает тебя, и ты сладко зажмурившись, дрожа всем телом:
– Давай, давай… еще по сухарю с нарзаном!
Если же любви к
Покажи ей свой класс: залезь от страсти на стенку, а уж когда вместе окажетесь на потолке, она целиком в твоей стихии! И если ее тоже удастся сделать альпинисткой, то будь втройне счастлив: альпинисточки все такие особенно красившивые после восхождений! Можно «заблудить». Но при этом не надо заблуждаться. Потому помни: камень или лавина с какой-нибудь Дых-Тау – это сущая ерунда по сравнению с женитьбой. Но женатые альпинисты живут дольше, поскольку острее сознают опасность, они понимают – завершение ужасного восхождения – еще не факт, что останешся в живых, поскольку впереди разговор с женой…
Помни: думать – никогда не поздно, а вот кричать:»Камень!» или «Срыв!» надо сразу, а то может быть поздно! И еще: когда все «по фигу», то уж точно или сам «зафигачишься», или само собой что-то «зафигачит».
Когда ты – разрядник, то начинаешь познавать особо глубокие мудрости жизни. К примеру, начинаешь догадываться: чтобы не получить молотком по пальцу надо держать молоток этим пальцем. Что если все болит, куда этим пальцем ни ткни, – значит палец сильно ушиблен. Что надо страховать аккуратно, чтобы тебя видели, а не помнили. Что разница между горным туристом и альпинистом огромная: один идет в горы, а другой – по горам. И несмотря на огромную разницу горный турист – это альпинист, а альпинист – это горный турист, только они в этом никогда не признаются из-за высокой любви к спортивному начальству… Что в альплагерях от несоблюдения техники безопасности альпинистками альпинисты не только погибают, но и рождаются… Что начспас в альплагере – не заместитель бога на Земле, а его начальник. Что рюкзак может быстро подорвать здоровье, если он – с пустыми бутылками. Что горы делят людей на две части… а случается, и на три, и на четыре… Что если сломаешь руку в одном месте, а ногу – в другом месте, то тренер после поправки надает по третьему месту, приговаривая: «Сколько раз тебе говорил не лезть в это место!»
Понимаешь, что туристы и альпинисты – «свои» люди в больницах, особенно среди психов. Только психи абсолютно бесстрашны. До обретения ощущения, что погиб и заново родился, – дальше, говорят, и они побаиваются и вперед не вылезают… Заново родится просто: такое ощущаешь, например, когда сидишь на полке мокрый, голодный и холодный. А если при этом зубы стучат от страха, – это хорошо, значит они еще целы. А их стук быстро надоест и пройдет, притом их вообще придется положить на полку, когда продукты кончатся.
Осознаешь наконец, что абсолютное бесстрашие – удел законченных психов и усопших. Не будь сам «камнекадзе» и не бери такого напарника.
Когда же ты – мастер, тебе доступны особые восприятия жизни и особые отношения людей. Настоящему альпинисту-мастеру присуще обостренное чувство окружающей его опасности. Это когда он внизу, на равнине…
Знаешь, что настоящий альпинист-мастер умеет достойно отступить, неслышно хлопнув форточкой. Что ему присуще особо утонченное понимание прелестей медицины: если нога в гипсе, и врач запретил ходить по лестнице, то полгода лазания по водосточной трубе на двенадцатый этаж позволят успешно сохранить спортивную форму. И если врач по характеру последнего маршрута считает, что ампутация головы пошла бы вам на пользу, но все же не ампутирует голову, значит, он понимает: маршрут выбирала совсем другая часть тела. А потому вы крепки не только «передним», но и «задним» умом…