Ультраскип
Шрифт:
Брум мельком посмотрел на эту небольшую группу людей и помахал им рукой, некоторые из них рассматривали гостей через театральные бинокли. Зейн внимательнейшим образом следил за реакцией Брума, он проверял, не заинтересуется ли он кем-нибудь из них, ведь если он «запрограммированный» агент, то он должен стремиться на контакт со своей целью. Брум с ходу заподозрил подвох, подавил всякие эмоции и ответил согласно своей роли:
— Наверное, вы про технодоспехи? Они хотели бы изучить новые технологии, а мы могли бы получить за это новые
— Не только. У нас есть оружейники, специалисты по искусственному интеллекту, мастера по чипам и даже по медицинской части. Я слышал, что среди сталкеров очень популярны картриджи от Николь Хорн. Хотите, она вам может что-нибудь подобрать? — указал на женщину в возрасте в строгом белом халате, она стояла несколько в стороне, засунув одну руку в карман, а в другой держала сигарету в мундштуке.
Её внешний вид отражал всю игру Зейна — её насильно оторвали от дел, попросили постоять здесь, и она ждала, когда это всё наконец закончится. Брум слегка подумал, пожал плечами и ответил отказом:
— Пока ничего не приходит на ум, давайте оставим десерт на потом, у нас ещё будет много времени на это.
— Как скажите, тогда пройдёмте дальше, нам в эти двери.
Зейн сам открыл резные трёхметровые двери и указал гостям зайти внутрь тёмной комнаты. Брум косо посмотрел на Зейна и засмеялся. Его смех раздавался эхом по огромному помещению и с каждой секундой это усиливало напряжение уже для самого Зейна. Наконец Брум отсмеялся, сделал жест, что вытирает скупую слезу, и ответил:
— Спасибо за вежливость, но мы обойдёмся без неё.
Брум резким движением схватил Зейна за шею и только потом зашёл внутрь. Через секунду зажёгся свет и открылись новые двери, в комнату ввели пленных воинов в технодоспехах. Судя по заделанным пробоинам, их основательно ранили и избили, поэтому часть солдат Зейна держала их за руки, чтобы они не упали. А другая часть направила на Брума тяжёлые пушки, чтобы он отпустил их лидера.
Брум ни капли не испугался и потянул Зейна к себе:
— И чё?
— Мы поймали этих разведчиков накануне! Они пытались найти подходы к ангарам! Это твои люди!
— Это вы с чего решили? Нашли у них моё клеймо на заднице?
— Они во всём сознались! Вы дурите мне голову, а сами собираетесь захватить Олимп!
— Что за детский сад?! Ещё бы они не сознались, если от этого зависит их жизнь? Но как ты проверишь, что они говорят правду? Их мог послать любой командир от моего имени.
— Наши информаторы из «Сердца тьмы» говорят, что Бальтазар как раз направил какую-то группу воинов в это время в сторону Олимпа, так что не надо юлить! Всё сходится. И Бальтазар один из твоих главных ставленников.
— Бальтазар?!
— Да, — Зейн увидел, что эта информация действительно застала Брума врасплох, а значит ситуация могла быть сложнее и опаснее, чем он предполагал.
— Так, стопэ и ещё раз стопэ! На кой хрен ему это делать?! — рассуждал Брум на ходу,
— Нет, это технически сложно. А вот к нападению снизу наоборот.
— Так… Нам нужно срочно поменять нашу сделку! Слушай сюда. Скоро, буквально с минуты на минуты, начнётся двойная атака: одна команда будет следовать плану Адама, а другая пойдёт снизу напролом, они уничтожат всё на своём пути с помощью грубой силы.
Брум естественно опустил суть дела. В первую команду набирали идейных воинов, которые хотели стать частью системы и которые поверили Бруму. Но некоторые из сталкеров-демонов выступали против, они были преданы Аластору и теперь кипели желчью от того, что какой-то выскочка претендовал на роль лидера. Бальтазар решил собрать весь урожай от плана Брума и устранить его. Но лучше всего это было сделать во время сражения и выдать за обычную рутину войны — якобы Брум просто погиб в перестрелке как и полагается воину. Тогда остальные сталкеры из «Сердца тьмы» не будут задавать лишних вопросов и не будут делать из него героя больше чем нужно.
— Это был твой план с самого начала? — спросил Зейн.
— Нет! Это была одна из идей Бальтазара, — стал лгать Брум, — воины Аластора не любят подчиняться, вот он и решил взять всё, а меня убить под шумок, чтобы я не заставлял других воинов мозгами думать.
— А что будет потом? Когда мы отразим атаку?
— Если отразим, то я дам показания и скажу всю правду, чтобы сбить Адама мирным способом, он утратит авторитет среди своих. Правда на нашей стороне, у нас есть записи и этот штурм всё подтвердит. И ещё будем давить на Мартина, чтобы он принял нашу сторону, иначе мы также опубликуем разговор с ним.
— Маловато! У нас тут не демократия с продажными СМИ. Ну да ладно, сейчас действительно надо думать об обороне, я согласен.
Брум наконец разжал хватку и отпустил Зейна, ситуация в комнате немного успокоилась. Зейн потёр шею, откашлялся, мельком бросил фразу, чтобы казнили пленных разведчиков, а потом стал давать указания насчёт обороны:
— Верните нашим гостям их ранцы.
— Вы уверены, сэр? — спросил адъютант с планшетом.
— Да! И отправьте их защищать ангары, пусть отрабатывают.
Брум запротестовал и попытался говорить голосом военного эксперта:
— Надо пожертвовать конём, чтобы спасти ладью. Мы же знаем, что они следуют плану Адама: сейчас замаскированные воины ползут по снегу по открытой местности с базуками. Если кто-то встанет у них на пути — его разнесут на куски, а ракет у них должно быть с запасом. Пусть расстреляют всё по ангарам, а вы в это время лучше займитесь теми, кто поднимается снизу. Наш единственный шанс — это бои в самом здании, когда их преимущество в манёвренности и броне будет полностью компенсировано.