Ультраскип
Шрифт:
— Сидевший на этом троне из черепов.
— Ладно, думаю тебя это достало не меньше меня, так что давай погнали.
— Наконец-то!
Проблема Аластора заключалась в том, что он относился ко всему слишком серьёзно, и поэтому в тот момент у него возникал скрежет в голове: одна его часть говорила, что надо принять поединок, а другая, что это всё какая-то детская чушь, похожая на игру в снежки. Брум напротив мыслил вне всяких рамок, неважно как и чем — он всегда искал возможность добиться своего. Он первым делом вскрыл ящик, достал пару шашек, поджог горелкой и бросил их к ногам Аластора, тот не успел отреагировать,
Брум схватил коробку с автогеном и побежал по длинной дуге, обходя врага с фланга, Аластор опомнился, опустил и вскрыл свой ящик и метнул первые шашки в сторону Брума. Он был сильнее и кидал с запасом, вынуждая оппонента отступить к трибунам, а не продолжать манёвр. Брум попытался огрызаться в ответ, но Аластор банально кидал дальше.
В этот момент зрители неожиданно поняли, что они уже не зрители, и им лучше отойти подальше от человека с динамитом, вокруг которого всё взрывалось. Аластор пытался предугадать, куда побежит ловкий Брум и бомбил всё, что только можно, отчего древний амфитеатр стал дрожать как осиновый лист. Аластору показалось, что он добивается успеха, и он подошёл поближе к трибунам, чтобы наверняка достать Брума, который теперь оказался зажат между ним и обрывом в шахты.
Артур Брум заскочил в ВИП-ложу, положил ящик, достал горелку и крикнул вещь, которая могла уязвить Аластора:
— Я знаю, твою слабость, Аластор!
— Да неужели?! — Аластор остановился, чтобы узнать ответ.
— Ты никогда не превзойдёшь Курца, потому что борешься с его приёмами, вместо того, чтобы добавить что-то новое. Ты думаешь, ты преуспел в ужасе? Нет! Ты для этого слишком банален и правилен. Вот тебе шедевр, который поднимает планку на новые высоты. Просто добавим в ужас безумие.
Артур Брум демонстративно прошёлся огнём по верхнему слою динамитных шашек и стал выбрасывать всё содержимое ящика словно Санта-Клаус на новый год. Подарочки падали сверху вниз и поэтому достали кого надо.
Рядом с выходом амфитеатра ещё находились последние и самые смелые воины — демоны и лоялисты, и они все прекрасно увидели и услышали речь Брума, и главное то, что Аластор дрогнул. Они впервые в жизни увидели, как-то смог его обратить в ужас. Аластор попытался убежать, но началась цепная реакция из взрывов и разрушения амфитеатра. Брум спрыгнул к шахтам и потом молча наблюдал за тем, как облако пыли захватывает местность. Когда шум камней утих, он включил фильтры ночного видения и отправился на добивание.
Приходилось перепрыгивать огромные глыбы, забираться на остатки трибун и пробираться к самому центру сцены. Как он и предполагал, Аластор использовал реактивный прыжок, чтобы спастись в последний момент, но взрывная волна всё равно смогла повредить его технодоспехи. Было заметно, что его правая рука не двигалась, он шатался и бежал с поля боя.
— Эй! Воин чести! — возмутился Брум. — Ты чего удумал? А ну сражайся как воин или умрёшь как трус!
Брум на всякий случай всё-таки удержал коробку с автогеном в руках и побежал догонять противника. Он пробежал еле стоявший коридор, выбежал наружу и обнаружил разрозненную толпу воинов, которая не знала, что делать. Они молча наблюдали как их раненый лидер спасался бегством — он сел в армейский джип и уехал в глубины леса. Брум тоже подскочил к машинам, закинул оружие и продолжил погоню, пока тот
Судьба заставила Брума сделать очередной круг, они выехали по колее к той самой поляне, Аластору было уже довольно плохо, он не успел затормозить и впечатался в дерево. Брум обнаружил пустой джип, топнул ногой и продолжил беготню. Вскоре он обнаружил следы крови, что сразу упростило поиски. Он бежал и бежал, приближаясь к концу леса, и с каждым его шагом становилось всё больше пепла из чёрной пустоши.
Наконец он увидел поверженного правителя — тот присел спиной к старому дубу и тяжело дышал. Брум подбежал к нему и приготовился использовать динамит в последний раз, но Аластор успел его окликнуть:
— Я сдаюсь!
— Что?!
— Твоя взяла. Ты действительно лучший ученик Курца… К чёрту всё это, к чёрту этих людей. Как же они меня достали. Я сделаю то, что давно должен был сделать — я сам отправлюсь на север, в одиночку. Да. Это дорога только для самых крепких…
— В таком состоянии? Ты серьёзно?
— Ничего страшного, сейчас костюм остановит кровотечение, я отдышусь и зайду в свой тайник, он тут рядом. Там есть всё необходимое для одиночного путешествия. Специальные доспехи для вечного странствия…
— У меня остались вопросы.
— Ну ещё бы. Я знаю, что тебе нужно. Ты ведь не первый, кто пытался достать меня. Раньше был номер семь, потом шесть, пять, четыре и вот теперь ты, «Серебряный сёрфер», мистер номер три в игре. Я мешал им внедрять своих агентов в наши ряды. И что самое важное, я единственный, кто смог добраться до Олимпа и до Николь Хорн. В этом вся суть? Её разработки позволяют изгнанным содержать фанатичную армию рабов и солдат, и по слухам она пытается сотворить идеальный наркотик, который создаст им максимально крепкое государство.
— Я не понимаю о чём ты, мне нужна Хорн, чтобы излечиться от последствий Ультраскипа.
— Ну да, конечно! Они внушили тебе эту идею, запрограммировали страдать, пока ты не доберёшься до Хорн. И они же дали тебе направление, чтобы достать меня.
— Не правда, они не хотели, чтобы я вообще сюда направлялся.
— Ты не можешь доверять своей памяти. Ты мог исказить и домыслить то, что случилось на самом деле.
— Не имеет смысла продолжать этот разговор, он ни к чему не приведёт.
— Как скажешь! — усмехнулся Аластор. — Тогда перейдём к делу. Теперь это всё твоё, делай с ним, что хочешь — мне всё равно.
С этими словами Аластор снял с себя рогатый шлем и вручил его Бруму. Теперь он мог показать его остальным воинам, как символ безоговорочной победы. Под шлемом скрывалось постаревшее и больное лицо очень упрямого человека. Аластор собрался с силами и начал подниматься на ноги, видимо обезболивающие дали результат. Он опёрся левой рукой на дуб и продолжил:
— Олимп хорошо охраняют, там есть матёрые воины, но они обленились, и им скучно. Когда в их ловушки попадают мелкие монстры, то они выходят пострелять в них как в тире. В этот момент можно прошмыгнуть к мраморному балкону у террасы центрального замка. Именно туда выходит Николь Хорн, чтобы перевести дух и побыть в одиночестве. На Олимп можно попасть только в плохую погоду, когда в небе много нечисти, и они отключают системы наблюдения с искусственным интеллектом. Ползти надо долго и только с подветренной стороны. Это вся суть дела, больше тебе ничего не понадобится.