Уловка
Шрифт:
— Что вы хотите сделать с моим изобретением? — спросила она.
— Покажи нам Башню Цзинь, — приказал он.
Стена окон рядом с ними потемнела, стала непрозрачной, а потом стало видно известный небоскреб Шанхая. Джени сразу узнала Башню Цзинь. В ней было 188 этажей, это было самое высокое здание в мире, кусок серебра торчал из коричневого пейзажа.
— Мой вертикальный город, — Цзинь кивнул на Шанхай. — Это первый, и я хочу построить много таких в Китае, Тайване и мире. Чистый воздух — роскошь, которую твой фильтр может подарить моим вертикальным городам.
Конечно. Фильтры, которые Цзинь использовал сейчас, были большими и затратными, требовали специальных
— Я хотела, чтобы мое изобретение использовали в больницах и приютах, — Джени сжала подлокотники, чтобы сохранить голос ровным, — для тех, кто сильнее нуждается.
Цзинь кивнул с пониманием.
— Конечно. Не вижу причины возразить.
Она чуть не фыркнула, издала вместо этого странный сдавленный звук. Она знала, что Цзинь имел в виду. Он продаст ее изобретение тем, кто его хотел… по правильной цене.
— Нет.
Он склонился, поймал ее своим пронзительным взглядом.
— Я впечатлен вашими навыками вести переговоры. Я удвою предложение. Шестнадцать миллионов юаней.
Джени сглотнула. Она невольно представила, что могла сделать с такими деньгами — сделать для семьи. Она закрыла глаза на миг и знала, что Цзинь не примет отказ. Она пыталась обхитрить человека, который находился под следствием за давление и шантаж в Тайване, пыталась вести переговоры с тем, кто считал, что у всего была цена, за которую это можно было купить. Она использует это мнение в свою пользу.
— Я н-не знаю. Так много денег, — она не играла потрясение, а ощущала его. — Мне нужно подумать.
Цзинь улыбнулся, в этот раз искренне. Он радовался.
— Конечно. Это серьезное решение. Но после хорошего отдыха ночью вы поймете, как поступить правильно. У вас будет номер в «Четырех временах года» на ночь, все оплачено мной. Наслаждайтесь Пекином. Мы поговорим завтра.
Он поднялся, и она неуклюже встала. Окна снова стали прозрачными. Она видела Запретный город отсюда.
— Уверен, мы договоримся, мисс Цай. Мой водитель доставит вас к отелю.
Цзинь махнул рукой, отпуская ее. Нефритовые двери беззвучно открылись, и Джени вышла, радуясь, что он не захотел пожимать ее руку.
* * *
Джени ехала к отелю на воздушном лимузине Цзиня с туманом в голове. Водитель умело остановил машину у входа, и она как-то вышла оттуда и оказалась в сверкающем фойе отеля. Ослепительные люстры окружали заманчивым сиянием богатых клиентов отеля, украшенных нефритами и бриллиантами, сжимающих дизайнерские сумочки, которые стоили больше денег, чем вся ее семья видела за всю жизнь. В воздухе ненавязчиво пахло гарденией. Она назвала свое имя мужчине в черном пиджаке за мраморным столом. На фоне его была большая картина пейзажа, изображенного красками.
Юноша посмотрел за нее, словно искал багаж, и вежливо улыбнулся.
— Вас нужно проводить в номер, мисс Цай?
Она смущенно покачала головой.
— Я найду путь.
Она побрела по широкому коридору с мраморными колоннами, заметила то, что искала. Она юркнула в туалет, который тоже оказался роскошным, и заперла за собой деревянную дверь. Она быстро вытащила телефон, забронировала билет на первый доступный скоростной поезд из Пекина в Шанхай. Она не собиралась оставаться тут еще на день. Только в тесном поезде, где воняло дыханием и потом, Джени смогла отклониться на спинку сидения и выдохнуть. Она вернется в общежитие через пять часов.
* * *
Джени оглядывалась через плечо по пути домой со станции. Толпа была не такой большой
Но эта ночь отличалась. Она была настороже весь долгий путь домой, но не заметила ничего необычного в людном вагоне. Но, покинув станцию, она ощущала, что за ней следят, что ее преследуют. Она повернула в темный переулок и услышала кого-то за собой. Страх сдавил ее желудок, она зашагала быстрее, оглядываясь. Высокая фигура шла на небольшом расстоянии от нее. Он был в темной шляпе, тени скрывали его. Джени, казалось, увидела, как сверкнули белые зубы. Он улыбался? Или скалился в предвкушении?
Длинная узкая улица казалась заброшенной. Тут не было шума города. Она побежала, поскользнулась в мелкой луже. Джени вонзила ладонь в стену, чтобы не упасть, услышала звук от незнакомца. Тихий смех. Она побежала изо всех сил к концу переулка, который открывался на главную улицу, где были люди. Она уже не ощущала незнакомца позади, но казалось, будто каждый стук ее шагов усиливался. Он следовал за ней в такт?
Наконец, она вырвалась из переулка, чуть не сбив женщину с тележкой овощей. Не извинившись, Джени пробежала мимо нее, бросилась в группу мужчин в деловых костюмах. Один выругался, но она не замирала, пока не ворвалась в ярко освещенный «McDonald’s» и не спустилась по лестнице на этаж ниже. Там был задний ход возле туалета, и она прошла туда, оказалась в другом переулке, где воняло гнилой капустой и мочой. Она бежала дальше, оглянулась лишь раз. Сзади никого не было.
Она добралась до общежития через пятнадцать минут, задыхаясь, сердце билось о грудную клетку. Давление на груди не ослабло, даже когда дверь здания щелкнула за ней. Она заперла дверь комнаты, осмотрела тесное помещение. Ее ноутбук, наверное, самая ценная вещь, стоял на узком деревянном столе, где она его и оставила. Все ее работа по катализатору была только там и на резервном диске. Ей нужно было защитить свое изобретение.
Джени села на узкую кровать, потирая виски. Только один человек мог помочь ей. Она схватила телефон, ввела сообщение дрожащими пальцами, вспоминая жизнерадостную девушку четырнадцати лет, с которой она подружилась летом годы назад. Джени и Линь И провели два лета вместе, когда ее отец позволил ей остаться в доме Линь И в Тайпее, пока она ходила на курсы в Тайваньском национальном университете. Хоть у них была разница в пять лет, они повеселились, изучая город, и родители Линь И доверяли ей как наставнице. Джени от паранойи даже не могла диктовать слова.
Линь И, знаю, мы не видели друг друга годами. Я в беде, мне нужна твоя помощь. Ты не могла бы встретиться со мной в Шанхае как можно скорее? Никому не говори.
Ей стало лучше, как только она отправила сообщение. Ей нужно было отдать ноутбук и резервный диск куда-то на хранение. Было два часа ночи, но Джени завела будильник, чтобы быть у Банка Китая, когда он открывался в девять утра.
* * *
Будильник настойчиво пищал, прогоняя беспокойный сон Джени. Казалось, ее тело вообще не отдохнуло. Она помнила, как во сне за ней гнались, и она всю ночь убегала от безликих чужаков. Но она покинула общежитие с новой решимостью. Интерес Цзиня к ее изобретению и желание купить его означали, что она создала что-то хорошее, даже гениальное. Что она могла изменить игру. Цзинь послал кого-то схватить ее ночью? Или хуже? Она не знала, что думать.