Улисс (часть 1, 2)

Джойс Джеймс

– Гром и молния!
– вскричал вопрошавший.
– Вот это по мне! Фисташки!

– Ага!
– рассмеялся путник с приятными чертами лица.
– Нечего сказать, нищий дом и пустая кладовка! Он славный шутник, этот негодяй.

Стало быть, входит Мартин и спрашивает, где Блум.

– Где ему быть?
– отвечает Ленехан.
– Обирает вдов и сирот.

– Правда это или нет, - спрашивает Джон Уайз, - то, что я рассказывал Гражданину про Блума и его связи с Шинн Фейн?

– Да, это правда, - говорит Мартин, - или, по крайней мере, так про него наушничают.

– Это кто же наушничает?
– спрашивает Олф.

– Я, - отвечает Джо.
– У меня шапка с наушниками.

– Но, в конце концов, - рассуждает Джон Уайз, - почему еврей не может любить свою родину точно так же, как и всякий другой?

– Отчего бы нет?
– Дж.Дж. на это ему.
– Если только он знает,

где его родина.

– Он что, еврей или же он язычник или католик или методист или, черт дери, еще что-то?
– Нед спрашивает.
– Кто он такой вообще? Я вам не в обиду, Крофтон.

– Мы его не желаем, - говорит Крофтер, оранжист или пресвитерианец.

– Кто такой Джуниус?
– говорит Дж.Дж.

– Он - отпавший еврей, - объясняет Мартин, - родом откуда-то из Венгрии, и это именно он придумал все планы насчет венгерской системы. У нас в муниципалитете про это знают.

– А он не родственник дантиста Блума?
– спрашивает Джек Пауэр.

– Нет, просто однофамильцы, - Мартин ему.
– Его настоящая фамилия Вираг. Фамилия отца его, который отравился. Он получил разрешение сменить фамилию, то есть не он, а еще отец.

– Тоже мне новый мессия для Ирландии!
– говорит Гражданин.
– Остров мудрецов и святых!

– Что же, они все еще ждут своего искупителя, - говорит Мартин.
– В этом смысле и мы как они.

– Верно, - продолжает Дж.Дж., - и про каждого новорожденного мужского пола они думают, что этот, может, и есть мессия. Так что у них, надо полагать, каждый еврей себе места не находит, пока не узнает, кем стал, отцом или матерью.

– Ждет, что ему вот-вот малец, - добавляет Ленехан.

– Мать честная, - вспоминает тут Нед, - видели бы вы Блума перед тем, как у него сын родился, тот, что умер потом. Помню, я его встретил на южном рынке, он там покупал детское писание, а дело-то еще было за полтора месяца до родов.

– En ventre de sa mere [во чреве матери (франц.)], - говорит Дж.Дж.

– И это, по-вашему, мужчина?
– Гражданин спрашивает.

– Интересно, он хоть разок сумел вообще задвинуть, - говорит Джо.

– Ну, как-никак, двое детей народилось, - Джек Пауэр на это.

– И кого ж он подозревает?
– спрашивает Гражданин.

Ей-ей, в каждой шутке есть доля правды. Ни то ни се, сущий гермафродит, вот он кто. Сикун говорит в этом своем отеле он что ни месяц регулярно в постель головные боли как есть тебе баба с женским делом. Да знаете, что я скажу, если на то пошло? Одна бы польза была, если б ухватить вот такого вот недоноска за шкирку, да и шарахнуть в море к едрене Фанни. Оправданная мера самозащиты. А что, скажете, это по-человечески, огрести даровых пять фунтов и смыться, не поставивши людям хоть по единой пинте. Эх, господи благослови! Да тут не будет и блоху утопить.

– Вспомним про милосердие к ближним, - Мартин советует.
– Но только где же он сам? Нам некогда дожидаться.

– Волк в овечьей шкуре, вот он кто есть, - говорит Гражданин.
– Вираг из Венгрии! Агасфер, я бы его назвал! Проклятый богом.

– А у вас найдется минутка для краткого возлияния, Мартин?
– Нед спрашивает.

– Если только одну, - отвечает тот.
– Мы спешим уже. Порцию Джей-джей-си.

– А вы, Джек? Крофтон? Значит, три половинки, Терри.

– Святому Патрику надо бы снова высадиться в Балликинларе и взяться за наше обращение, - Гражданин заявляет, - после того как мы позволили вот таким запаскудить нашу страну.

– Ну, будем, - говорит Мартин и тянется, поторапливаясь, за своей кружкой.
– Всем тут присутствующим да окажет бог свою милость.

– Аминь, - заключает Гражданин.

– Окажет-окажет, не сомневайтесь, - это Джо.

И под звуки освященного колокольчика во главе с несущим распятие, за коим следовали псаломщики, кадилоносцы, ковчеженосцы, чтецы, привратники, дьяконы и иподьяконы, продвигалась священная процессия митрофорных аббатов, приоров, настоятелей, монахов и братии нищенствующих орденов: монахи Венедикта Нурсийского, картузианцы и камальдулы, цистерцианцы и оливетанцы, ораторианцы и валломброзанцы, братья августинцы, бригиттинцы, премонстранцы, сервиты, тринитарии и дети св.Петра Ноланского; и шли также с горы Кармел дочери и сыны пророка Илии, ведомые Альбертом епископом и Терезой Авильской, обутые, равно как и босые; и братья бурые и серые, сыны бедняка Франциска, капуцины, кордельеры, минимы и обсерванты и дочери Клары; и сыны Доминика, братья-проповедники, и сыны Винсента; и монахи св.Волстана; и Игнатия чада; и сообщество Христианских братьев, ведомых преподобным Эдмундом Игнатием Райсом. За ними же шествовали все святые и мученики, девы и исповедники: св.Кирик и св.Исидор Землепашец и св.Иаков, брат Господень, и св.Фока

Синопский и св.Юлиан Странноприимец и св.Феликс Канталийский и св.Симеон Столпник и св.Стефан Первомученик и св.Иоанн Божий и св.Ферреол и св.Лигард и св.Феодот и св.Вульмар и св.Ричард и св.Винсент де Поль и св.Мартин из Тоди и св.Мартин Турский и св.Альфред и св.Иосиф и св.Дионисий и св.Корнилий и св.Леопольд и св.Бернард и св.Терентий и св.Эдуард и св.Оун Каникулус [собачонок (лат.)] и св.Аноним и св.Эпоним и св.Псевдоним и св.Омоним и св.Пароним и св.Синоним и св.Лаврентий О'Тул и св.Иаков Динглский и Компостельский и св.Колумциллий и св.Колумба и св.Целестин и св.Колман и св.Кевин и св.Брендан и св.Фригидиан и св.Сенан и св.Фахтна и св.Колумбан и св.Гэлл и св.Ферси и св.Финтан и св.Фиакр и св.Иоанн Непомук и св.Фома Аквинский и св.Ив Бретонский и св.Мичен и св.Герман-Иосиф и три святых покровителя отроков, св.Алоизий Гонзага и св.Станислав Костка и св.Иоанн Берхманс, и святые Гервасий, Сервасий и Бонифаций, и св.Брайд и св.Киран и св.Каниций Килкеннийский и св.Иарлат Туамский и св.Финбар и св.Паппин Баллимунский и брат Алоизий Миротворец и брат Людовик Ратоборец и свв. Роза Лимская и Роза Витербская и св.Марта Вифанийская и св.Мария Египетская и св.Лукия и св.Бригитта и св.Аттракта и св.Димпна и св.Ита и св.Мэрион Гибралтарская и блаженная сестра Тереза Младенца Иисуса и св.Варвара и св.Схоластика и св.Урсула с одиннадцатью тысячами дев. И шествовали все они, осененные нимбами, венцами и славами, неся пальмовые ветви, арфы, мечи и венки из оливы, в ризах, на коих вытканы были священные символы их служения, чернильницы, стрелы, хлебы, кувшины, оковы, топоры, древа, мосты, младенцы в купели, раковины, сумы, ножницы, ключи, драконы, лилии, картечь, бороды, боровы, светильники, кузнечные мехи, пчелиные ульи, суповые ложки, звезды, змеи, наковальни, баночки с вазелином, колокольчики, костыли, хирургические щипцы, оленьи рога, резиновые сапоги, ястребы, жернова, глаза на блюде, восковые свечи, кропила, единороги. И покуда свершали они свой путь мимо колонны Нельсона, и по Генри-стрит, Мэри-стрит, Кейпл-стрит, Малой Бритн-стрит, распевая входной антифон на Epiphania Domini [Богоявление (лат.)], что начинается с Surge, illummare [восстань, светись (лат.)], и затем наисладчайший антифон степенный, Omnes гласящий de Saba venient [все... из Савы придут (лат.)], творили они многоразличные чудеса, изгоняя бесов, воскрешая усопших, совершая умножение рыб, исцеляя расслабленных и слепых, обнаруживая всякого рода утерянные предметы, толкуя, а равно исполняя Писание, благословляя и пророчествуя. И заключал шествие под златотканым пологом преподобный отец О'Флинн, ему же сопутствовали Малахия и Патрик. А когда святые отцы достигли назначенного места, дома Бернарда Кирнана и Кь, с огр. отв., Малая Бритн-стрит, 8, 9 и 10, оптовая торговля бакалейным товаром, винами и коньяками, с патентом на продажу пива, вина и крепких напитков распивочно, священник благословил дом и окадил окна его и переплеты окон и своды и перемычки сводов и выступы и капители и фронтоны и карнизы и зубчатые арки и шпили и куполы и окропил сочленения оных святою водой и вознес молитву, дабы Господь благословил дом сей, как благословил он дом Авраама, Исаака и Иакова, и ниспослал бы ангелов света Своего, дабы обитали в нем. И, вошед, благословил яства и пития, и весь сонм блаженных вторил его молитвам.

– Adiutorium nostrum in nomine Domini [помощь наша в имени Господа (лат.)].

– Que fecit coelum et terram [сотворившего небо и землю (лат.)].

– Dominus vobiscum [Господь с вами (лат.)].

– Et cum spiritu tuo [и со духом твоим (лат.)].

И возложил он руки на блаженных и возблагодарил и молился, и все они с ним так молились:

– Deus, cuius verbo sanctificantur omnia, benedictionem tuam effunde super creaturas istas; et praesta ut quisquis eis secundum legem et voluntatem Tuam cum gratiarum actione usus ruerit per invocationem sanctissimi nominis Tui corporis sanitatem et animae tutelam Te auctore percipiat per Christum Dominum nostrum [Боже, чьим словом освящается все, ниспошли благословение Твое на сие сотворенное Тобою. Даруй, дабы всякий, кто, возблагодарив Тебя, употребит его согласно закону Твоему и воле Твоей, призыванием святого Твоего имени сподобился бы с Твоею помощью телесного здравия и наставления души, через Христа Господа нашего (лат.)].

– Мы все такого же мнения, - говорит Джек.

– Долгих вам лет, Лэмберт, - говорит этот Крофтон или Кроуфорд.

– Не против, - отвечает Нед, поднимая стаканчик виски.
– Пилось бы да елось.

Я поглядываю по сторонам, не придет ли кому-нибудь счастливая мысль, и тут, проклятье, опять он является, с таким видом, как будто спешил со всех ног.

– А я, - говорит, - только что был в суде, вас искал. Надеюсь, я не...

– Нет-нет, - отвечает Мартин.
– Мы готовы.