Улан 4
Шрифт:
Легионы являлись смешанными частями: около двух тысяч пехотинцев, пять сотен драгун, ну и сапёры, егеря, артиллеристы, кирасиры, гусары… Всего около трёх с половиной тысяч или чуть больше в каждом Легионе.
Мера эта скорее вынужденная, никакой опоры на исторические параллели поначалу не было. Просто несмотря на венедов в качестве командиров, рядовой состав легионов был заметно ниже качеством, чем славяне. И причиной тому оказалась элементарная психология: если венеды были уверенны не только в однополчанах, но и в любых воинах своей армии, то легионеры подсознательно видели в соседях не храбрых вояк,
А вот Легион, где все части постоянно взаимодействовали между собой, таких недостатков был не то чтобы лишён… Но легионеры как-то быстро успокоились, а сам Легион стал неким аналогом землячеств. Вариант, конечно, не идеальный — гибкости у таких соединений меньше, но что поделать… В результате получилось что-то вроде мини-армий, годных больше для небольших самостоятельных сражений. Так что получившиеся двенадцать легионов были выдвинуты в пограничные районы и стали по факту неким гибридом между внутренними и пограничными войсками — во всяком случае, именно так определил их для себя попаданец.
И именно двенадцать Легионов приняли на себя первые удары вражеских армий.
Глава восьмая
В союзе с италийскими княжествами и турками, англичане начали наносить удары: налёты на Хорватию, обстрелы прибрежных норвежских посёлков и так далее. Не то чтобы действенно… Но императору приходилось реагировать, иначе подданные не поймут. Собственно говоря, в этом и заключалась тактика Англии — его заставляли распылять силы, держать под ружьём слишком многочисленную армию, непосильную для экономики.
Война в итоге обещала быть затяжной, но Рюген понимал, что англосаксы задумали что-то иное…
Россия, подмявшая Персию под себя, достаточно уверенно выдавливала европейцев из региона, а именно Индия приносила Британии основной доход. Парламент и король не могли не понимать этого, а значит, у них был в запасе какой-то иной план: переворот с убийством всех членов Померанского Дома, внезапное нападение соседних стран, которые числились пока нейтральными и так далее. Вариантов было достаточно много и как доносила разведка — бритты разрабатывали сразу несколько вариантов.
Сложно? Да, но учитывая, что именно Англия стала главным домом для высокоранговых масонов и возросшую концентрацию этих самых масонов после изгнания последних из Империи… Можно было быть уверенным — они станут сопротивляться всерьёз, так что приходилось учитывать самые дикие варианты.
Но Грифич не любил работать от обороны и направил отряды "кусать" врагов. И прежде всего — Легионы. Требовалось "обкатать" воинов с небольших сражениях, ибо несмотря на "ветеранское" командование, части были ещё "зелёные".
Четыре Легиона стояли сейчас в Эльзасе и Лотарингии, отражая набеги мелких революционных отрядов, коих во Франции развелось чрезмерно много. Ещё четыре стояли на Балканах и не только отражали набеги турецких аскеров, но и сами ходили в набеги. Ну и наконец — четыре Легиона были отправлены в Грецию, "погулять".
Звучит несколько дико, но серьёзных отрядов врага
Греки же… Начать с того, что большая часть "Борцов" была откровенными бандитами, которые не столько вели борьбу, сколько занимались грабежом своего же народа. Были и такие, что устраивались на службу к туркам этакими полицаями, но при этом в разговорах с соотечественниками важно надували щёки и намекали на некую борьбу… Заключалась эта борьба обычно в том, что "борец" тащил всё, что плохо лежит. Нет, были и настоящие патриоты, которых можно было назвать людьми порядочными, не стремящимися заработать на своём патриотизме, но немного, немного…
Легионы вошли в Грецию как раскалённый нож в масло. И пусть это избитая метафора, но она не перестала от этого быть точной! Были в Греции и сильные отряды, но сидели они в "ключевых" точках. А вот на периферии…
Шестой легион "прогулялся" аж до Теспротии (она же — Феспротия) — провинции, расположенной фактически в середине страны, разве что на побережье, а не в горах. По пути они разгромили множество провинциальных гарнизонов, попутно поднимая местных на борьбу. И неважно, кто из восставших пылал "Священной Яростью" к туркам, а кто просто хотел обогатиться под шумок.
Но Шестой Легион подвёл проводник и воины нарвались на крупный турецкий отряд, напавший прямо во время марша из засады. Выиграли бой с заметным трудом: пусть турок было "всего" в пять раз больше, но это был один из по-настоящему хорошо подготовленных отрядов, плюс — "накрутили" муллы и дервиши. В итоге янычары полезли в рукопашную буквально сходу, не перестраиваясь в боевые порядки. Ошибка….
Но не в этот раз — Легион не успел в итоге развернуть артиллерию и исход сражения решался практически исключительно на холодном оружии. Воины успели дать всего несколько залпов из ружей, да и то — больше благодаря кавалерии, ринувшейся в самоубийственную атаку и успевшей притормозить большую часть атакующих османов.
Притормозили, но и сами завязли, так что в итоге в живых остался каждый четвёртый кавалерист, не более… Но и цену с турок конница Легиона взяла страшную, всё-таки европейское умение воевать сообща, единым отрядом, "козырь" куда более сильный, чем индивидуальная подготовка турецких воинов.
Резня была ожесточённой, но легионеры пересилили. Сперва они отразили первый порыв наступавших, в штыковой перемолов несколько накативших волн наступающих солдат. Затем всё-таки ухитрились развернуть пушки и дать залп в упор. Турки дрогнули… Не то чтобы потери от залпа были серьёзные, просто венедская артиллерия в настоящее время была лучшей в мире… Легионеры же, напротив — приободрились и принялись драться с удвоенной яростью.