Укуси меня, имплант!
Шрифт:
Предатель корчился, лежа на сухой земле.
Мирче подъехал и остановился. Облизнул пересохшие губы. Не скрывая торжества, посмотрел на поверженного врага.
– Ну, ты там как?
– спросил он, не слезая с мотоцикла.
– Пошел ты, - надрывался шакал, харкая кровью, - предатель. Вы обманывали нас с самого начала. Ящер... яшер...
– Короче, обидно, да?
– Зато твоему...
– Шаардан попытался изобразить улыбку.
– Конец... Стефа...
Шакал не смог договорить. Однако его дрожащая рука, потянувшаяся
Мирче соскочил на землю. С пояса жертвы сорвал рацию.
– Драгош, ответь...
– взмолился он, обращаясь в невидимый радиоэфир.
Драгош услышал треск рации на поясе одного из трупов, а затем голос соратника.
– О Боже, Мирче?!
– он схватил передатчик.
– Ты в порядке? Стефанида...
– Я покарал ее. Эта стерва оказалась ящерицей...
– Михал водил нас за нос. Врал, что он настоящий оборотень. И мы... мы никогда не сможем стать такими же.
Ощутив поддержку соратника, Драгош смог заплакать.
– Я слышал... крики, - он срывался в истерику.
– Избранная пришила их! Почему?! Почему?!
– Не иначе как из-за философских соображений.
– Как мы... могли так лопухнуться с пророчеством?
Мирче решил не отвечать. Пусть скажет все.
– Обними меня...
– рыдая, продолжал Драгош.
– Я больше не могу... я... хочу, чтобы все закончилось.
Мирче представил, как соратник корчится, лежа на забрызганном кровью полу в окружении трупов фальшивых друзей.
Он понял, что жизнь Драгоша слишком ценна для него, и поэтому больше нет права на слабость. Быть прежним беззаботным ангелочком уже не получиться. Нужно измениться...
– Ты что-то сказал?
– почти беззвучно спросил Драгош.
– Вспомни, что делал Михал.
– Но он обманывал нас...
– Неважно. Его проповеди сводились к одному - к приему препаратов силы. Отсюда же клубные вечеринки и тусовки.
– Он хотел сделать из нас наркоманов? Тестировал какую-то дурь?
– В его поступках был более глубокий смысл. Думаю... что понимаю его... Пока люди привязаны к слабости, они обречены на страх и бесконечные сделки с совестью. Мы не вылезем из этого болота, если...
– Не станем сильнее? Но какой ценой?
– Драгош, похоже, заканчивал плакать.
– Мы живы, значит, многое можем исправить. Надо найти рептилоидов и спросить - почему с нами так поступили. Возможно, пророчество их рук дело.
Драгош не заметил... как поцеловал рацию.
– Я люблю тебя, - сказал он.
– Подожди меня. Не делай глупостей, хорошо?
– Не беспокойся, - извиняясь, ответил Драгош.
– Я иду за тобой.
Мотор байка дико взревел, Мирче лихо развернулся и сорвался в сторону уходящей ночи.
7-ая печать
Бюст Чаушеску укоризненно смотрел на Селин.
"Ты должна была убить тех двоих", -
"Я подготовила им ловушку, учитель", - подумала кибервампирша, сидящая на коленях напротив.
"Хорошо. В этом случае ты лучше почувствуешь, как каждая смерть делает тебя сильнее".
"Да, учитель".
"Я давно подозревал, что во всем виноваты рептилоиды".
"Это они помешали достроить коммунизм?"
"Они. Инопланетные ящеры станут нашей следующей целью".
"Тогда я пойду?" - Селин почувствовала, что темнота вновь пристраивается к ее бедрам и поспешила закончить с оперативкой.
– Да прибудет с тобой темная бездна. Всяческое зло и нежить, - раздалось в зале, и под бюстом вождя вспыхнули две ярко-рыжие точки. Лусиан открыл глаза - воспылавшие необузданным пламенем дикой ярости.
Как только они вошли в "Килотонны света и тепла", Мирче сразу почувствовал это. Его новый падаван, Дечебал, закутанный в балахон, и несший большую сумку, также заметил одну странность.
Всех присутствующих что-то объединяло. Серые полупрозрачные точки, напоминающие мелких мошек, стайками летали от одного посетителя к другому. Мирче казалось, что он слышит их противное жужжание.
Бармен - единственный, кого он узнал из служащих, нервно протирал чистые бокалы. Все официантки - новые. В их нехитрых действиях сквозила неуверенность. То поднос едва не опрокинется, то попытка дежурного флирта окажется до смешного нелепой.
Вот одна из "официанток", обслужив столик, направилась к бару, но, поняв, что перейдет дорогу гладиаторам, развернулась и заспешила прочь - почему-то к пустому столику. Мирче предпочел не подавать вида, что заметил. Посетители старательно потягивали безалкогольное "спиртное".
"Они заодно".
"Стараются не смотреть на нас. Зеркала расставлены по-другому. Если кто и поглядывает, то через зеркало. Грубая работа. В таком случае... настоящий ли товар? Если да, то чего хотят вампиры?"
Хорошо, что они с Дечебалом догадались уколоться одним чудесным составчиком, который завещал Михал...
За столиком в дальнем углу бара сидел нужный человек. Здоровенный амбал, коротко стриженный, с декоративной недельной щетиной, одетый в обычный костюм сталкера. Темно-серый арамидный плащ, черные брюки и брутальные ботинки, a-la "так было в матрице".
Пара черных пронзительных глаз, не мигая, следила за Мирче.
– Привет, Боико, - обратился Мирче к амбалу, подойдя к его столику.
– Садись, Марко.
– Моего друга это тоже касается?
– улыбнулся Мирче.
– Да. Хотя ты не предупреждал.
– А должен был? Ты ведь тоже не одинок?
– Перейдем к делу.
Гладиаторы сели.
– Ты принес его?
– спросил Мирче.
– Да, а ты?
– Как договаривались.
Боико немного помолчал. Затем, потирая нос, продолжил разговор.