Укус змейки
Шрифт:
— Так я вам и поверила! — презрительно бросила она.
— Верьте, не верьте, а мне-то что! — Мейсон прищелкнул пальцами, демонстрируя свое полное безразличие.
— Вы купили этот огромный дом ради несуществующей жены и детей?
— Дети уже существуют, но я их, если можно так выразиться, унаследовал. И, ради справки, я помолвлен, но не женат.
Последнее заявление изрядно поколебало уверенность Мэри, однако она не собиралась верить на слово.
— Не вижу большой разницы, —
— Мой брат и его жена погибли в автокатастрофе, — ровным голосом пояснил Мейсон.
— Мне очень жаль, — пролепетала Мэри, прибегая к дежурному сочувствию. Ее нежное сердечко болезненно сжалось, хотя она инстинктивно чувствовала, что этому человеку добрые слова не нужны — он из тех замкнутых, самодостаточных людей, которые не приемлют жалости. Как ужасно, должно быть, выйти за такого замуж. Ведь в любви отдаешь всего себя, без остатка!
— А уж детям-то каково! Не просто жаль, а на всю жизнь больно, — вздохнул Джеф.
— Сколько их?
— Четверо.
— Должно быть, для вашей невесты это был настоящий шок? Не каждая женщина примет на себя ответственность за целую семью.
— В то время мы еще не были помолвлены. Вас интересуют еще какие-нибудь личные подробности? Вы спрашивайте, не стесняйтесь.
— Да что же спрашивать… Начинать семейную жизнь с четырьмя детьми на руках куда как непросто.
— Начинать семейную жизнь всегда непросто.
— Что-то не слышу я в вашем голосе особого восторга.
— Я бы не пошел на этот шаг, если бы не дети.
Столь холодный прагматизм возмутил романтичную Мэри.
— А ваша избранница об этом знает?
— Сандру вполне устраивали наши отношения, равно как и меня. А в создавшейся ситуации она показала себя с наилучшей стороны.
— Я рада, что вы оценили ее жертву. — Отчужденное равнодушие собеседника вызывало недоумение. — Вы давно знакомы с… невестой?
— А если я тактично промолчу?
Нимало не смутившись, Мэри скрестила стройные ножки.
— Если бы природа наделила вас способностью чувствовать, я, пожалуй, проявила бы больше такта, но в вашем случае… — Ее кривая улыбка и взгляд яснее слов говорили о том, сколь невысоко она оценивает эмоциональную восприимчивость собеседника. — Хорошо, подожду, пока местные сплетницы раззвонят по городу все пикантные подробности. — Она задумчиво поджала губки. Пожалуй, недели за две слухи достигнут ее ушей. К тому времени история обогатится самыми красочными подробностями…
— Мы знакомы давно, но никогда не жили вместе. Вы довольны?
— Никогда?
— Нам не хотелось стеснять друг друга, — пробурчал Джеф, и чувствовалось, что чаша его терпения грозит вот-вот переполниться.
Мэри
— Ну, теперь вам волей-неволей придется приноравливаться друг к другу. И как давно вы знакомы? Год… два?
— Три года. Я хорошо знал ее семью.
— Ах, какой страстный роман. Да вы, видно, просто ошеломили эту особу своим вынужденным натиском.
— Вы хотите сказать, что я не вправе навязывать ей свои проблемы?
Боже, да он и впрямь наивен! Неужели ему не приходит в голову, что эта самая Сандра усмотрела в ситуации идеальную возможность упрочить свое положение и заполучить мужа? Впрочем, я несправедлива к бедняжке, виновато подумала Мэри, берясь за чашку. И уж, разумеется, нисколечко не ревную. Джеф Мейсон — сущее чудовище, и любая женщина, готовая стать его женой, заслуживает сочувствия.
— Я уверена, что ваша Сандра — просто чудо. Наверное, она сама предложила этот выход? — невинно улыбнулась Мэри. — Мне лично отнюдь не польстило бы, если бы мужчина сделал мне предложение только ради того, чтобы его приемные дети обрели мать.
— Я весьма сомневаюсь, что вы когда-нибудь окажетесь в подобной ситуации.
— А Сандра знает, что вы до сих пор не прочь облапить подвернувшуюся под руку девицу? — с ехидством полюбопытствовала Мэри, взбешенная замечанием в свой адрес.
— Вы похожи на кошку. Да, в вас определенно ощущается нечто кошачье, — медленно протянул Джеф, пожирая взглядом хрупкую гибкую фигурку и теряя нить разговора. Внезапно осознав, что отвлекся, он недовольно нахмурился. — Признаю, что на какое-то время я потерял голову и оказался в роли жениха.
— Неужели за три года нельзя было разобраться в своих чувствах? — С каждой минутой болезненное любопытство Мэри разыгрывалось все больше. Странно, но то, что она уже услышала, ни малейшего удовольствия ей не доставило. Вот ведь мазохистское занятие!
— Послушайте, да, мы давно знакомы, но наши отношения не дают ей или мне права на что-то претендовать.
— Значит, вы морочите голову одной, а с другими занимаетесь, чем вам заблагорассудится?
— Я не культивирую случайные связи, если ваша вспышка праведного гнева подразумевает именно это.
— А если она спит с кем попало? — чуть поколебавшись, спросила Мэри, свято веря, что любые серьезные взаимоотношения основаны на обоюдной верности.
— Сандра достаточно тактична, чтобы первой заводить разговор на столь щекотливую тему, а я никогда не спрашивал.
— Какой современный подход, — с отвращением поморщилась Мэри. — Прямо в духе сексуальной революции.
— А мне казалось, что такая свободолюбивая натура, как вы, по достоинству оценит подобную договоренность.