Укротители велосипедов
Шрифт:
Артём отыскал в углу раздевалки запылённую, заляпанную чем-то красным циновку и брезгливо поднял её двумя пальцами.
– Вадим, ты этот коврик имел ввиду?
– Ага.
– А ничего почище нету? На нём же кого-то убили. – Артём поднёс свою добычу к лицу и втянул воздух. – И от него несёт псиной! На нём что, собака спала?
– Ну, придумай что-нибудь. Можешь постирать его – на складе есть раковина. А теперь отстань – мне надо сосредоточиться на тренировке.
Реальность
– Трудитесь? Молодцы. – Ежов сбился с шага и уставился на ноги Артёма. – Твою ж бабушку. Что это за валенки? Тебе никто не говорил, что надо брить ноги?
– Чего вы все докопались до моих ног? – вспылил Артём. – Недавно, дед, у тебя не было никаких претензий.
– Недавно ты носил шорты ниже колена. А в нашей форме ты выглядишь нелепо и убого. Да это вообще полный пиздец. Тебя в клетку к шимпанзе сажать можно. Гарантирую, с такими ляжками они тебя сразу за своего примут.
– Достали. Ладно, я побрею ноги. Хоть я ненавижу бриться.
– Тогда лучше сделай депиляцию воском, – посоветовал Дима. – Кожа будет гладкой недели три. Я сам предпочитаю депиляцию.
– Боже, я вступил в гей-клуб, – простонал Артём. – Эй, красавицы, а мне всю ногу брить или только до шорт?
– Решай сам, – ответил Ежов. – Хотя если у тебя такие волосатые голени, представляю, что творится выше. Вот прикинь – ты, девушка, интимный вечер. Ты в своих шортах, она гладит твою гладкую кожу на ноге, восхищается ей. Ты медленно снимаешь шорты и трусы, а там... ещё одни шорты, но из натуральной шерсти. – Ежов тоненько захихикал с пошлыми интонациями в голосе.
– Озабоченный старпёр.
– Кстати, Артём, у тебя девушка есть, кто тебе готовит? Я тебе в тетради написал примерную диету, лучше, чтобы ты её придерживался и не жрал всякую дрянь.
– Ага, есть, – с серьёзным выражением лица ответил Артём. – Целых пять.
– Врёшь ведь! И как их всех зовут?
Загибая пальцы, Артём принялся перечислять:
– Зина, Дуся, Аида, Генриетта... – Не выдержав, Артём согнулся пополам и засмеялся.
– Дебил, пошляк, – кинул Артёму Ежов.
– А пятую как зовут? – поинтересовался Дима. – А почему у них такие необычные имена? Познакомишь с кем-нибудь? – Он в недоумении глянул на хохочущих гонщиков и задумчивого Чавина. – А почему вы все смеётесь?
– Всё, тема закрыта, – твёрдым тоном, похохатывая, заявил Ежов. – И слезайте со станков, уже давно пора заканчивать разминку. Что, никто за временем
– Кстати, да, – заметил Клясов, взглянув на компьютер на руле. – Мы крутим педали лишних десять минут. Почему опаздываешь, товарищ Ежов? На меня за опоздания орёшь, а сам...
Ежов строго взглянул на гонщика.
– Были причины. Ко мне дочка заходила, так что пришлось немного задержаться.
– Ой... – простонал побледневший Клясов и чуть не рухнуло со станка. Если старик явился в раздевалку без монтировки и ножа, значит, та девушка ничего ему не рассказала. – Дочка... – Он резко повернулся к Артёму. – Молчать! Ни слова!
– Ладно-ладно, – пообещал Артём, сползая по дверце шкафчика на пол.
Ежов поочерёдно оглядел гонщиков.
– Я чего-то не знаю?
– Всё нормально! – поспешно заявил Клясов. – Ничего не случилось! И вообще, поехали в лесопарк, пора начинать нормальную тренировку.
Отмахав по дорожкам лесопарка сотню километров, Ежов велел всем остановиться и заглушил двигатель «табуретки», на которой следовал перед гонщиками. Открыв тетрадь, он записал время, снял и записал показания с пульсометров своих подопечных и уставился назад, откуда они все приехали.
– И где этот дятел? Орал, что всех обгонит, а сам и сотню проехать не смог.
– Как он, Костя? – прохаживаясь и восстанавливая дыхание, спросил Клясов.
– Полный ноль. Никакой он не спортсмен. Спортсмен-профи должен быть таким. – Ежов указал на валяющегося, раскинув руки, Диму, который дышал тяжело и с хрипами. – Два года не тренировался, но всё равно продержался на достойном уровне. Подумаешь, что он выглядит так, как будто сейчас загнётся, к Туру он будет в своих лучших кондициях.
– Товарищ Ежов, я не спрашивал твоего мнения об Артёме как о профессионале. Как ты его вообще оцениваешь? Есть надежда?
Ежов почесал щёку и нехотя признался:
– Ну, теперь я понимаю, почему он взял столько любительских гонок. Его общая выносливость на уровне профи, и ноги в порядке. Только этого мало. Нету скоростно-силовой выносливости и сердечно-сосудистая слабовата. Я смотрел его пульс: до восьмидесятого километра он был стабильно на ста пятидесяти, а потом он начал сдавать, мудрить с передачами, и поднял его до ста восьмидесяти. Ему нужно добавить базу. – Ежов пожевал колпачок ручки. – Короче, вердикт таков – если будет нормально тренироваться, равнинные этапы он пройдёт вместе с пелотоном, но в горах встанет колом. Десять километров вверх, десять вниз, потом снова вверх и вниз – это не шутки. Это не его кросс-кантри с короткими подъёмами, это совсем иной уровень. К тому же скажется пониженный уровень кислорода на высокогорье.