Укротители велосипедов

Иванов Стас

– Не плачь, скоро ты его полюбишь.

Сияя улыбкой, в раздевалку с сумкой в руках буквально ворвался преисполненный возбуждения Дима.

– Всем, доброе утро. Меня зовут Дима, я ваш новый спринтер. Вадим, приятно с вами познакомиться. – Раскланиваясь, Дима схватил и энергично затряс руку Клясова. – Я сделаю всё, чтобы ваша команда побеждала, обещаю, я не подведу вас. А, Артём, привет, почему ты на полу? – Поздоровавшись с Артёмом, Дима кинулся к Чавину. – Привет, я – Дима, спринтер. А тебя как зовут? Суали? Ясно. Какое странное у тебя имя. Финн?.. – Улыбка

медленно сползла с Диминого лица, и он вопросительно уставился на Клясова. – Почему свали? Что я такого сделал? Я просто хотел познакомиться с новым товарищем по команде.

– Это ты у меня спрашиваешь? – уточнил Клясов.

Дима пожал плечами.

Клясов поманил к себе пальцем Диму, помог подняться Артёму и, понизив голос до шёпота, произнёс:

– Так, парни, лучше не приставайте к Сергею. Он ни с кем не общается и, по-ходу, всех презирает. Даже на меня смотрит, как на говно. Просто не обращайте на него внимание. Ладно, а теперь давайте переодеваться. И где там Кокорин застрял?

Артём открыл свой шкафчик и на верхней полке обнаружил два комплекта формы, перфорированные перчатки, шлем, велосипедные очки, велотуфли, пульсометр, комплект белых носков, несколько пузырьков с витаминными комплексами и тетрадь. Внутри тетрадь оказалась разлинована на множество граф, пронумерованных до конца месяца.

Полистав тетрадь и найдя на последней странице указания по диете, Артём кинул тетрадь в шкафчик и повернулся к Клясову, который в этот момент стаскивал с себя последний предмет гардероба – семейные трусы. Артём резко отвернул голову в другую сторону и увидел полностью обнажённого Диму. Пришлось прикрыть глаза ладонью.

– Что за эксгибиоционизм?! Нахрена вы разделись?

Клясов с ухмылкой повернулся к Артёму, уперев руки в бока и сверкая своим достоинством.

– Тебя смущает моё великолепное тело?

– Сейчас блевану, – простонал Артём.

– А что такое экс... эксбиционизм? – спросил Дима.

– Это извращенцы такие, типа вас двоих. Хотя бы дверь в раздевалку закрыли.

– Расслабься, здесь нету тёток, а суровым дальнобойщикам на всё накласть, – небрежно отмахнулся Клясов. – Они заезжают сюда со шлюшками и жалят их прямо в машинах.

– Извините, – раздался у входа нежный женский голос, – а как мне найти Ежова Конс... ОЙ!!!

Молодая девушка замерла на пороге, прикрыв рот ладонью и пялясь на ягодицы Клясова. Дима моментально прикрылся дверцей шкафа, а Артём, взглянув на выражение лица Клясова, завывая, рухнул на пол. Единственным, кто остался серьёзным, был Чавин, ни на миг не оторвавшийся от своей книги.

Впрочем, Клясов растерялся всего на секунду. Понимая, что Артём никогда не забудет ему этого эпизода, он, дабы сохранить лицо, изобразил ухмылку и как был, с упёртыми в бока руками, развернулся к девушке.

– Пройдите в соседнее здание, мадам, и там вы найдёте Ежова Константина Евгеньевича.

Покраснев, девушка моментально исчезла, а Клясов схватил и натянул велошорты... которые почему-то оказались с двумя лентами-подтяжками.

Постанывая, Артём сел, прислонился спиной

к шкафчику и принялся вытирать выступившие на глаза слёзы.

– Хватит ржать. Вставай и переодевайся.

– Я лучше повешусь, чем стану носить трусы на подтяжках, – простонал Артём и снова зашёлся в приступе смеха.

– Но тебе придётся, – натягивая подтяжки, злорадно произнёс Клясов.

– А никак нельзя обойтись пока без формы?

– Никак. Обычная одежда снижает эффективность работы. Это проверено, и это – факт.

– А обязательно натягивать велошорты на голое тело?

– А ты хочешь одеть их на трусы? – иронично переспросил Клясов. – Только обтягивающие синтетические плавки не отводят влагу и тепло – у тебя яйца сварятся. А хлопковые труселя намокнут и во время поезди обязательно скомкаются и станут натирать. Да за время тренировки ты успеешь себя ими кастрировать. Или собираешься каждые десять минут останавливаться и всё поправлять?

– Сколько лет езжу на велосипеде, и никогда не было никаких заморочек с одеждой, – проворчал, поднимаясь, Артём.

– Привыкай, ты теперь тренируешься с профессионалами. Кстати, ноги тоже надо будет побрить. – Клясов указал на исцарапанные волосатые голени Артёма. – Гляжу, ты уже пытался?

– Это тоже обязательно?

– Прямо сейчас – нет, мы не часто падаем на тренировках. А во время гонки ты обязательно навернёшься и немного освежуешь свою ногу. Чтобы в рану не попали волоски и чтобы её было легче обработать, приходится брить ноги. Впрочем, взгляни на всё с эстетической точки зрения – шоссейник с волосатыми ногами не самое приятное зрелище. – Клясов внимательней вгляделся в ноги Артёма, отличавшиеся густым шерстяным покровом. – Слушай, а у тебя в роду случайно не было кавказцев?

– Не было.

– Тогда почему у тебя такие волосатые ноги? На теле тоже так много волос?

– Нет, только на ногах.

Клясов хмыкнул:

– Странно, сверху – человек, снизу – обезьяна.

– Сам ты обезьяна, – буркнул Артём. – Причём бритая. Брить ноги, носить облегающие трусы на подтяжках... Вот почему я не люблю велошоссе. Спорт для гомиков. – Артём взял велошорты и обнаружил внутри толстую прокладку. – А это что за тампон?

– Памперс, – улыбнулся Клясов.

– Памперс? Прямо так и называется?

– Ага.

– И он нужен?.. – Артём с ужасом уставился на Клясова.

– Правильно. Когда до финиша двадцать километров, ты в отрыве, а тебе приспичило... ну, не останавливаться же? – Клясов заржал. – Ладно, расслабься. Памперс нужен, чтобы седло не натёрло тебе жопу.

– Чёрт, а чего я ещё не знаю?

– Ты всего не знаешь. Готовься удивляться. – Тон Клясова из шутливого стал серьёзным. – Так, Артём, переодевайся и приступай к растяжке. Шпагат, бабочка, наклоны к стопам, встаешь на колени и откидываешься назад. Я подскажу тебе упражнения. Коврик найдёшь в углу. Начнёшь остывать – побегай минут пять по двору. – Он повернулся к Диме. – Готов к разминке? Отлично, тогда сгоняй за Кокориным. Сергей, кончай втыкать в буковки и залезай на станок.