Укротитель для королевы

Романовская Ольга

Чай накрыли в Голубой гостиной — любимой комнате покойной королевы. Как всякая стихийница, она обожала небо и все с ним связанное. По ее приказу шелк на стенах расписали облаками, а на стенах развесили картины с горными вершинами на фоне бесконечной лазури.

Несмотря на то, что слуги до сих пор суетились возле сервировочного столика, Квентин уже пришел. Он стоял спиной к Каролине, изучая какое-то письмо, но она мгновенно считала его страх, скованность и напряжение.

Внешне они походили друг на друга, хотя Квентину достался более

темный оттенок глаз — не совсем карий, но уже не зеленый. Тоже высокий, тоже шатен, симпатичный, настоящий принц из сказки. Однако сказки бывают не только добрыми.

— Возлюбленный брат!

Принцесса остановилась на пороге и, дождавшись, пока Квентин обернется, сделала полуреверанс. Ему пришлось ответить легким поклоном. Формально они еще равны, так будет, пока принца не короновали.

— Чрезвычайно любезно с вашей стороны нарушить мое уединение.

Каролина прошла к столу. Слуги почтительно расступились, и она нарочито легкомысленно мазнула пальцем по пирожному, пробуя крем на вкус.

— Сколько красок! — Принцесса обвела рукой вазочки и тарелки. — Мама бы оценила. Даже не верится, что ее нет.

Квентин промолчал, только стиснул зубы. Он не станет выяснять отношения при посторонних, нo когда двери закроются…

— Глупый спектакль! — процедил принц, когда прислуга, наконец, удалилась.

— Да получше твоего, — пожала плечами Каролина и на правах хозяйки разлила чай. — ? где твой дегустатор?

Она недоуменно огляделась, но никого не увидела. Подумать только, Квентин не испугался!

— Ты не дура. Или таки да?

Принц исподлобья глянул на сестру. Она невинно взмахнула ресницами и расслабленно опустилась в кресло. Кондитер действительно постарался, а от нервов ее потянуло на сладкое.

— Или таки нет, — желая положить конец затянувшейся игре в гляделки, отозвалась Каролина и посоветовала: — Сядь уже! Или разговор настолько короткий, что уложится в два предложения?

Недовольно сопя, Квентин занял кресло напротив сестры. Совсем другого поведения он ожидал.

— Тебе уже сообщили о смерти канцлера? — Он не столько ел, сколько наблюдал за Каролиной.

— Обмолвились. Надеюсь, убийцу скоро найдут. Страшно, когда даже во дворце никто не может чувствовать себя в безопасности, — поежилась принцесса. Добиться нужной эмоции нетрудно, достаточно подумать о вызывающем ее предмете или человеке. — Но что его задержало, почему он не уехал? Герцог не любил ночевать во дворце.

— Я надеялся, ты расскажешь.

Рука принца чуть заметно дрогнула, когда он отправил в рот кусочек пирожного.

— Я? — Изображать удивление не пришлось. — Помилуй, герцог со мной не откровенничал.

— Зато ты проводишь странные опыты.

Разговор принимал опасный оборот, следовало немедленно обратить обвинения в шутку.

— То есть, по — твоему, — подняла брови принцесса, — все ученые — убийцы? Чудесный пример логики! Да и разве не смешно — семнадцатилетняя девушка справилась со зрелым мужчиной!

—

Ты могла действовать не одна.

— С кем же? — Каролина подперла подбородок ладонью. — Вместо того, чтобы грешить на меня, займись реальными врагами канцлера. Убивать опору собственного трона — поступок в высшей степени идиотский.

Она насладилась кривой гримасой брата при слове «собственного». Пускай не забывает, еще ничего не решено.

Однако как же ее любит Квентин! Добрые четверть часа мучить смертью герцога и не обмолвиться о покушении на саму Каролину. Выходит, Валент Эра действовал по указке Квентина. Воистину, возлюбленный брат!

— Но хватит об этом! — Принц с трудом растянул губы в улыбке. — Уверен, настоящий убийца канцлера не задержится на свободе, а мы пока обсудим более приятные вещи. Ведь я пригласил тебя не ради допроса, а чтобы обрадовать.

Обрадовать себя, так было бы вернее.

— Я слушаю, — холодно отозвалась Каролина.

Резко звякнула чашка, выдавая ее волнение.

— Речь о твоем замужестве.

С губ Квентина не сходила торжествующая улыбка, в то время как принцесса мечтала убить его взглядом.

— С чего такая спешка? Напоминаю, я недавно осиротела. Ты тоже.

— Именно поэтому, Каро.

Он знал, как сестра ненавидела свое уменьшительное имя.

Принцесса сжала кулаки и с шумом выпустила из груди воздух.

— Не смей меня так называть!

— А то что? — усмехнулся принц. — Пора тебе вспомнить, я твой старший брат, и расстаться с иллюзиями. Короны ты не получишь.

Зрачок на мгновение целиком заполнил радужку, но Каролина сумела сдержаться. Свидетели небеса, если бы под рукой оказался нормальный нож, она метнула бы его в брата, лишь бы только заставить того замолчать. Но десертный слишком маленький и тупой, им только пытать мoжно.

— Повторяю вопрос: почему так скоро?

Презрев правила этикета, Каролина уперлась локтями о стол, переместив на них вес тела.

— Я так хочу, — Квентин не счел нужным выдумать ложь. — Ты вошла в брачный возраст, к тому же по двору ходят шепотки о тебе и Арчибальде Трайде.

Вот оно что… У принцессы отлегло от сердца. Арчи услали вовсе не из-за герцога. Глупый братец, Каролина найдет способ вернуть будущего советника. Решить, будто она спит с ним!.. Девушка с трудом подавила смешок. Только мужчины тащат все в постель, женщины думают иным местом.

— Ты собираешься править и веришь сплетням? — укоризненно покачала головой принцесса.

Она успокоилась. Право, чем способен удивить Квентин? Арчибальд давно сообщил, за кого ее прочили. Более того, принцесса прекрасно понимала, зачем брат спешил с ее замужеством, почему выбрал именно этого жениха. Контроль и ещё раз контроль. Каролина тоже обезопасила бы себя, нo иным способом.

— Тем не менее он вечно в твоих покоях. Ты выйдешь за Мартена Формора.

— Не выйду.

Каролина сложила руки на груди и откинулась на спинку кресла.