Укротить сердце

Хантер Ава

– Убери свои гребаные сапоги со стола, - рычу я на Уайетта, подталкивая к нему кипу бумаг.
– И разберись с этим дерьмом.

– Чарли прав, - рявкает Дэвис.

– Засранцы. Вы оба.
– С ворчанием Уайетт опускает ноги на землю и складывает бумаги в аккуратную стопку.

Секунду спустя входит Форд, руки у него в автомобильном масле.

Он берет стул, разворачивает его и садится рядом с письменным столом.

– Вызывал?
– обращается он к Дэвису.

Дэвис выглядит раздраженным, и я прячу ухмылку.

Злить Дэвиса всегда приятно, а Форд, его брат-близнец, умеет нажимать на кнопки Дэвиса лучше всех.

Форд, ушедший в отставку профессиональный бейсбольный питчер команды «Феникс Ренегадс», имеет такое же худощавое телосложение, как и Уайетт. Тот же адреналиновый наркоман. В мире не так много людей, которые любят свою работу, но Форд именно такой. Когда мы даем ему выходной, чтобы он сходил на рыбалку или прогулялся верхом, он приходит в ярость.

Единственный брат, которого не хватает на ранчо, - Грейди, самый младший ребенок в семье. Он на шесть лет младше меня и прошлым летом уехал в Нэшвилл, чтобы попытаться пробиться в музыкальной индустрии с небольшой помощью нашего шурина и басиста группы «Brothers Kincaid» Джейса Тейлора.

– Хорошо, - говорит Дэвис, резко кивая.
– Все здесь.

Они, блядь, точно здесь.

Десять долгих лет прошло, а я так и не смог от них избавиться.

Если бы не мои братья, я бы продолжал сходить с ума.

Один за другим они приезжали, чтобы собрать мою жалкую задницу в кучу. И, черт возьми, я испытываю за это чувство вины.

Они отказались от своих жизней, чтобы восстановить мою. И теперь они застряли здесь.

Иногда мне кажется, что я все испортил.

Иногда я думаю, не лучше ли нам избавиться от ранчо, чтобы они все могли вернуться к своей собственной гребаной жизни.

– Готовы?
– Резкий голос Дэвиса разносится по всему «Дерьмовому ящику», когда он открывает YouTube.
– Держите свои шляпы.

Дэвис нажимает кнопку воспроизведения. Через несколько секунд начинается видео, и я подхожу ближе к монитору. На экране появляется Форд, который руководит нашими мероприятиями и экскурсиями на свежем воздухе, с группой гостей на одной из его ежедневных прогулок верхом. Его неторопливые инструкции рассекают утренний воздух, когда он показывает, как забраться на лошадь на примере своего мерина Ифуса.

– О, черт!
– Форд оживляется.
– Это было вчера.

Дэвис бросает на своего близнеца сухой взгляд.

– И ты не видишь здесь ничего плохого?

Выражение лица Форда - это определение растерянности.

Мой желудок сжимается. Черт. Это плохо.

Платиновая блондинка на видео, одетая в черные шорты и белое поло, дергает лошадь за удила, когда пытается сесть на нее и терпит неудачу. Неизвестный гость, снимающий видео, смеется.

Форд, сверкнув своей обычной очаровательной улыбкой и демонстрируя полный рот белых зубов, с важным видом подходит

к ней.

– Послушайте, мэм, раз уж у вас возникли проблемы, не позволите ли вы помочь…

– Я знаю, как это делается, сэр.
– В ее тоне сквозит высокомерие.
– Я ездила верхом всю свою жизнь.

У Форда сводит челюсти, но он сохраняет непринужденную позу, наблюдая, как она ставит ногу в стремя. В этот момент Ифус шарахается в сторону.

На долгую секунду женщина зависает в воздухе, с визгом пытаясь ухватиться за рог седла. Затем, что было действительно чертовски глупой идеей, она хлещет лошадь поводьями. Сильно.

Уайетт потрясенно вздыхает.

Я вторю ему. Любой, кто понимает лошадей и любит их так, как мы, знает, что это гребаный смертный грех. Она не помогает лошади сосредоточиться, а причиняет ей боль.

Женщина пытается подтянуться к Ифусу, терпит неудачу и с грохотом падает на землю. Ифус убегает.

И тут Форд на видео начинает смеяться.

Форд в «Дерьмовом ящике» тоже смеется. Они с Уайеттом разражаются диким хохотом.

– Черт возьми, - ворчит Форд, хлопая себя по колену.
– Во второй раз еще смешнее.

Я уже собираюсь спросить Дэвиса, какого хрена он так разволновался, как вдруг Форд на видео смотрит на женщину в луже грязи и рявкает:

– Давай, дамочка. Поднимай свою отбитую задницу и поехали.

Гости ахают. Женщина плачет. Форд стоит, скрестив руки, и смотрит на нее с нетерпением и весельем.

Дэвис ставит видео на паузу.

Я ругаюсь под нос, прежде чем медленно повернуться и посмотреть на Форда.

– Ты сказал ей, чтобы она подняла свою отбитую задницу?

– Это действующее ранчо, братишка.
– Форд пристально смотрит на меня, словно провоцируя поспорить с ним. У нас всего год разницы, но они с Дэвисом не уступают друг другу, когда хотят вывести меня из себя.
– Это не глэмпинг⁷. Наши гости не получат солнце и радугу. Они получают ковбоев, грязь и пыль, и, если им это не нравится, они могут вернуться в Нью-Йорк, Лос-Анджелес или еще куда-нибудь, откуда они, черт возьми, приехали.

– Она не пострадала, - говорит Уайетт, переведя обеспокоенный взгляд на меня.
– Они все подписали контракт. Они не могут подать на нас в суд.

– Не могут, - вмешивается Дэвис.
– Но это выложено в TikTok. Видео становится вирусным в социальных сетях.

Я хмурюсь.

– Что за хрень - тик-так?

Уайетт хмыкает.

– TikTok. Социальная сеть, чувак. Дорога в будущее.

После нескольких щелчков мышью на компьютере Дэвис открывает новую страницу в браузере.

TikTok.

– Вот… - Он показывает нам аккаунт автора сообщения. Lassomamav76.
– Прочитайте эти чертовы комментарии.

Все 2483.