Укротить сердце
Шрифт:
Эта фраза обрушивается на меня, как удар шара в боулинге, и заставляет вспомнить, как Уайетта сбросила лошадь, и он два дня был без сознания. Вся семья приехала в больницу. Наш брат пострадал. Это означало, что мы все не в порядке. Это также означало, что он мог рассчитывать на то, что мы будем рядом, присмотрим за ним.
Всегда.
Я вздрагиваю.
– Мне это не нравится.
– Я беру телефон и набираю номер Уайетта, но ответа нет.
– Собери всех. Начинайте его искать.
– Дэвис сползает с табурета, выражение его лица мрачное.
– Я приведу Кину,
Задняя дверь распахивается как раз в тот момент, когда я хватаю ключи.
– У вас есть пакет со льдом?
– Уайетт, прихрамывая, заходит на кухню. Он выглядит бледным и усталым. Кровь размазана по его виску. Он надвинул бейсболку низко на глаза, но я вижу зарождающийся синяк под глазом.
В комнате начинается сумасшедший дом.
Подойдя к нему, Дэвис сильно подталкивает Уайетта к стулу за кухонным столом.
– Садись.
Уайетт садится, морщась, как будто само движение причиняет боль, и мне хочется найти того, кто сделал это, и превратить его лицо в фарш.
– Кого, блядь, мне нужно убить?
– требует Форд, прохаживаясь за стулом Уайетта.
Дэвис снимает с Уайетта бейсболку и откидывает его голову назад, чтобы рассмотреть зрачки.
– Начинай говорить, Уай, - предупреждаю я, сунув ему в одну руку пакет со льдом, а в другую - стакан с виски.
Брат встречает мой взгляд.
– Я направлялся помочь Форду с ручьем, когда кто-то сбил меня на дороге.
– Он шипит, когда Дэвис откидывает назад его волосы, кровь из неглубокого пореза течет быстрее.
– Я упал с Пепиты и потерял сознание. Думаю, они пинали меня, пока я был в отключке, потому что у меня сильно болят ребра. Когда я очнулся, я притащил свою разбитую задницу сюда. Он выдыхает, пытаясь сохранить на лице дерзкую ухмылку, но по тому, как он сжимает челюсти, я понимаю, что ему больно.
Кровь стучит у меня в висках, когда я смотрю на своего младшего брата. Уайетт сидит здесь, истекая кровью, а я чувствую себя чертовски беспомощным.
Форд ругается и поворачивает ко мне голову.
– Вулфингтоны мертвы - они, блядь, гребаные трупы.
Я киваю, ярость кипит в моих венах.
Уайетт может сколько угодно падать с лошадей. Ломать ребра, получать сотрясения мозга, но, если кто-то причинит вред моему младшему брату, моей семье, все ставки будут сделаны.
– Держите себя в руках, - приказывает Дэвис.
– Мы ничего не решим, если вы все сорветесь с катушек.
– К черту это, Дэвис, и к черту тебя, - огрызается Форд. Он кричит так громко, что дребезжат стаканы с виски.
– На этот раз они зашли слишком далеко.
– Согласен с Фордом.
– Я шагаю к двери, распахиваю ее и осматриваю ранчо. Снаружи огромные черные грозовые тучи скоро прольются дождем.
– Пойдем свернем несколько гребаных шей.
Если Вулфингтоны настолько глупы, что пришли на нашу территорию и напали на нашего брата, им лучше быть готовыми.
Дэвис поднимается, сверкая глазами, разозленный тем, что мы с ним не согласны и готовый стукнуть нас лбами друг о друга, но Уайетт машет рукой, заставляя всех нас замолчать.
– Я не думаю, что это были
– Это слишком для них. Они и с лассо не могли найти свои члены.
– Он смеется, а потом стонет, прижимая руку к ребрам.
Я резко оборачиваюсь, и мои сапоги скрипят по полу.
– Тогда кто это, блядь, был?
Глава 27
Руби
Я не могу сосредоточиться на работе после предложения Чарли.
Собери сумку. Приходи сегодня вечером.
Чарли и я - мы не можем держать дистанцию. Все границы, все соглашения, которые мы заключили с тех пор, как я приехала на ранчо «Беглец», растаяли в небе Монтаны. У меня остался всего месяц, и мысль об отъезде причиняет боль.
Это ранчо хорошо для меня. Для моего сердца.
Я отодвигаю ноутбук, решив отказаться от редактирования фотографий и закончить позже. Краем глаза я замечаю на холодильнике список своих дел. Улыбка расплывается по моему лицу. Здесь я вычеркнула больше пунктов, чем где-либо еще. И все благодаря Чарли.
Благодаря ему я чувствую, что могу сделать все.
Благодаря ему я вижу, что вся моя жизнь может быть другой.
Моя улыбка исчезает, когда мой взгляд падает на ковбойскую шляпу, лежащую посреди кухонного стола. Она прекрасна и идеально мне подходит. Я люблю ее, но это символ. Слишком личного отношения.
Привязанности.
Ковбойская шляпа все меняет. Наверное, в лучшую сторону, не знаю.
Даже если я уже влюблена в него, Чарли совершенно не может влюбиться в меня.
Не должен.
Я зажмуриваю глаза, чувствуя, как трепещет мое сердце.
Он не станет.
Все, что я значу для него - это летняя интрижка. Хороший секс. Отличный секс. Он не привязывается ко мне эмоционально. Он ясно дал понять, что у нас есть только лето.
Сказать ему «нет» и остаться сегодня вечером дома было бы разумным поступком.
Но я не могу держаться от него подальше. Я одержима Чарли Монтгомери, этим грубым ковбоем. Дни идут, и скоро мне придется уехать, но до тех пор, хотя бы на одно лето, я очень хочу быть его девушкой.
Потому что я не буду никого умолять полюбить меня и не буду стыдить себя за то, что хочу настоящей любви.
Это то, как должно быть.
Я так долго держала свое сердце в заложниках. Больше нет.
Я проверяю телефон, и у меня вырывается писк, когда я вижу время.
Я опаздываю.
Поспешив в спальню, я открываю свой маленький чемодан и бросаю туда несколько красивых вещей, которые еще не надевала. В ванной я собираю небольшую сумку с лекарствами и туалетными принадлежностями. На секунду задерживаюсь, чтобы подправить макияж, нанести светло-розовый блеск на губы и щеки для пущего эффекта.
На мой телефон приходит уведомление.
Я хмурюсь, когда вижу, что в Инстаграм-аккаунте ранчо появился комментарий от Lassomamav76.
Надоели эти скучные, безвкусные фотографии.