Укрощение
Шрифт:
— И глупа, — добавила Лайана. Ей хотелось истребить вшей, поэтому она принялась колотить камнем по рубашке, но, перевернув ее, девушка заметила в ткани множество крошечных дырочек, проделанных острым камнем. Сначала она в ужасе раскрыла глаза, но тут же улыбнулась. Значит, выстиранная ею одежда будет напоминать рыбачью сеть, когда высохнет!
— Только последняя дура захочет такого мужа, — громко объявила она, пытаясь отвлечь его внимание от того, что делает.
— Глупые женщины — лучшие жены. А умная мне ни к чему. От умниц одни неприятности. Ну, ты уже
— Одежда ужасно грязная, так просто ее не отстираешь, — нежным голоском пропела она, с восторгом представляя его в дырявой одежде у дверей дома невесты. — И полагаю, женщины причинили тебе немало бед.
Еще бы, с таким-то тщеславием!
— Почти никаких, — покачал он головой, не сводя с нее глаз. Лайане не понравился его взгляд. Несмотря на мокрую одежду, ей почему-то было жарко. Сейчас он казался ленивым и спокойным, но она видела его в гневе. И знала, что ничего хорошего ждать не приходится.
— Так сколько, говоришь, у тебя детей? — тихо спросил он.
— Девять. Девять маленьких мальчиков, и все крепкие и здоровые, как отец. И их дяди, — нервно пробормотала она. — У мужа шестеро братьев, настоящие великаны, сильные, как быки! А уж нрав у них! Никогда такого не встречала! Только на прошлой неделе…
— Ну и лгунья, — спокойно заметил он, укладываясь поудобнее. — Да у тебя никогда не было мужчины!
Она на миг остановилась, перестав колотить его одежду.
— Да у меня была сотня мужчин! — выпалила она, но тут же прикусила язык. — То есть я была с мужем сотни раз и…
Господи, она совсем запуталась и выглядит настоящей дурочкой!
— Вот твоя одежда. Надеюсь, что вши выпьют из тебя всю кровь! Ты это заслужил!
Встав над ним, она уронила груду мокрой одежды на плоский твердый живот. Он не вздрогнул от холода, но продолжал смотреть на нее теплым манящим взглядом. Она сознавала, что наконец освободилась и может уйти, но почему-то не двигалась с места и не сводила с него глаз.
— Столь усердный труд должен быть вознагражден. Нагнись, женщина.
И Лайана неожиданно для себя упала перед ним на колени, прежде чем он успел приподняться. Положив большую ладонь ей на затылок, он запустил пальцы в ее волосы и припал губами к губам.
Это был не первый поцелуй в жизни Лайаны. Но ни один ее поклонник не обладал таким пылом. Его губы в отличие от манер были нежными и мягкими, и она закрыла глаза, отдаваясь ощущениям.
Именно такого поцелуя она ждала всю жизнь, и теперь руки словно по собственной воле обвили его шею. Она прижалась к нему всем телом, чувствуя тепло его нагретой солнцем кожи сквозь мокрую одежду. Он губами приоткрыл ее рот, и она ему позволила. Ее пальцы легли на его волосы, такие чистые и горячие, что она словно ощущала красные блики, игравшие в них.
Когда он прервал поцелуй и отодвинулся, она так и не открыла глаза. Только подалась вперед, желая большего.
— О нет, на сегодня хватит, — весело хмыкнул он. — Чистый поцелуй для девственницы. А теперь беги домой к своему покровителю. И больше не гоняйся за мужчинами по лесам.
Глаза Лайаны широко
— Гоняться за мужчинами? Я не…
Он чмокнул ее в губы и, задорно блестя глазами, поднялся.
— А кто шпионил за мной из кустов? Сначала нужно усвоить, что такое истинное вожделение, прежде чем пытаться его разжечь. А теперь беги, пока я не передумал и не дал тебе того, за чем ты пришла. У меня более важные дела, чтобы возиться с оголодавшей девственницей.
Лайана довольно быстро пришла в себя и вскочила.
— Да скорее в аду начнется снежная буря, чем я захочу такого, как ты!
Он было сунул ногу в мокрые брэ [2] , но остановился и покачал головой:
— Меня так и подмывает заставить тебя подавиться этими словами. Но нет. У меня и без тебя полно дел. Может, позже, когда женюсь, разрешу тебе прийти. Посмотрю, не найдется ли для тебя времени.
О, на свете нашлось достаточно непристойных ругательств, чтобы выразить чувства Лайаны!
2
Короткие узкие мужские штаны в средневековой Европе.
— Мы еще увидимся, — выдавила она. — О да, увидимся, но тогда не думаю, чтобы ты оставался столь же спесив. Молись за свою жизнь, крестьянин!
Она пролетела мимо него и ринулась туда, где оставила лошадь.
— Я и без того молюсь! — крикнул он ей вслед. — И я не…
Больше она ничего не услышала. Поспешно выхватив свою одежду из укромного места, она ринулась к лошади. Животное все это время спокойно ожидало хозяйку. Лайана сорвала платье, швырнула на землю и принялась топтать.
— Омерзительно! — воскликнула она вслух. — Грязные, подлые люди! — А она еще считала крестьянскую жизнь романтической! Они, видите ли, свободны! — Их некому защитить, — сказала она лошади. — Будь мой охранник здесь, располосовал бы эту свинью! А лорд Стивен заставил бы его ползать на коленях! О, как я буду смеяться, когда этот рыжий дьявол станет смиренно целовать туфли лорда Стивена! И что мне сделать с ним, Красотка? Колесовать? Четвертовать? Растянуть на дыбе? Выпустить кишки? Сжечь на костре? Да, пожалуй, это подойдет! Именно сжечь! Я устрою торжественный ужин, а сожжение на костре послужит развлечением для гостей.
Снова переодевшись в свое платье, она вскочила в седло и с ненавистью посмотрела в сторону пруда, представляя жестокую смерть незнакомца.
Вновь ощутив на губах его поцелуй, девушка тряхнула головой, чтобы отогнать неуместные мысли, но перед глазами стояла только великолепная обнаженная фигура, привязанная к столбу.
— Будь он проклят! — прошипела она и пришпорила лошадь. Но не проскакала и пятидесяти ярдов, как столкнулась с отрядом отцовских рыцарей. Человек пятьдесят, и все в тяжелом вооружении, словно отправляются на войну! Теперь они решили поискать ее у озерца! Почему они не подоспели к тому моменту, когда он швырял ее в воду или заставлял стирать одежду… или когда целовал…