Угроза вторжения
Шрифт:
«Вот и все. И не надо идти вниз. Жаль старика». — Максимов закусил губу.
С трудом снял перстень с пальца Исмаила, протер полой куртки обод перстня изнутри. На матово отсвечивающем металле отчетливо проступали буквы.
— Старые ключи открывают новые замки, — прошептал Максимов и спрятал перстень во внутренний карман куртки.
Он прислонился спиной к дверному косяку, взяв под прицел лестницу. Винтовка у Исмаила была отличная — новая СВД с глушителем. Для ночного боя — самый удобный вариант.
Закрытая
— Я — «Ермак»! Всем! Повторяю — вперед идут «карандаши».
«Пиджакам» до моей команды — не высовываться. Теперь внимание! Три, два, один…. ПОШЕЛ!
Когти Орла
Стекла разлетелись вдребезги. Вместе с пронизывающим ветром в комнату ворвались пули. Максимов успел пригнуться и проорать:
— Свет! Гаси свет, идиот!!!
Костик сбил со стола лампу. В темноте Максимов не видел, что он еще сделал, но над столом заплясали голубые всполохи, потом повалил едкий дым.
В окно еще два раза выстрелили. С нижнего этажа во двор ударили длинные очереди.
— Костик, уходим!
— Эй, Исмаил! — Через перила перегнулся человек в черной вязаной шапочке, закинув голову, посмотрел вверх. — Исма… ах!
На лужайке ухнул взрыв, и даже Максимов не расслышал хлопка, лишь дрогнула от отдачи винтовка. Он краем глаза заметил, что голова пропала, а стену забрызгало красным месивом.
В комнате что-то тяжело упало на пол.
— Костя, ты цел?
Вместо ответа раздался надсадный кашель.
Максимов чертыхнулся сквозь стиснутые зубы и пополз в комнату.
— «Ермак», я — «Витязь-два»!
— Все вижу; второй! Зацепись и держись. Сейчас подкатим «телегу», станет легче. На «телеге»! Мать твою… «Витязь-четыре»! Живо сюда!
Максимов прижал ладонь к груди заходящегося кашлем Кости. Ладонь сразу стала липкой.
— Давай, парень! Соберись, ну! Сейчас газ дадут!!! — Он оглянулся через плечо на проем двери. На первом этаже отчаянно огрызались три автомата. Отрывисто грохнул подствольный гранатомет, и через секунду у сторожки ухнул взрыв.
Костя слабо покачал головой, стер с губ красную пену.
— Нет, Максим… Сам… — прошептал он. — Передай нашим. — Он вложил в липкую от крови ладонь Максимова трехдюймовую дискету.
— Не дури! — Максимов затряс его за плечи. Костя уткнулся лицом в его плечо.
— Огонь… Прошу, — чуть слышно шепнули губы. Костик задрожал всем телом, охнул и уронил голову. Максимов отщелкнул кнопку на сумке, пристегнутой к ремню. Достал шприц-тюбик с красной головкой, зубами сорвал колпачок и вонзил иглу в шею Костика. Яд действовал моментально, но Костик был уже мертв — ни конвульсий, ни последнего вскрика.
Максимов осторожно опустил его безвольно качающуюся голову на пол.
Достал из сумки серебристую палочку термитной спички. Чиркнул о пол, поджег от ее яркого огня еще три и разбросал по комнате. Термит
Закрытая радиочастота Центра связи СБП РФ
— «Ермак» — нас прижали!
— Вижу. Зацепись за сторожку. По команде — рывком к дому! На «телеге», козлы, что сопли жуете?! Огонь по второму этажу. Из всех стволов! Огонь!!
— «Первый», горит на втором этаже!
— Там есть кто?
— Вроде нет.
— Ну и хрен с ним… «Витязь-пять»! Не спи, сука!!!
— На приеме!
— Рысью — на станцию! Там должна быть «пожарка».
— Принял!
— «Витязь — два»! Хватит морды баловать. А ну дай им пикринчику понюхать!!!
— Понял, «Ермак», понял. Осторожно, ребята, даем газ!
Максимов хлопнул об колено и выбросил в окно плоскую круглую коробочку. Темноту за окном разорвала яркая магниевая вспышка. Если снайпер продолжал выцеливать окно, то способность видеть вернется к опаленным вспышкой глазам не раньше чем через десять минут.
Максимов сорвал чеку, бросил гранату на пол, а сам, мягко оттолкнувшись, как прыгун с вышки, головой вперед вылетел в окно. Он прокатился по земле, гася удар. Замер, когда из окна вырвался сноп огня и оглушительно грохнул взрыв.
В ушах так зазвенело, что он не слышал, как вокруг градом ударили по земле куски битого кирпича. И лишь вздрогнул, когда что-то больно, как злая птица клювом, ткнуло под лопатку…
… Его тащили по земле. Но неправильно, непрофессионально, ухватив за воротник куртки. Как убитого. А он был еще жив.
Максимов забросил руку за голову, пытаясь перехватить вцепившуюся в воротник руку противника, но пальцы увязли в густой собачьей шерсти…
Цель оправдывает средства
Поезд набирал полный ход, вагон покачивало, все чаще и чаще стучали на стыках колеса.
Снайпер улыбнулся свои мыслям: «Спальный вагон. Сел — и спи. Призрачный покой в шаге от смерти. Слетим с рельс, большинство умрет так и не проснувшись. А это хорошо. Смерть должна приходить неожиданно. О последнем мгновении перехода в никуда знает только она и тот, кого она выбирает своим посланником».
В дверь постучали.
— Да. — Снайпер нехотя повернул голову.
— Простите. Чай будете? — Проводница была симпатичная..
«Если бы не усталые складки в уголках губ, — про себя отметил снайпер. — Уже положила глаз. Еще бы! СВ, отдельное купе, одинокий пассажир, не из плебеев, билет до Вены… Маленькие радости за счет родного МПС».
— Чуть позже, — ответил он, сознательно задержав взгляд на ее груди.
— Ой, смотрите, как горит! — проводница округлила подведенные черным карандашом глаза. Снайпер посмотрел в окно.
В черном, как битум, небе плясали языки пожара.