Угроза с севера
Шрифт:
Каперед спустился, чтобы размять ноги. Приятно оказаться на твердой земле, чуть влажной после недавнего дождя. Проводник наполнил поилку водой из общественного фонтана и расположился рядом. Вокруг водоема собрались такие же путники, ходил торговец с лотком.
Вода сюда поступала из реки Табера, так что была не самого лучшего качества. По керамическим трубам, она поступала к сети общественных фонтанов, расположенных вдоль западных дорог. Нигде больше нет такой сети водопоев. Путники вынуждены носить
Даже такая вода, пахнущая болотом, стоит дорого.
Каперед рассматривал проводника, думая о том, почему он так беспечен. Ведь эти земли и дороги пленник прекрасно знает, он легко может убежать.
– Ты не боишься, что я сбегу?
– не выдержал Каперед.
– Куда?
И правда, куда? Ведь это не провинция, где легко можно прожить, ни разу не встретившись со сборщиком податей, не попавшись на глаза претору. Крестьяне не позволят неизвестному шастать - вдруг это беглый раб или разбойник. Назвавшись странствующим торговцем, Каперед много не выиграет. Со временем это привлечет внимание к его персоне. К тому же он одет паршиво и не имеет вещей на продажу.
– Я могу назваться рабом, - придумал Каперед.
Такой вариант возможен.
Проводник усмехнулся, он знал, что пленник никогда так не поступит. Ведь он понимал его, знал мотивы.
– Но ты знаешь кто я?
– Просто человек, которого я должен доставить в нужное место.
– Ни имени, ни звания?
– Я исполняю приказ.
Каперед хотел знать, куда его везут. Ведь это ответит на много вопросов. Но, похоже, бенефициарию доставляло удовольствие держать пленника в неведении. Пусть мучается.
Дав ослику отдохнуть, они продолжили путь. Каперед нетерпеливо глядел на дорогу, ожидая, когда они вывернут на главный тракт.
И вот опять красные крыши видны у горизонта! Самые обыкновенные дома, обычная черепица, но такая уютная на вид.
Чуть позже Каперед понял ошибку. До Города еще далеко, а это видны крыши деревенских домов или рабочих поселков. Поблизости от реки много таких селений, люди обслуживают корабли, рыбачат на реке, ремонтируют лодки и много другое. Окрестные усадьбы снабжают поселения едой, а для Города остается не так много.
Да, простое вино для горожан закупается по всей Гирции, а дорогое везут издалека. Есть в домашнем регионе дорогие вина, но цена их такая, что даже Каперед не пробовал подобные напитки.
Пустые с виду окрестности сменились голыми полями, на которых стояли конусы скошенного сена. Небольшие ограды разделяли поля, больше для того, чтобы пастухи не загоняли стада на чужую собственность. Животных положено выгонять на луга, принадлежащие всей общине. Если у хозяев нет своих выпасов, конечно.
Здесь у Таберы еще сохранились общие земли. Собственность гражданского
Но это не беспокоило Капереда. Он никогда не был землевладельцем, всегда занимался ремеслом. Из собственности у него был только дом в Городе, а так же несколько арендованных помещений. Работал он или в мастерской коллегии, или во дворце принцепса. На дому таким опасным ремеслом он не занимался.
Украшением окрестностей, кроме алтарей и редких теперь фонтанов, были цветущие кустарники. Как помнил Каперед, они могли цвести круглый год. Толи сорт такой, толи растение цвело несколько раз за сезон. Он уже не помнил точно. Это не лекарственное растение, так что знал о культурных растениях Каперед мало. В коллегии предпочитали использовать собранные дикорастущие травы, нежели выращенные в собственных огородиках. Выращенные в естественных условиях травы были сильнее, лекарства, полученные из них, получались качественней.
Где-то здесь, в одном из садов возле таберской дороги, располагается ферма коллегии. Выращивают там лечебные травы, а так же производят вино. Больше для своих нужд, чем для продажи. Коллегия предпочитает сама себя обеспечивать. Это просто, так как штат сотрудников небольшой, зато земельные владения обширны. Всю черновую работу выполняют рабы, а на них много тратить не приходится.
Каперед видел людей, что трудятся на полях. Не сказать, что они выглядели счастливыми. Не от усталости, сколько от скуки. Ведь они изо дня в день занимаются унылым тяжелым трудом, питаются простой пищей. Никаких изысков, никаких развлечений.
Даже участь изгнанника лучше, участи раба. Каперед хотя бы не привязан к одному месту, но и питается он заметно хуже.
Уже который раз Каперед копается в запасах провизии, что взял с собой бенефициарий. Не столько от чувства голода, сколько ради наслаждения. Пища, даже такая простая, подобна амброзии. А кислое вино, на две трети разбавленное водой, пьется не хуже, чем сладчайшее фернское.
Проводник, казалось, не против, что его запасы так разбазариваются. Он опять начал клевать носом.
Чем ближе к селениям, тем больше людей и повозок. Дорога и так была запружена. Приходилось часто съезжать в сторону, пропускать всадников. Теперь еще и брошенные телеги стояли вдоль заборов.
Пошли усадьбы. Высокие беленые заборы отделяли дома от дороги. И все равно, живущим здесь людям наверняка мешают спать проезжающие телеги. За одними воротами Каперед услышал, как работает пила. Похоже, там располагалась столярная мастерская. Никаких вывесок не было, но кто знает и так найдет мастерскую.