Угроза с Марса
Шрифт:
Так они шли четыре часа без перерыва, когда впереди забрезжил свет. Свет ожег глаза, и Слейтер заморгал, жмурясь, потом разглядел, что это всего лишь горящий факел и что они оказались то ли в пещере, то ли в сильно расширенной части туннеля. За ним подтягивались остальные, и он почуял знакомый диковатый запах Данны, когда она прошла мимо, направляясь к Мюллеру, державшему факел. Здесь было зябко, темно и сыро, и стены в отсветах факела влажно блестели, хотя пол туннеля был совершенно сухим.
— Здесь мы отдохнем, но недолго, — сказал полковник. — Пока я буду говорить, накормите
Рядом со Слейтером, который возился с завязками чужого мешка, вдруг возникла Данна.
— Дай-ка я этим займусь, неуклюжий землянин, не то Стромбок тебя укусит. — Ее голос прозвучал весело, и Слейтер мимолетно удивился этому, борясь с почти неодолимым искушением стиснуть ее в объятиях.
— Мой милый малыш, — ласковым голосом проговорила Данна. — Я вырастила его, когда он был еще теленком. Правда, он прелесть? — И она заворковала с огромным козлом-мутантом, точно с младенцем, а Слейтер мучился от ревности, слушая, как животное с хрустом жует зерно.
— Я хотела, чтобы его вел именно ты, — вполголоса продолжала Данна. — Он должен познакомиться с тобой на случай, если потом что-нибудь стрясется. Козлобыки не подпускают к себе кого попало. Они очень… чувственны? Нет, чувствительны — вот как правильно. И потом, я хотела, чтобы он полюбил и тебя.
— Он просто красавец, — пробормотал Слейтер, глядя в свете факела, как животное косится на него янтарным глазом. Он мог только надеяться, что голос его прозвучал искренне. В жизни не видывал более уродливого зверя, подумал он. Судя по внешности Стромбока, завтракал он исключительно младенцами. Кончики огромных узловатых рогов были острыми, как иголки, — руккеры никогда не спиливали рога у своего скота. Рога нужны были козлобыкам, чтобы отгонять волков, кроме того, руккеры всегда восхищались их силой и с презрением взирали на раскормленные безрогие стада землян. Вдруг до Слейтера дошло, что Мюллер что-то говорит.
— Парень по имени Гансмит на нашей стороне. Он местный вор и славный человек, и умеет так солгать, что ему верят. Во всяком случае, какое-то время. Этот и множество других туннелей известны только Мудрым Женщинам и очень немногим старикам.
Прежде чем кто-нибудь из вас спросит, скажу сам: Тау Ланг вне опасности. Консел, как правило, над схваткой, разве что он объявит кровную месть, а осудить Тау Ланга может только его собственный клан, который, по счастью, далеко, да и все равно никогда бы так не поступил. Тау Ланг — великий военный вождь и знаменит далеко за пределами своего клана. Ни Джей-Би, ни Икс-люди не осмелятся напасть на него открыто, а он сейчас слишком настороже, чтобы дать обманом застигнуть себя врасплох. Сегодня ночью он покинет стойбище и нагонит нас, когда сумеет. Милла сумел ускользнуть, пока бесновалась Мохини.
И последнее: мы сейчас движемся на юг, в те места, откуда явились Икс-люди и их союзники, причем движемся коротким путем. Эти туннели могут сэкономить нам миль тридцать пути, прежде чем мы выберемся на поверхность. Однако мы должны двигаться быстро. Вероятно,
Неясная тень скользнула к Слейтеру, и кто-то коснулся его плеча. В неверном свете факела он едва сумел различить потрепанную одежду Арты Бурга.
— Много лет назад здесь сгинула половина клана Скорпиона, который живет к западу от нас. — В тишине голос молодого руккера прозвучал даже громче, чем голос Мюллера. — Они укрылись в глубине пещер от страшной бури, куда сильнее той, что была два дня назад. Те, кто их искал, нашли лишь горку костей — да еще много длинных туннелей, уходящих в недра гор, темных и неизведанных.
— Все слышали? — спросил Мюллер. — А теперь расслабьтесь и постарайтесь как следует отдохнуть. Мы с Бургом посторожим первыми. Он встанет у входа в пещеру, а я здесь.
Слейтер устроился между Данной и Накамурой. Фенг и Милла мгновенно заснули, сняв спальные мешки с козлобыка. Факел догорел, и они сидели в темноте, разговаривая шепотом. Время от времени у входа в пещеру или у дальней ее стены вспыхивал луч карманного фонарика — это Мюллер или Бург наугад проверяли темноту, но в основном в пещере царил непроницаемый мрак.
— Я рад, что Арта и Милла живы, — сказал Слейтер. Он не солгал, хотя мысль о том, что у Данны два мужа, по-прежнему была ему ненавистна. Арта и Милла — славные парни, хорошие товарищи. Не виноват же Арта, что чужак влюбился в его жену! Жену, которую он и так делит с другим мужчиной!
— Да, это чудесно, — отозвалась Данна. — Теперь мы все вместе. Если еще вернется мой дедушка, все будет просто замечательно.
— Твой дедушка? — Слейтер был не меньше озадачен, чем Накамура, но друг опередил его.
— Ах да, мы же вам не сказали. Тау Ланг — отец моей матери. Многие Истинные Люди не обращают внимания на свои родственные связи — им нет дела до того, кто с кем в кровном родстве; но мы, Мудрые Женщины, знаем, что такое генетика. Мы не такие дикари, как считаете вы, гринго. — Она рассмеялась и шутливо ткнула локтем рослого лейтенанта. — Кроме того, очень важно знать, кто были предки Мудрой Женщины. Порой мы можем говорить с ушедшими, и всем нам хочется передать наш дар будущим дочерям. Но в родстве с Тау Лангом был бы счастлив оказаться всякий. Он удивительный человек, консел и одновременно великий воин. Конселы обычно не слишком хорошие бойцы. Им приходится слишком много думать. Но Тау Ланг убил сорок с лишним человек и множество жутких тварей. Удивительный человек!