Угроза эволюции

Коркханн

Ощущения, как и предупреждал Рениус, разительно отличались. Чуждость, но не враждебность. Будто что-то новое, но и знакомое одновременно. Проникнув вглубь, я уловил искрящую структуру сети, покоряющей своей странной гармонией. Моё сознание будто растеклось по нескольким уровням и длинным нитям. Ментально ощутил себя пауком, состоящим, как все паукообразные эндемики Нова Ромы, из изменчивой пластичной живой ткани, позволяющей принимать разные формы.

Чуть было не сглупил, захотев напрямую включиться в потоки информации, поскольку почувствовал себя как дома. Вовремя спохватился, вспомнив наставления автора "Апокрифа". Сконцентрировался на человеческой

самости, отделил себя от того, что привнёс в псиэм и структуру личности симбиоз с Арахом. Сразу стало жутковато от чувства "распределённости" сознания по тысячам тончайших нитей незримой паутины. Ничего общего с безумными полётами по искривлённым плоскостям внутри хайвнета. Наоборот, сверкающие прямые, лучи, бесконечно дробящиеся и уходящие в непредсказуемую даль. Казалось, меня растягивают в разные стороны, вбирая в себя, чуждые мыслительные процессы и инфопотоки. Нарастала эйфория от сопричастности огромной единой ментальной матрице, способной дать невероятно многое.

Одёрнув себя, я плавно собрал "лучи" сознания воедино и вернулся в реальность, аккуратно прервав контакт с нейровэбом. Был уверен, что сделал всё осторожно и остался незамеченным.

— Убедился? — послышался голос квестора.

— Да, — я потёр лицо ладонями, будто убирая налипшую паутину.

Полуобернувшись, встретил взгляд Дэрии.

— Они мыслят и действуют не столь агрессивно, как хайвнеты, — тихо сказала она. — Но на то и пауки. Их сети прочны и надёжны, в них легко попасться. Самый важный вопрос — кто из ключевых фигур уже успел увязнуть и стать главным проводником их воли?

Я молча смотрел на девушку, думая над её словами. Ох и непроста эта юная красавица, чья загадочная природа пока от меня ускользала.

Глава 6.5

По внешнему виду, материалам корпуса, свечению мощного защитного поля DJV сильно отличался от всех наших машин. Было очевидно, насколько земные технологии опережают имеющиеся на Нова Роме.

Система охлаждения, мерцая серебристым "инеем", порождала облака пара над раскалённой трением о плотные слои атмосферы обшивкой. Зализанные аэродинамические обводы корпуса судна, готового "падать и прыгать" в любой смеси газов над планетами, радовали глаз симметрией и гармонией. Мимоходом я подумал, каково это было бы — когда-нибудь совершить межзвёздный полёт, увидеть Землю или другую населённую людьми планету?

Эта была последняя мысль не по теме. События, как всегда в боевой обстановке, понеслись стремительным потоком, требуя полной концентрации.

Вновь взглянув на инфопанели, транслировавшие то же, что я видел в огромные окна терминала, зафиксировал момент мягкого касания стабилизационными опорами диджейва сразу "закоптившегося" покрытия площадки астропорта. Тут же последовала команда Вартимуса жандармам — отрубить прямое вещание и безопасно выпроводить медийщиков.

Начиналась работа.

Вертушки Конгрегации взлетели и помчались навстречу приближающимся бортам Братства. Наши автобусы, оборудованные стационарными излучателями, выстроились полукругом перед центральным входом в астропорт, к которому приближалась самая длинная колонна машин инсектантов. Ликторы, бойцы, а за ними — второй линией — жандармы заняли оборону, контролируя все подъезды, входы, коридоры.

Сегодня погибнут многие. Но мы знали, на что шли, когда присягали на верность Конгрегации очищения и народу Romanus orbis.

Вартимус вёл непрестанный диалог с Бьянкой и верными ей генералами. Ситуация

в армейской верхушке всё ещё балансировала над пропастью. Наблюдалась хаотичная передислокация сил и средств вокруг Иггарды, но ни одного выстрела вне стен Генштаба пока не прозвучало. Был проблеск надежды — одна из колонн скорострельных ракетных комплексов начала движение в сторону астропорта, но потом замерла в десятке миль от столицы, ожидая подтверждения приказа из Генштаба. Они бы смогли захлопнуть ловушку, накрыв инсектантов с безопасного расстояния шквалом ракет. Но на это мы повлиять не могли. Только выиграть время.

Началась первая воздушная дуэль. Крупнокалиберный пулемёт вертушки, с которой мы высадились, ударил по заходящему на посадку транспортнику Братства. Потоковые образы показали, как в снопах искр полетели в разные стороны куски стекла и обшивки, повалил чёрный дым. Борт инсектантов клюнул носом и по пологой спирали пошёл вниз. Но над самой землёй "притормозил" падение и рухнул не столь сокрушительно, как требовали законы физики, — не иначе машину поддержала совокупная мощь псиэм-воздействия летящих в ней инсектантов. Сказать, что мы охренели, было бы преуменьшением. Покорёженный борт замер, лёжа на боку, и из него стали выбираться "клиенты" в одинаковых ядовито-зелёных комбезах.

— Богомолы, мать их! — прокомментировал рядом со мной Вэрм.

Увы, повторить первый успех в воздухе не удалось. Мы увидели, как поразивший вражескую машину вертолёт Конгрегации закрутился, будто потеряв управление, снизился, а потом, резко вильнув, ушёл широким виражом прочь от приближающихся вертушек инсектантов.

Из сбивчивых пояснений пилота стало понятно, что до него дотянулись мощным псиэм-воздействием, он попал под временную доминацию и чуть было не угробил машину. Надёжно сработали модули, реагирующие на утрату ликтором свободы воли, управление перехватил автопилот, который и увёл борт. Ещё три экипажа ушли куда подальше — та же история.

Вартимус, скрипнув зубами, дал отбой воздушным атакам, приказал отойти и с безопасного расстояния отработать из пулемётов по высаживающимся инсектантам. Они зелёными точками рассыпались по площади перед терминалом, стремясь как можно быстрее войти в плотный контакт с обороняющимися ликторами.

Из автобусов ударили волны излучателей. С неба посыпался град пуль — вертушки возвращались, сделав широкий круг. Немало "зелёных" удалось скосить возле транспортников, но ближе к линии своих наши пулемётчики стрелять сверху, естественно, не решались.

Сюрприз случился, когда к площади подъехали первые крытые грузовики Братства. Из одного выпрыгнули люди-рабы с легко узнаваемыми длинными трубами, которые тут же положили на правые плечи.

— ПЗРК! — воскликнул я, ища глазами наши вертушки.

Глава и сам мгновенно всё понял, выплеснул псиэм-сигналы опасности, команду пилотам уходить с отстрелом тепловых ловушек.

Дымные хвосты потянулись за ракетами, выпущенными из переносных комплексов "Puntura" [58] . В небе расцвёл фейерверк ложных целей, сбивающих с толку системы самонаведения. Но один удар пришёлся точно в цель. Вертолёт Конгрегации сотряс мощный взрыв. Пылающая машина рухнула, проламывая крышу. Донёсся страшный грохот. Некоторые ракеты рванули над терминалом, повсюду сыпалось вылетающее из окон стекло.

58

[58]. Puntura (итал.) — жало, укус, прокол.