Угли "Embers"

Vathara

Первым его заметил Сокка, и его спокойная улыбка сменилась серьезным выражением. Катара подняла голову, перестав успокаивать Аанга, и напряглась.

– Он врал.

Плохое начало.

– Полковник Мохэ? – спросил Хакода, нарочно ошибившись. – Я тоже так думаю. Если мы что и узнали, сражаясь с Народом Огня, так это то, что они принимают личные оскорбления… ну, лично. Хозяин Огня мог напасть на свою жену за предательство, но на Зуко? – Он покачал головой. – Думаю, полковнику хочется верить в эту историю. Царство Земли уважает благородное происхождение и положение. Ему будет гораздо проще оправдаться

перед вышестоящими чинами за нарушение нашего перемирия с «Сузураном», если Зуко не будет принцем.

Он почти чувствовал, как стоявший рядом Бато старался не закатить глаза.

– Она говорила не об этом, - твердо сказал Аанг. – И вы это знаете, сэр.

– Знаю, - признался Хакода. – Но Зуко подождет. А вот то, что моя дочь повлияла на наши сердца настолько, что мы чуть не нарушили перемирие, нет. – Он нахмурился. – Я бы очень хотел обстоятельно поговорить с этим Мастером Пакку. Наши предки не без причин покинули Северный полюс, и он только что напомнил мне о многих из них.

– Катара никогда бы этого сделала, - запротестовал Аанг. – Я знаю, что Зуко сказал… ну, ужасные вещи, но он не знает её. И Мастер Пакку немного ворчливый… но он замечательный покоритель воды!

– Он – северный покоритель воды, - решительно возразил Хакода. – Южный покоритель воды никогда не стал бы так вмешиваться в решение вождя. – Он окинул Аанга строгим взглядом. – А что касается незнания Катары или кого-то из вас… Мне сказали, что ты вегетарианец, Аанг. Вы не охотитесь, и поэтому не понимаете, что нужно для охоты. Прежде всего, нужно понимать свою добычу. – Хакода глубоко вдохнул соленый воздух и загрустил по родному холоду. – Зуко охотился за вами почти полгода по всему миру. Если он не знает вас, то не знает никто.

За исключением, возможно, Тоф. Именно такой вывод сделал Хакода из затянувшегося молчания покорительницы земли. Но, кажется, Тоф и Зуко отлично понимали друг друга. И, может быть, именно поэтому она молчала. Если она понимала роль принца в Народе Огня, она могла понять суровую реальность обязанностей вождя лучше, чем Аанг после всех своих путешествий по миру.

– Нельзя ему верить, - упорствовала Катара. – Я не такая! Что с того, что я злюсь из-за мамы. Почему нет? Что с того, что кто-то из Народа Огня умрет? Знаете, именно так они поступали со всем миром целых сто лет!

И Хакода хотел согласиться с ней. Смерть Каи оставила огромную дыру в его сердце… Усилием воли вождь заставил себя игнорировать это чувство.

– Прекрати. Немедленно.

Ненависть отхлынула, как волна.

– Это была ты? – с недоверием спросил Аанг. – Всё это время, пока все сходили с ума от злости… это была ты? – Он ахнул и покачал головой. – Катара, зачем ты так делаешь? Кто-то же мог пострадать!

– Кое-кто пострадал! – вспылила Катара, ткнув пальцем в Бато. – Из-за Зуко! Потому что он просто…

– Сахарная Царевна, - тон Тоф превратил дружеское прозвище в угрозу. – Закончи эту фразу, и кто-то точно пострадает. И это будет не Бато.

– Она права, - мрачно поддержал девочку Бато. – Если люди узнают, что ты делала это специально… Здесь нет других женщин племени, но это не значит, что дело нельзя… уладить.

У Сокки пересохло в горле. Тоф поёжилась. Катара посмотрела на своих соплеменников

так, словно они были порождениями злого духа, только что раскрывшимися во всем своем каннибальском ужасе.

Но Хакода следил за Аватаром. Мальчик побледнел и бросился на защиту Катары.

– Как вы можете так говорить? Катара – одна из лучших людей, которых я когда-либо встречал! Если она… чуть не ранила кого-то… я уверен, что это просто ошибка. – Он ободряюще улыбнулся Катаре. – Так что всё прекрасно, и мы можем заняться важными проблемами. Например тем, как закончить войну.

Хакода посмотрел на включенную в полную силу доброжелательную улыбку и отказался ей поддаваться.

– Всё не прекрасно. Катара, ты поступала неправильно. У нас было перемирие. Воинская честь требовала от нас соблюдать его, а ты подталкивала нас к тому, чтобы его нарушить. Как бы мы смогли называть себя мужчинами после такого? Как бы мы смогли вернуться домой?

Хакода знал, что до конца жизни он будет помнить выражение лица своей дочери. Бледное. Испуганное. Преданное.

Духи, если бы ты была чьей угодно дочерью, но не моей.

Аанг раскрыл рот и, моргая, смотрел на него ошеломленным серыми глазами.

– Но… вы должны! Вас же ждут!

– Они ждут честных воинов и настоящих мужчин племени, - отрезал Хакода. – Мы стали бы просто дикими волками, выгнанными из стаи.

– Это… что-то вроде изгнания? – с надеждой спросил Аанг. – Катару изгнали, но всё сложилось просто отлично.

Я ослышался, подумал шокированный Хакода.

– Тебя что?

– Сокка выгнал Аанга из деревни, - с вызовом заявила Катара. – Он был один. Ему нужен был кто-то!

Хакода, подняв бровь, посмотрел на сына. Сокка обреченно вздохнул.

– Я выгнал его – и Пра-Пра меня поддержала – потому что он пошел на обломки корабля Народа Огня. И взял тебя с собой. На запретные обломки!

– Покоритель должен победить свой страх! – яростно возразила Катара.

– Хочешь победить страх? Как насчет выйти с покорением воды против полярного медведя? Или сплавиться между айсбергов? Или… я не знаю, что угодно, кроме того, чтобы идти в место, построенное врагами и полное ловушек! Где вы спустили ловушку-сюрприз, которая и навела Зуко на нашу деревню! – Он встретился со взглядом Хакоды без капли сожаления. – Ей нужен был учитель покорения воды. Аанг сказал, что отвезет её на Северный полюс. Она сказала, что тоже изгнана. Аанг уговорил её вернуться, и Пра-Пра закрыла этот вопрос. Я думал, что на этом дело и кончилось.

Достаточно честно. Если бы только у одного юного Аватара не родилось совершенно неправильной идеи.

– Что происходит, когда кто-то из твоего народа делает что-то непростительное?

– Например?

Хакода разглядывал покорителя воздуха, с трудом сдерживая свой гнев. Он не настолько наивен. Таких не бывает.

Аанг ответил ему таким же твердым взглядом, его лицо внезапно посуровело.

– Послушайте, я знаю, что ваше племя… совсем другое. И вы считаете, что иногда приходится делать… ужасные вещи. Но мы не такие. Храмы были местом просветления и мира. И веселья. Спросите Сокку. Мы не… никто из храмов никогда не стал бы делать… то, что случилось сегодня. – Он глотнул воздух. – Мне нравился Айро.