Угасающее солнце: Шон`Джир
Шрифт:
В этом они ничем не отличались от килуванцев, одним из которых был Ставрос; но расположенная на границе исследованной человечеством части вселенной Килува рождала людей совершенно иных. Килуванцы не были воинами; эти упрямые люди посвящали все свое время размышлениям, науке, анализу… Когда планета была захвачена, они рассеялись по разным мирам и почти никто из них не стремился вернуться домой. Жителей Хэйвена понять было легче. Их вела ненависть. И пройдет немало времени, прежде чем они избавятся от этой ненависти.
И после войны оказалось немало людей, подобных Дункану: тех, кто не знал кто
И им самим.
И, со значительными оговорками, достопочтенным Дж. Ставросом.
По трапу «Сабера» Дункан спустился в просторный док, оставив позади свой эскорт; задержался на миг, чтобы понаблюдать за суетой женщин и мужчин.
Жители Хэйвена.
Регулярная армия.
В командной рубке «Фокса» Дункана обступили офицеры, которые, несмотря на довольно унылый вид, приветливо с ним поздоровались.
— Мне сказали только, что полет будет производиться без экипажа и поручили передать вам запечатанный пакет с инструкциями, — сообщил ему капитан. — И все.
— Мне очень жаль, что так получилось, — посочувствовал ему Дункан, пытаясь скрыть неловкость.
Капитан пожал плечами — он явно не считал, что ему не повезло — и протянул руку.
— Нам обещали другой разведчик, сразу, как только он прибудет. «Фокс» — замечательный корабль, в хорошем состоянии… немного неустойчивый в атмосфере, но в остальном — просто умница. Мы приписаны к «Саберу», а «Сабер» обещал нам новый разведчик сразу, как только он прибудет; значит можно не волноваться. Что ж, ПлаР Дункан, примите мои поздравления со вступлением в командование, или, если это больше похоже на правду, соболезнования.
Дункан пожал руку, уже терзаясь вопросом: что же содержится в доставленном для него челноком запечатанном конверте, который пока что находился у прежнего капитана «Фокса». Дункан принимал поздравления, в последний раз был открыт судовой журнал, чтобы внести запись о смене командования; и затем, как было заведено в планетарной разведке, Дункан вручил его прежнему капитану. В этом полете вести журнал будет некому.
Выполняя последний раунд церемоний, он проводил взглядом покидавших корабль офицеров и небольшую команду; снаружи у люка остались лишь четверо мужчин со смертоносным оружием — охрана.
Наступила тишина. Дункан устроился в чужом кресле и ввел команду, которая запускала полученную от Ставроса запись: специальное устройство уничтожит ее сразу после просмотра.
Подобные процедуры давали уверенность, что запись не сможет быть использована против Правительства; они появились еще во время войны, когда от ПлаРов требовалось обязательное уничтожение имеющихся у них записей — не только из-за боязни, что записи могут достаться врагу, но и, как с горечью думали
Экран заполнило лицо Ставроса.
— Прошу прощения, — негромко заговорил Ставрос, — за то, что это не приказ, а всего лишь предложение. Прослушав его, ты, если захочешь, можешь вернуть экипаж на «Фокс» и остаться на станции до тех пор, пока ситуация на планете не стабилизируется.
«Фокс» сейчас находится в твоем полном распоряжении. Тебе предлагается взять мри на борт вместе со всеми их вещами и артефактом. Разведчик будет оснащен в соответствии с твоими требованиями. В навигационном компьютере ты найдешь единственную ленту, ее код ноль-ноль-один. Она получена после анализа содержащейся в артефакте навигационной информации. Держись подальше от прибывающих кораблей регулов, соблюдая повышенную секретность. Дай компьютеру прочитать ленту. Полностью. Как только лента будет пущена, доступ к системе управления блокируется. Собери все, что сможешь узнать о военной мощи мри и о самих мри: это и есть твое задание. По возможности сотрудничай с ними. Уверенность в том, что разобраться с этой пленкой для нас невероятно важно, становится все больше и больше. Именно поэтому мы готовы идти на любой риск. Ты должен собрать информацию и выяснить, какое соглашение с мри возможно.
Если ты сразу решишь выйти из игры, дождись окончания записи и свяжись с «Сабером». Если же нет, то тебе следует поторопиться.
В любом случае содержание этого сообщения должно остаться тайной. Будь очень осторожен в ведении записей во время полета. Мы хотим, чтобы, вернувшись домой, ты не привел за собой какой-нибудь «хвост». У тебя будет устройство самоуничтожения и полная свобода действий. Если твой корабль окажется в руках противника, уничтожь его. Ну, это крайний случай. Каким бы ни был твой выбор — дать согласие или отказаться от этой миссии, — он целиком зависит от тебя. Ты волен отказаться.
Запись кончилась. Дункан по-прежнему сидел, уставившись на серый экран. Он ни за что не вернется на Кесрит, не сможет уживаться с властями; там, среди скал Кесрит, ему уже никогда не найти покоя.
Он не знал, чем объяснить подобное безрассудство. Возможно, то было нечто столь же эгоистичное и бессмысленное, как гордость; или он просто не мог представить, что в будущем окажется кому-то нужен — ну, разве что, придется помогать землянам осваивать дикие земли. И изменять планету.
Он выключил экран и окинул взглядом крохотную командную рубку, которая, возможно, станет его домом на всю оставшуюся жизнь — вероятно, не такую уж и долгую. Что ж, этого ему хватит.
Он как ни в чем не бывало вернулся на «Флауэр», но офицеры корабля, похоже, уже знали о его новых полномочиях и безо всяких возражений помогли ему перевезти аппаратуру и закончить все приготовления в доке.
Отдав необходимые распоряжения, он зашел к Луису, и уже только потом — к Боаз.
Нелегко было сказать ей о том, что все ее работы не будут опубликованы вплоть до особого разрешения службы безопасности, а дальнейшими исследованиями займется он, ее бывший помощник, снова надевший столь ненавистную ей военную форму.